Сочинитель убийств
Шрифт:
– И вы поверили ему?
– Да, я ему поверил, – сказал Сидней, поколебавшись какое-то мгновение.
Инспектор Хилл внимательно посмотрел на него.
– Вы что, ждали, что Тилбери признается в том, что столкнул вашу жену?
– Нет. Я лишь хотел услышать правду. Я думал, что Тилбери знает ее,
– Сколько времени вы пробыли в доме Тилбери?
– Минут десять или четверть часа, не знаю.
– Вы звонили мне от него?
– Да, – сказал Сидней. Он сознавался неохотно, но если бы он звонил из автомата, телефонистка из Скотланд-Ярда услышала бы, как он нажал кнопку и как упал жетон, и могла бы об этом вспомнить. В конце концов, он уже сказал, дело сделано…
– В каком настроении был мистер Тилбери? Он удивился, увидев вас?
Возможно, миссис Хармон ему об этом сказала.
– Да. Я думаю даже, он сперва испугался, – ответил Сидней.
– Тилбери к тому же уже довольно много выпил. Рассказав мне все, он добавил, что боится потерять работу, если вся правда всплывет, а он, конечно, не знал, что она всплывет.
Сидней подумал, что не испытывает ни малейшего чувства вины, – может, оттого во время рассказа у него не было виноватого вида. Во всяком случае, гораздо меньше, чем тогда, когда он говорил с кем-либо в первые дни после исчезновения Алисии. Видимо, Сидней уже хорошо поднаторел в этом деле.
Инспектор покусывал свои губы с видом человека, очень хорошо понимающего, что ему больше ничего не прояснить в этом деле.
– Он не говорил вам, что выпил снотворное? Что хочет покончить с собой?
– Нет.
– Вы угрожали ему? Говорили, что все расскажете в его конторе или что-то в этом роде?
– Да нет, я и так знал, что все станет
– Ясно… А почему вы не упомянули вчера, что были у Тилбери?
– О… я наверняка упомянул бы об этом, но подумал, что Тилбери вчера привезут сюда. Я хотел сравнить его слова мне с тем, что он поведает вам, если бы… вы позволили мне сделать это или, может быть, сами рассказали.
– Вы думали, нам он скажет что-то другое?
– Возможно, что и нет. Нет. Тилбери отрицал то, что столкнул Алисию. Видимо, он никогда бы не сознался в этом.
Сидней говорил совершенно спокойным тоном.
– Гм. (Инспектор открыл стол и достал оттуда коричневую тетрадку Сиднея.) Наверное, вы хотите, чтобы я вернул вам это?
Сидней встал, чтобы забрать тетрадку.
– Да, спасибо, инспектор.
В тот момент, когда он принимал из рук инспектора тетрадку, он подумал, что обязательно опишет в ней убийство Тилбери., сразу, по свежим следам, а тетрадка будет самым надежным местом, где это можно сделать.
– Очень странная тетрадь, мистер Бартлеби. Боюсь, сегодня мне уже нечего сказать вам.
Мистер Хилл встал, обошел стол и задумчиво посмотрел на Сиднея.
Обвинитель, который ничего не может доказать, подумал Сидней. Инспектор, конечно же, подозревал, что он мог заставить Тилбери выпить пилюли. Сидней почти физически ощущал мысли инспектора. Словно тяжелая рука правосудия опустилась на его плечо… Только на деле руки правосудия на его плече не было, а вот инспектор протянул ему свою, и он пожал ее. Поведение инспектора было дружелюбным, видимо, потому что и позиция, им занятая, была таковой. Все здесь зависело от позиции.