Сокровища
Шрифт:
Сдался купец. Несомненные торговые таланты Павлика и напускное хладнокровие Яночки, а также мнение зевак, явно склонявшихся на сторону детей, сделали своё. Но и купец тоже был не лыком шит, он выторговал половину спорной суммы. И вот минут через пятнадцать брат с сестрой отошли наконец от лавчонки, унося с собой лампу и пятьдесят динаров и не заметив, как за всей сценой с любопытством наблюдал с почтительного расстояния тот самый толстый араб, который встречался в подозрительной палатке с кривым.
— Ты понял,
— Ясно потом, — ответил уже пришедший в себя отец. — В любой другой стране это будет намного дешевле. Неплохо у вас получилось! Надо поучиться. Только так и не понимаю, зачем вам эта лампа.
— Мы же сказали — в качестве сувенира. Ну, такой подарок на память об Алжире.
— В таком случае, — подхватила пани Кристина, — мне бы хотелось приобрести на память об Алжире ту самую хлопчатобумажную пряжу, от которой меня оторвал Хабр. А также хну. Ведь у нас в Польше не найдёшь ни того, ни другого.
Пан Роман воспротивился, настаивая на том, чтобы немедленно ехать дальше, ведь у них в планах осмотр Алжира, а на это надо время, да и в Медею собирались заехать, но тут Павлик неожиданно поддержал маму, предварительно убедившись, что она собирается покупать действительно пряжу из стопроцентного хлопка. Впрочем, покупка драгоценной пряжи заняла совсем немного времени, а пока продавец укладывал покупку, мама сделала выбор и в отношении хны, попросив запаковать и её, а также ещё несколько бутылочек голубой, коричневой и чёрной краски.
И вот уже за окнами машины побежали назад безоглядные просторы унылой полупустыни. Все отдыхали после волнующих перипетий на суку в Махдии.
— Теперь я понимаю, почему одному человеку оказалось не по силам раздобыть сокровища, — говорила Яночка Павлику на заднем сиденье машины. — Ведь гляди-ка, как там написано: сначала сук в Махдии, оттуда мы должны ехать в Сугер через Ущелье обезьян. Совершенно не представляю, как это можно сделать, ведь они по разные стороны от Махдии. Где логика? Съездить в ущелье обезьян и оттуда вернуться в Сугер по той самой дороге? Иначе невозможно.
Павлик согласился:
— Да, сложновато все это. Но во всяком случае мы едем сначала в ущелье, то есть в нужном порядке посещаем оба объекта, посмотрим, что из этого выйдет. А что касается Махдии, считаю, там мы многого добились: лампа, два подозрительных типа и хлопок.
— Никак не пойму, зачем тебе эта пряжа.
— А из чего, по-твоему, я сделаю бикфордов шнур? Сама говорила — надо все подозрительные камни отвалить, может, тот кто-то справился бы одной левой, а нам придётся взрывать!
Перспектива организовывать взрывы Яночку не испугала. Больше беспокоило отсутствие перочинного ножика.
— Как мы теперь будем без него обходиться? В наших поисках — незаменимая
— А с чего ты взяла, что будем обходиться без ножа? — гордо спросил брат.
— Но ведь ты же его вот на эту лампу обменял!
— Ну и что? Думаешь, у меня только один нож? Думаешь, я ненормальный, чтобы последнего ножа лишиться?
И Павлик с торжеством извлёк из кармана второй нож. Был он немного побольше первого, не с шестью, а только с четырьмя остриями, зато с отвёрткой. Да и лезвия были подлиннее и попрочнее.
— Видишь? Мне его дядя Анджей из ФРГ привёз. Этот лучше, надёжнее.
Успокоившись насчёт ножа, Яночка заговорила о том, как бы уговорить родителей оставить их одних в Обезьяньем ущелье, чтобы без помех все там осмотреть. Ведь ясно, если опять заедут туда только на несколько минут, чтобы покормить обезьян, толку из этого для их изысканий не будет. Решили так: поскольку от Обезьяньего ущелья до Медеи совсем недалеко, а родители наметили в Медее посетить несколько рекомендованных им земляками лавчонок, попросятся оставить их одних в ущелье, а потом заехать за ними и уже всем вместе отправиться в Алжир. Конечно, и Медею интересно было бы посмотреть, но ведь надо чем-то пожертвовать. Ущелье важнее.
С такой просьбой и обратились они к отцу на подъезде к ущелью.
— Очень хочется осмотреть это необыкновенное ущелье, — сказала отцу Яночка. — А чего мы в Медее не видели? Поезжайте туда без нас, спокойно сделайте покупки, а потом заедете за нами. Все будут довольны.
Пан Роман подумал.
— Это отнимет лишний час времени. Сколько сейчас? А, ещё и одиннадцати нет. Ну, хорошо, на осмотр Алжира нам хватит двух часов. В принципе я согласен.
— А не опасно их одних там оставить? — с тревогой спросила мама.
— Там ни одной живой души, — успокоил её папа. — Никто их не обидит.
— А для нас единственная возможность ознакомиться с этим чудом природы! — подхватил Павлик. — Побыть на природе, свежим воздухом подышать. Когда мы ещё сюда выберемся!
Проехав Медею без остановки, пан Хабрович добрался до стоянки в ущелье и высадил там детей. Мама дала им последние наставления, и родители уехали. Дети с Хабром остались одни. В самом деле, ни одной живой души вокруг, даже обезьян. Странно…
— Хабрик, где обезьяны? — спросила Яночка у собаки.
Хабр сообщил, что поблизости обезьян нет. Вообще-то они здесь имеются, но где-то далеко. На стоянке ни одна не показалась. А Яночка специально запаслась засохшим хлебом и фруктами и по дороге ещё купила для них батон.
— Самое перспективное — искать внизу, — решил Павлик, изучив в бинокль склоны ущелья. — Давай спускаться.
— Тогда я оставлю обезьянью еду здесь, — решила Яночка, — не тащить же её с собой. Подожди, батон разломаю на куски, а то какая-нибудь самая прыткая уволокет его целиком.