Сокровища Империи
Шрифт:
— Ну да, — согласился Ренки. — От нас опять требуют подвигов…
— Угу. Только не забывай, что сказал Риишлее: «Подвигов, достойных военных вождей». Так что теперь понапрасну рисковать головой мы не можем.
— Военные вожди берега должны были защищать побережье от пиратов и сами наносить удары по врагам, — осторожно напомнил ему Ренки.
— Последнее в переводе на менее куртуазный язык означает: «Пиратствовать сами», — усмехнулся Готор. — Вообще, с нашим «вождизмом» вышла довольно интересная ситуация. С одной стороны, мы вроде как самостоятельная территория, и королевство Тооредаан может в любой момент сказать, что знать нас не знает. А с другой — мы и пискнуть без королевского приказа не можем. Ты заметил, что во всех официальных объявлениях было сказано,
— Если нападать на корабли кредонцев и их союзников, — возразил Ренки, — это будет никакое не пиратство, а война. Нам надо построить быстроходное судно вроде «Чайки», хорошо вооружить его и отправиться в плавание. И чем скорее, тем лучше!
— Узко мыслите, молодой человек! — укоризненно покачал головой Готор. — Не как военный вождь, а как простой… э-э-э… не будем говорить, кто. Что толку для Тооредаана, если мы отправим один-единственный кораблик пакостить кредонцам? Парочка удачных рейдов, а потом кредонский флот соберется большой толпой и врежет нам по первое число.
— Но что ты тогда предлагаешь? — растерянно спросил Ренки, уже мысленно представлявший себя стоящим на мостике славного морского охотника, одно только имя которого наводит ужас на кредонских купцов. Точь-в-точь как это описывалось в балладах и романах о подвигах героев былых времен.
— Не расстраивайся так, — усмехнулся, словно прочитав его мысли, Готор. — Возможно, нам тоже придется попиратствовать разок-другой. Так сказать, подать пример. Но главное… В вашем мире существует понятие «каперского патента»? Это… Что-то вроде разрешения пиратам всех мастей грабить врагов государства. В идеале мы должны собрать всю шваль с обоих океанов, создать для них базу, где можно будет отдохнуть, отремонтировать судно, сбыть добычу. И еще неплохо на этом наживемся, кстати! А вот они будут наносить урон кредонцам, рискуя своими шеями во славу Тооредаана.
— Как-то это звучит не особенно благородно! — Ренки хоть и привык к определенным особенностям мышления своего друга, однако иногда даже его коробили высказанные им идеи.
— В общем-то — да, — согласился Готор. — Но, с другой стороны, сам подумай — так мы сможем натравить на Кредон множество опытных бандюганов, которые сейчас либо сидят без дела на берегу, либо вообще подстерегают на морских дорогах абсолютно все корабли, включая и наши. Что может быть приятнее, чем стравить своих врагов друг с другом? Впрочем, давай подробно опишем этот план верховному цензору Тайной службы. Ведь если что, именно его ребята придут по наши души!
Следующие два месяца приятели провели, разбираясь с хозяйственными делами, и эта скучная рутина сумела изрядно помотать им нервы. Надо было восстанавливать разрушенное кредонцами, одновременно замещая порушенную конторой Моорееко налоговую систему новыми правилами. И конечно же пользуясь удобным моментом, строить что-то новое.
Прежняя налоговая система базировалась на традициях, королевских указах, которым подчас было чуть ли не полтысячи лет, различных уточнениях и распоряжениях казначейства, решениях органов местного самоуправления и еще на непонятной груде документов, выпущенных уже не существующими структурами, а подчас и вовсе относящимся к временам феодальной раздробленности. Естественно, все это создавало жуткий бардак и хаос, от которого, впрочем, местное купечество и чиновничество не спешило отказываться, потому что те, кому надо, уже более-менее научилось барахтаться в этой мутной воде, и подчас — не без выгоды для себя.
