Софт. Тело (Software. Wetware)
Шрифт:
– Я знаю, что это такое, Торч. Можешь ли ты уразуметь своей отупевшей от наркоты головой, что я, в конце концов, известный в науке человек? В свое время меня многие знали. Это я, Кобб Андерсон, научил роботов вести самостоятельный образ жизни.
По лицу девушки скользнула легкая тень. Только теперь Кобб вспомнил об их с Торчком легенде.
– Здесь у ушей есть стены, – заметил Торчок. – Эх ты – голова-тыква.
Кобб снова ожег его взглядом, но доедал омлет уже в молчании. Пускай теперь часть бопперов знает, кто он такой –
Он был полон сил и готов ко всему.
Узнав, что вместе с ней в комнате находится сам Кобб Андерсон, Мисти… а точнее электронный мозг боппера в носовой части космического корабля, предпринял некоторые шаги, не прерывая объяснений своего манипулятора с Торчком.
– Почему ты сказал: “она всего-навсего робот”? Кто позволил тебе это?
Словно я чем-то хуже человека. Хуже тебя, например. Сказал бы ты то же самое о женщине с протезом вместо ноги? Или со вставным глазом? Пускай мое тело полностью искусственное, ну и что с того?
– Это клево, Мисти, в самом деле. Не принимай близко к сердцу. Просто пока последнее слово остается за БЭКС, а я уверен что это так, ты та же марионетка, за ниточки которой…
– А сам-то ты кто? Как ты там называешь себя? – задиристо перебила его Мисти. – Торч? Вот уж действительно идиотское имя. Похоже на заводскую марку фаллоиммитатора!
– Оскорбление личности, – грозно проговорил Торчок, качая головой. – Что еще скажешь?
– Уже 08:30, – подал голос Отель. – Могу я взять на себя смелость напомнить вам, что вчера вы собирались ехать на автобусе в 09:00 в музей Роботехники?
– Нам понадобятся скафандры? – тупо спросил Кобб.
– Скафандры вам будут выданы.
– Тогда пошли, – подытожила Мисти.
Торчок переглянулся с Коббом.
– Послушай, Мисти… для моего деда эта поездка связана с воспоминаниями молодости, понимаешь. Поэтому, не могла бы ты на время… слинять. Может быть мы возвратимся к обеду.
– Слинять? – воскликнула Мисти, в ярости начиная одеваться. – Жаль, что у меня на макушке не предусмотрен выключатель! Тогда тебе не пришлось бы даже просить меня убраться! Слизняк, вот ты кто!
Вылетев из комнаты, она с грохотом захлопнула за собой дверь.
– Упс, – негромко прокомментировал Отель.
– Зачем ты ее прогнал? – спросил Кобб. – Она симпотная. Не думаю, что она могла бы мне помешать.
– Откуда ты знаешь? – ответил Торчок. – Откуда ты можешь знать, что бопперы не затеяли с нами какую-то подлость?
– Мне обещан препарат бессмертия, или что-то в этом роде, – счастливо отозвался Кобб. – Может быть в дополнении к этому мне поменяют что-нибудь из органов. А что касается тебя, то…
Что же касается Торчка, то о том, что тот оказался здесь только потому, что бопперам нужно было устранить его с Земли,
Но молчать дальше было невыносимо. Он уже почти решился рассказать Торчку о разговоре с его механическим близнецом в гараже, о том, как тот, используя влияние Муни, планировал устроиться ночным сторожем в космопорт, но не успел и рта раскрыть.
– Бессмертие! Не это им нужно. Они хотят выпотрошить наши головы, выковырять оттуда мозги, разрезать их на кусочки и выкачать всю содержащуюся в них информацию. Бопперы переписывают личности людей на пленку или черт знает куда, и хранят записи в какой-то библиотеке. Если нам повезет, записи наших личностей
могут быть посланы на Землю, чтобы там, с помощью этих пленок управлять нашими же роботами-двойниками. Но у них ничего не…
– “ЖЕЛАЮЩИЕ ПРИНЯТЬ УЧАСТИЕ В АВТОБУСНОЙ ЭКСКУРСИИ ДОЛЖНЫ НЕМЕДЛЕННО СОБРАТЬСЯ В ХОЛЛЕ ПЕРВОГО ЭТАЖА!” – громко и отчетливо проговорил Отель, помешав Торчку закончить свою речь.
Словно гальванизированный, Кобб сорвался с места и начал собираться.
Через минуту он уже мчался к эскалатору, волоча Торчка за собой. Он не хотел знать правду, слышать о ней не желал. Возможно, что ему было на правду наплевать. А сам Торчок? Он послушно позволял Коббу уводить себя. Теперь, когда Отель знает все, что знает он, оставаться здесь было небезопасно. Он попытается сбежать от Кобба в музее.
Автобус был заполнен только наполовину. Большую часть экскурсантов составляли люди в возрасте, парами и поодиночке. Все облачились в выданные скафандры, выглядевшие надувными. Лунные скафандры были любопытными, симпатичными устройствами – полностью сделанные из тончайшего прозрачного пластика, они, казалось, искрились внутренним светом. Находясь в тени, человек в лунном скафандре выглядел вполне обычно, не считая едва заметного гало вокруг головы. На солнце скафандры приобретали зеркальные свойства.
Автобус имел вид плоской открытой платформы на упругих колесах со спицами вроде велосипедных, с двумя рядами утрированно чисто функциональных сидений: каждое сидение представляло собой три черных шара из жесткой резины, смонтированных на “Y” – образной пластиковой конструкции. Торчку эти сидения напомнили голову Микки Мауса… от которого остался только огромный нос да пара ушей. Присаживаясь на большой центральный шар, он почти ожидал услышать доносящийся из-под собственного седалища визг протеста.
Когда лунный автобус выехал из-под купола, в шлеме Торчка раздался треск помех.
– Мы сели, порядок, Хьюстон. Начинаем проверку готовности шлюза.
Раздался звук учащенного дыхания, тихий свист и вой, потом снова голос:
– Я выхожу наружу.
Пауза.
– Погнулась ступенька, сейчас исправлю.
Продолжительная пауза.
– Мы слушаем тебя, Нэйл.
Разнообразные приглушенные голоса, подбадривающие и поздравляющие.
Сильный треск.