СОбытИЕ
Шрифт:
Узнав причину столь раннего и неожиданного поручения (и, само собой, охренев от будоражащей новости), Борис вскочил с постели, испугав жену, и торопливо влез в джинсы и футболку. Он наспех умылся и, даже не почистив зубы, выбежал из квартиры. Запах изо рта, слава телевизионной технике, микрофон зрителям не передает.
Оператора Дмитрия Халова вызывать на работу не пришлось. Он всю ночь с камерой на плече бегал вокруг пожарной бригады, тушившей плавучий ресторан на Москве-реке, а после окончания рабочей смены просто-напросто
Уставший молодой человек, согласившись на сверхурочные, не мог знать, что предстоящие съемки лишат его сна и преждевременно сведут в могилу.
Съемки ночного пожара в результате окажутся бессмысленными. Редакция на фоне всего происходящего забудет об отснятом материале, как о неуместном и уже неинтересном факте.
Халов и Евстигнеев встретились в подъезде, затем спешно поднялись на крышу. Корреспондент предусмотрительно заблокировал дверь какой-то железякой, чтобы им не помешали любопытные соседи.
Оператор сразу нацелил объектив камеры на инопланетный «Корабль», который, к сожалению, можно было снять только с одного ракурса.
Координация действий съемочной группы осуществлялась посредством специальных наушников. Через них оператор с корреспондентом держали прямую связь с ведущим в студии и режиссером на аппаратном пульте, обеспечивающим трансляцию.
Зная, что в эфир сейчас идет «картинка» именно с его камеры, оператор Дмитрий Халов отвлекся от инопланетного «Корабля» и плавно панорамировал по ближайшей окрестности, чтобы определить для телезрителей локацию съемки.
На юго-западе над крышами многоэтажных домов виднелся кончик острого шпиля Останкинской башни. Далеко на севере солнечные лучи играли на золотых куполах Храма Ризоположения Пресвятой Богородицы. Менее чем в километре к северо-востоку стоял большой торговый центр и недостроенная шестиэтажная парковка. А за ними вдалеке, словно огромный титановый коготь, был нацелен в небо монумент советским покорителям космоса.
Когда ведущий уже подводил к прямому включению, Халов навел камеру на корреспондента.
Перед Светланой предстал вышеназванный Борис Евстигнеев, из-за ширины плеч занявший добрую половину огромного экрана.
Яркое солнце слепило ему глаза.
Микрофон с логотипом «НТВ» дрожал у небритого подбородка.
Морально готовясь к прямому включению, Евстигнеев быстро облизал пересохшие губы и постарался придать себе уверенности, но вышло у него не очень.
Ветер играл его соломенными волосами, как пшеничным полем.
Кадр разделился на два «окна».
В одном из них был ведущий Максим Гаврилов в студии. Он обратился к корреспонденту в другом «окне»:
– Итак, Борис, вы в прямом эфире. Расскажите нам, что вы видите в небе и
Евстигнеев ошарашенно покивал секунды три, затем начал:
– Да, Максим, здравствуйте! Обстановка о-о-очень необычная…
«Окно» с корреспондентом заполнило весь экран.
Евстигнеева немного шатало от ветра, который порой врывался в микрофон и заглушал голос корреспондента.
С улиц издалека доносились вой сирен и раздраженные гудки автомобильных клаксонов.
– …Здесь на крыше ветер чуть сильнее, чем внизу, но гораздо лучший обзор, – продолжал Борис. – Благодаря безоблачному небу прямо над нами вы сейчас можете видеть странный объект, который многие считают инопланетным кораблем. И они не ошибаются, поскольку одного взгляда достаточно, чтобы понять: это и вправду космический корабль. И он явно инопланетный, поскольку нечто подобное невозможно было бы создать человеческими руками и земными ресурсами…
Оператор Дмитрий Халов направил камеру на объект в небе, максимально укрупнил его, на секунду потеряв фокус, и снова начал медленно панорамировать по его корпусу.
«Корабль» непоколебимо и безмолвно относительно места съемки висел над земной атмосферой, позволяя снимать себя на все камеры и смартфоны мира.
Поправка: восточного полушария.
Вернее, северной части восточного полушария.
– …Но откуда он взялся? – продолжал Евстигнеев вне кадра. – Кто его пилотирует? Какова цель их прибытия к Земле? На эти тревожные вопросы пока никто не может дать ответы…
– Господи, спаси и сохрани, – прошептала Светлана.
– …Сейчас всем без исключения жителям планеты, – кричал в микрофон Евстигнеев, – остается лишь с замиранием сердца ждать дальнейших развитии событий…
Оператор Халов снова дал средний план с корреспондентом.
– …Хочу отметить, – продолжил Евстигнеев в объектив, – что этот инопланетный космический корабль по земным меркам невероятнейших размеров. Он вполне различим сквозь слои атмосферы и даже отсюда кажется громадным, несмотря на то, что находится сейчас в тридцати тысячах километрах от поверхности Земли. Что касается нынешней ситуации на улицах города, то картина, которую мы отсюда наблюдаем, честно говоря, вызывает у меня небольшое опасение…
Дмитрий Халов направил камеру на соседние жилые здания.
На балконах толпилось множество людей, не отрывающих взгляда от неба. Около десяти-пятнадцати человек с биноклями и любительскими телескопами поднялись на крыши и разбрелись по ней в поисках лучшего ракурса.
Затем оператор заснял улицу внизу.
Толпа шокированных людей заполонила все тротуары и газоны. Наиболее любопытные зеваки, пытаясь лицезреть «Корабль» целиком, отошли от домов и скопились на проезжей части, мешая автомобильному движению. На некоторых участках дороги были заметны пока еще мелкие потасовки.