Сокол Гора

Посняков Андрей

– Алло, госпиталь Сен-Венсан? Я по поводу господина Пьера Озири. Да-да, недавно умершего. Кстати, от чего? Что вы сказали? Острая сердечная недостаточность? Бедняга… А когда будут похороны? Я его друг и хочу сказать, что несчастный Пьер хотел, чтоб его кремировали, обязательно кремировали, а прах… Что? У вас имеется завещание? Бальзамировать?! Ну, это, знаете ли, прихоть! Вы тоже так думаете? Хорошо, хорошо, я свяжусь с вами позже. Обязательно свяжусь, уважаемый господин доктор!

Господин Якба убрал телефон и,

достав клетчатый носовой платок, с шумом высморкался.

– Там, на Дефансе, я, признаться, опешил, когда вы ко мне подошли. Даже не сообразил, что и сказать, так, нес всякую глупость – думал: вы или не вы? На рю Кадет вас не совсем точно описали. Высокий светлоглазый брюнет в джинсах и белой майке – таких в Париже тысячи. Ну-с… – Максимов собеседник оглянулся по сторонам и зачем-то понизил голос. – Давайте сюда посылку. Ну! Если надо – я могу написать расписку.

– Н-не знаю… – Юноша упрямо мотнул головой. – Не обижайтесь, месье Якба, и прошу, поймите меня правильно – я ведь не могу отдать все первому… мм…

– Первому встречному, вы хотели сказать? – с неожиданной веселостью продолжил Якба и вдруг замолчал, пристально рассматривая Максима. – Знаете, вы очень похожи на… одну мою знакомую. Старую знакомую. Я бы даже сказал – одно лицо. Так, говорите, вы русский?

– Да.

– И отец, и мать ваши тоже были русскими и всегда жили в России?

– Да. – Молодой человек сдвинул брови – ему уже стал надоедать этот странный разговор. В конце концов, какое дело до него этому лощеному господину?

– Ой! Я вас, верно, утомил, друг мой? – словно прочитав мысли собеседника, громко расхохотался месье Якба. – Вообще-то, думаю, правильнее было бы отвезти посылку в Нейи, на бульвар Бино. Ведь бедняга Пьер был членом именно их ложи.

– Спасибо за совет, месье, – обрадовался Макс. – Я именно так и сделаю. Рад был познакомиться!

Молодой человек живо вскочил со скамейки и готов уже был откланяться, однако новый знакомец проворно схватил его за руку, явно не собираясь столь быстро прекращать начавшееся уже было общение:

– Вы очень торопитесь, мой юный друг?

– Честно говоря – да. Вечером приедут наши, а мне еще тащиться в Нейи. Хотелось бы успеть погулять по городу – пройтись по Елисейским Полям, забраться на башню, да мало ли…

– О да, о да. – Месье Якба раздвинул узкие губы в улыбке. – Париж – великий город! Так вы здесь не один?

– Нет, с группой. Они подъедут чуть позже.

– Что ж. – Господин Якба тоже поднялся и развел руками. – Не смею задерживать. Очень было приятно познакомиться с таким симпатичным и вежливым молодым человеком.

– Мне тоже приятно…

– Слушайте, а вы, случайно, не голодны? Я так, можно сказать, прямо умираю!

Голоден? Вот тут-то Максим и почувствовал: голоден, да еще как! Ну еще бы – когда последний раз ел-то?

– Здесь недалеко, на

улице Фродо, есть она пиццерия, – подмигнув, вкрадчиво предложил Якба. – Идемте? Там как раз рядом метро.

– А, пошли! – не думая, махнул рукой Макс.

Есть-то действительно хотелось.

Пицца и в самом деле оказалась вкусной, тем более что платил за все господин Якба – и даже прикрикнул на Макса, когда тот попытался было протестовать. Уселись внутри кафе – на улице уж больно палило солнце. Якба заказал обед – пиццу, салаты, бутылку красного вина…

– Я не пью спиртного, – замотал головой юноша. – Я ж спортсмен.

– Так и я спортсмен – вон как за вами бегал! Тем более это не пойло какое-нибудь, а прекрасное вино, которое, несомненно, стоит попробовать.

– Ну, если только самую капельку, – согласился Макс. – Треть стакана.

Обедали весело – господин Якба все время шутил, смеялся, не очень-то было похоже на то, что он только что потерял лучшего друга. Впрочем, они ведь, кажется, были в ссоре…

– Там вон, внутри, туалет. Да повесьте вы ваш пакет – никуда он не денется…

Максим так и сделал. Вернувшись, уселся, снова хлебнул вина – вкусно! И в голове этак приятно шумит.

– Хочу вам подарить одну вещь, – вдруг улыбнулся Якба, вытаскивая из кармана маленький медальон с изображением какого-то египетского бога с головой собаки или шакала. – Владейте! Ну, надевайте же. Да не бойтесь, это вовсе не золото, так, бижу. Но ведь красиво, правда?

– Красиво. Сожалею, но…

– Запишите-ка номер моего телефона. А я – ваш. Так, на всякий случай. Вдруг да будете когда-нибудь еще в Париже?

Максим забил номер в память своего мобильника и, повесив на шею амулет, вдруг почувствовал, что жутко торопится.

А господин Якба, заглянув ему прямо в глаза, удовлетворенно кивнул и тихо прошептал:

– Тебе нужно срочно идти.

– Мне нужно срочно идти, – послушно повторил юноша.

– Ехать в Нейи.

– Ехать в Нейи… Я пойду?

– Иди! Иди, друг мой.

Словно в трансе, Максим покинул пиццерию и, спустившись за углом в метро, поехал куда глядели глаза. Странно, но молодой человек не заблудился – спокойно доехал до станции «Шарль де Голль – Этуаль», там пересел на первую линию, сошел на «Ле Саблон» и, только дойдя до бульвара Бино, сообразил – пакета-то с ним нет!

Черт! Что же он его забыл, что ли? А и забыл – там, в пиццерии.

Будь сейчас на месте Максима кто-нибудь другой, воспитанный несколько иначе, так махнул бы рукой – вот еще, возвращаться, искать. Сказал бы отцу: мол, некому было передавать, оставил посылку в приемной на бульваре Бино, а уж кто ее взял – бог весть. Но не таков был Макс, считавший, что просьбу отца нужно выполнить во что бы то ни стало! Найти, привезти, оставить. И точно знать – сделал все, что смог…