За долгие годы сложилась своеобразная практика, когда одни королевские указы как бы игнорировались и заменялись распоряжениями казначейства, а распоряжения казначейства, в свою очередь, корректировались решениями уездных администраций. И во всем этом в некотором роде был свой смысл. Подобно тому,
Оу Готору пришлось много поработать языком, убеждая, разъясняя, уговаривая и запугивая… Было множество собраний, споров и даже криков. А как-то раз ему даже пришлось посадить десяток особенно буйных смутьянов под арест и поставить остальных перед выбором — подчинение или конфискация имущества. В результате чего с последней почтой от Риишлее ему была переслана толстенная пачка доносов от «верноподданных короля» на «обманщика и узурпатора, скрывающегося под именем оу Готор Готор».
Доносители были вызваны в ратушу, ставшую временной резиденцией военных вождей, где у «верноподданных» появилась возможность обсудить свои доносы непосредственно с самим «обманщиком и узурпатором». После чего с буйной стадией сопротивления было покончено, и началась стадия волокиты, засовывания палок в колеса и, конечно же, поисков путей обмана системы.
Так что неудивительно, что в результате всех этих волнений оу Готор стал злым, раздражительным и все больше походил на своего дедушку, о котором по городу уже поползли жуткие слухи, благодаря ставшей уже привычной присказке самого оу Готора: «Не будите во мне дедушку».
С этим «дедушкой», и не только, вообще произошла необычная история, спровоцированная не всегда правдивыми рассказами матросов «Чайки» о приключениях загадочного военного вождя в чужой стороне, о некоем заброшенном храме на дальнем берегу Срединного моря, о тайных обрядах, в которых могут участвовать исключительно те люди, в чьих жилах течет древняя благородная кровь, и о многом другом.
В общем, после долгих обсуждений и споров наиболее мудрые (или просто крикливые) фааркоонцы пришли к выводу, что таинственный оу Готор Готор происходит из тех самых мест, где его дедушка — несомненно, ужасный тиран и кровопийца — оставил о себе такие воспоминания, что едва внук вступил на берег, как в тех землях немедленно началось восстание, наследником тирана жестоко подавленное и захлебнувшееся в крови.
Едва матросня после третьей кружки вина в трактире начала заливать подобные байки, нашлись люди, пожелавшие угостить морячков вином и поподробнее расспросить как о плавании в целом, так и о загадочном оу Готоре Готоре в частности. И если говорить об особенностях конструкции и мореходных качествах «Чайки» матросам строго-настрого было запрещено, то вот на разговоры о ее пассажирах этот запрет точно не распространялся (подобное никому даже в голову не пришло).
Что именно смогли услышать от своих пассажиров и офицеров матросы «Чайки», как поняли услышанное и сколько во всем этом было правды, а сколько вымысла — разобраться было непросто. Но слухи о некоей зловещей многотысячелетней тайной секте, практикующей кровавые обряды и колдовство, быстро заполнили город. И с каждым новым днем обсуждения секта становилась все более тайной, более кровавой и более могущественной.
— Где это видано, — осторожно спрашивали фааркоонские мудрецы друг у друга, — чтобы люди из самых низов, с каторги, пусть даже и ставшие, благодаря подвигу, простыми солдатами, за несколько лет поднялись столь высоко и даже обзавелись знакомствами в ближайшем окружении самого короля и получили от него поместья и титулы?! Нет, судари, это не просто колдовство! — отвергали мудрецы самое простое и очевидное объяснение. — Возможно, конечно, без него и не обошлось, хотя едва ли кому-нибудь удалось бы околдовать верховного жреца, не говоря уж о короле… Но вот род оу Дарээка — древний и весьма известный. Его предки пришли сюда еще с самим королем Даагерииком Первым. Ну что же тут непонятного? Секта благородных существовала еще тогда, и наверняка тут все куда более сложно и таинственно, чем кажется на первый взгляд.