События глазами очевидцев

Тимашов Вячеслав Васильевич

Входит Женя, за ним двое ребят несут ящик. Женя просит, чтобы его пожелания были для всех как приказ, все согласны без сомнений. Открывают ящик - там пять десантных автоматов и пять рожков боекомплектов. В группе людей, конечно, в два раза больше... Но Женя говорит:

– Пока хоть это. И это лучше, чем ничего!

Пять человек расписываются за оружие. Один автомат он забирает себе.

Два распределяет дежурным по обеим входным дверям.

– Значит, так, - говорит он.
– На этом этаже Министерство обороны, а шляются все, кому не лень.

Всех посторонних на этаж пускать только по выписанным пропускам, конечно, кроме депутатов по их удостоверениям. Эта мера не случайна, есть сведения, что сегодня ночью штурм! Дежурить будем по 2 часа, кроме того, один сидит, тоже с автоматом, на ящике, где будем хранить, сданные после дежурства, автоматы.

Василию первое дежурство досталось на “ящике”. Их кабинет исполняет роль входного тамбура между основным большим кабинетом и продольным, через весь этаж, коридором.

Основная функция этого дежурства заключалась в охране основного кабинета, сидя с автоматом за столом, который стоял напротив дверей этого кабинета.

Из коридора зашёл Макашов и прошел в кабинет через дверь, что напротив Василия.

– Он будет сидеть теперь здесь, - говорит Женя, - а мы, кроме входов, охраняем и его.

Очень сомнительно, насколько эффективна на деле эта охрана. Женя, во избежание несчастного случая, распорядился, чтобы пустой рожок был в автомате, а боезапас в сумке на ремне.

Но вид у Васи был, видимо, довольно серьезный, и каждый посетитель, как бы невзначай, все же задерживает взгляд на торчащем у него под мышкой стволе с вкрученным компенсатором на конце.

Отсидев два часа, Василь сдаёт автомат по описи Жене, тот кладёт его в ящик. Затем автомат получает кто-то другой.

Андрюша*- Андрей Маликов - во время штурма с оружием в руках, до последнего, защищал центральный вход Дома Советов.

После команды “прекратить сопротивление”, выходил из “Белого” с автоматом под полой куртки. Прошёл большинство постов и только в самом конце был обнаружен.

Начальник поста “на запах” проверил ствол автомата и дал заключение:-Оружие было “в деле”

Больше остальных Андрей провёл в Лефортово. Обрёл он свободу спрогрессирующей болезнью ног.

Вначале он ещё мог ходить, затем ноги отнялись, и умирал он уже постельным больным.

Глава III

Василий направляется в столовую завтракать. Занимает свободный столик.

Рядом за соседним столом сидят двое, в одном из них узнаёт Бабурина.

По-видимому, Василий очень внимательно в него всматривается: может, поэтому он доброжелательно улыбается и кивает в ответ головой, как старому знакомому.

За это время под взглядом Василия прошло

так много довольно известных личностей, которых до этого можно было видеть только по телевизору, и все так обыденно, что быстро привыкаешь и воспринимаешь все, как должное.

Правда, Умалатова при каждой встрече все равно у него вызывала восхищение:

это женщина, у которой мужества больше, чем у тысячи здоровых мужчин, попрятавшихся сейчас по всей Москве и ждущих, чья возьмет.

Перекусив, возвращается назад. Уже дали свет; работают лифты, депутаты заняли свои места в зале заседания, парламент продолжает работать.

В комнате собрались все свои. Женя встревожен. Все смотрят в окно:

вокруг “Дома” большое скопление военных, даже непонятно - милиция или войска, все в бронежилетах, в касках, с оружием.

Евгений говорит, что “Белый” оцеплен плотным кольцом. Москвичей не пропускают. Подходят новые подразделения.

Поступили сведения, что сегодня ночью будет предпринят штурм. Надо готовиться.

Первый вопрос:

– Будет ли еще оружие?

Оружия нет. На десять человек пять короткоствольных автоматов и по комплекту патронов. Это смешно, и все решают опять послать Женю за настоящим оружием для серьезного боя.

Но Женя вскоре вернулся. Говорит, что нам и так повезло, потому что мы в охране Министерства обороны, а внизу добровольные отряды вообще вооружаются металлическими прутьями и камнями. Но сила на нашей стороне, так как армия объявила о полном нейтралитете.

– Весь народ за нас, - говорит Женя, - сами видите, какие толпы гражданских пытаются прорваться через кордоны милиции. Единственное, конечно, что для нас опасно - это спецназ “Альфа”, он явится неожиданно там, где его не ждут, и с ним будет жестокая схватка, так что будем готовиться, имеющимися средствами, защитить народную власть. Все стали делиться своими предложениями.

Василий также высказал свое:

– Первое, что предпримет спецназ - это кинет пару пузырьков с газом, и мы все сами прибежим в их объятие. Поэтому без противогазов делать нечего. А противогазы обязательно есть в любой школе.

– Очень хорошо, - сказал Женя.
– Как вам известно, - продолжал он не без иронии, - инициативу, особенно в армии, выполняет сам инициатор. Значит, вам задание: достать для всего отделения противогазы.

– Есть, достать, - ответил Василий, не зная пока, где и как это сделать.

Первое, что он сделал, - это пошел в кабинет, где разместился “Союз офицеров”, чтобы спросить, где находится штаб ГО.

В Союзе настроение было не из лучших: их представитель - Терехов при попытке бежать был вторично зверски избит милицией и, как говорили, находится сейчас в Лефортово.

Ему вся пресса “клеила” попытку захвата штаба войск СНГ с убийством офицера милиции.

Штаб ГО, как объяснили, находился в спортзале, это на той стороне площади перед главным входом в здание Белого дома.