Сокровище чародея

Замосковная Анна

Он расправил одеяло, которое комкал у паха, и обвязал вокруг бёдер, хотя это сковывало движения, и стал спускаться по наполированным ступеням. Лестница своим ворчливым поскрипыванием выдавала старость заново отделанного дома.

В тусклом свете сумрачного утра Ёфур прислушивался, присматривался к непривычным охристым стенам и пёстро раскрашенным папирусам. Мысленно он уже обустраивался здесь, ведь он сделал всё, что пожелала Амизи.

Угрызения совести на миг кольнули его, – он ведь лгал, Бера не была обузой, и хуже всех

она точно не была, – но он тут же стал торопливо перебирать в памяти её оплошности, преувеличивать их глупость, упуская из виду, что ошибки допускали и другие стражи. К тому же разрыв с Берой принёс ему облегчение: не будет борьбы, постоянного напряжения из-за необходимости быть сильнее и быстрее Беры, ловчее справляться с кошмарами.

У Ёфура будто закончилось долгое изматывающее состязание, и он мог расслабиться, позволить себе быть просто мужчиной, а не мужчиной-который-постоянно-должен-доказывать-своё-превосходство.

Спускаясь по скрипучей лестнице, Ёфур на миг признался себе, что отношения с Берой, начавшиеся из-за его желания заполучить самую обсуждаемую девушку Гатарха, – вовсе ошибка, ведь самая желанная чародейка Гатарха куда более сладкий трофей.

В последнем Ёфур убедился этой ночью: у Амизи даже кожа со сладковатым привкусом, а уж что она в постели вытворяла, так у него от мимолётных воспоминаний пальцы ног поджались, а член норовисто упёрся в обмотанное на бёдрах одеяло.

Желание, впрочем, не лишило Ёфура осторожности, он выглянул с лестницы в небольшой песочного цвета холл, поискал среди жёлтых шкур львицу и, не найдя, свободно шагнул на пол. Напротив лестницы располагалась тёмная дверь в сад.

Слева, за двустворчатой бежевой дверью, звякнуло. Ёфур направился туда, мимоходом думая, что Амизи очень хорошо устроилась.

«А она из богатой семьи. Доставка этих папирусов и мебели обошлась в целое состояние, – этот вывод ещё возвысил Амизи в глазах Ёфура. – Возможно, её род даже богаче, чем у Беры».

С улыбкой Ёфур стал открывать двустворчатую дверь, готовый захлопнуть её при виде львицы.

В просторной комнате горели свечи, изгоняя серый сумрачный свет. Среди ковров и шёлковых подушек Амизи полулежала на софе, точно львица. Южное расшитое бисером платье обнимало её стройное тело, туго охватывало пышную грудь. Ёфур застыл с глупой улыбкой на губах, с упиравшимся в одеяло членом, настолько захваченный соблазнительным видом женщины, которую желала добрая половина стражей, что не сразу заметил маленькую закутанную в чадру фигурку в изножье софы.

Служанка массировала изящные ножки Амизи, которые накануне ночью в порыве восторга Ёфур страстно целовал, поражаясь их мягкости, нежности, создававшей впечатление, что Амизи никогда не ходит.

Сейчас Ёфур был не прочь опять облобызать эти ножки, хотя предпочёл бы приступить сразу к делу. Он уже представлял, как сгребёт в пятерню густые чёрные волосы Амизи, остриженные до середины шеи по моде

её жаркой страны. Пусть ночью Амизи этого не позволила, но сегодня, по мнению Ёфура, она должна стать уступчивее.

Он толкнул коленом маленькую служанку:

– Брысь, – и стал вытягивать угол своего одеяла из-за пояса. – У нас с твоей хозяйкой неотложные дела.

Ёфур усмехнулся собственной шутке. Амизи приоткрыла густо обведённые глаза цвета тёмной вишни, мазнула по нему равнодушным взглядом и опустила веки:

– Свободен.

Решив, что ослышался, Ёфур вытянул вперёд голову, повернул ухо:

– Что?

– Свои обязательства по сделке я выполнила, – не открывая глаз, пояснила Амизи. – На большее не рассчитывай.

Лицо Ефура налилось гневным багрянцем. Глубоко вдохнув, он шумно выдохнул, так что ноздри раздулись, а усы и бородка едва не встали дыбом.

– Что?

На этот раз Амизи распахнула огромные глаза:

– Ты дурак?

Моргнув, Ёфур мотнул головой.

– Тогда почему не понимаешь простейших слов? Я вроде хорошо говорю на местном наречии.

– Ты! – Стиснув кулаки, Ёфур наклонился к Амизи, намереваясь схватить её за тонкие запястья и основательно встряхнуть, чтобы поставить на место зарвавшуюся чародейку. – Побольше уважения!

– Са! – Амизи не шелохнулась.

Рык сотряс воздух. Хлопнула дверь, и в устланную коврами комнату вбежала львица.

На этот раз все волосы Ёфура встали дыбом. Львица рыкнула вновь. Песочного цвета шкура топорщилась, глаза вспыхивали зелёным.

– Тихо. – Ёфур огляделся, но в проклятой комнатушке не было оружия. Он схватил столик на одной ножке и прикрылся от надвигавшейся львицы. Попятился. – Амизи, отзови её.

– Зачем? – весело поинтересовалась Амизи. – Может, у неё тоже с тобой неотложные дела: пожевать тебя, например.

Полуразвязанное одеяло поползло с бёдер Ёфура, он попытался перехватить его, но рык львицы заставил его крепче ухватиться за одноногий столик.

– Амизи, – прорычал Ёфур. – Что за шутки?

Львица ударила когтистой лапой ножку стола. Ёфур толкнул его, но львица увернулась, била хвостом, топорщила усы, совершенно не замечая маленькую служанку – только Ёфура. Наполированные когти поблёскивали в сиянии свечей.

– Она укусит? – Ёфур лишь на миг отвёл взгляд от клыкастой пасти.

Подскочив, львица обрушилась на стол в его руках. Под звонкий смех Амизи Ёфур метнулся за софу. Львица мчалась по пятам и рычала.

– Амизи! – Ёфур вскочил на софу.

Амизи вскинула стройные ножки и оттолкнула его. Ёфур перекатился по ковру и снова схватился за стол.

Припав на передние лапы, львица перебирала задними, готовясь к прыжку.

– Это какая-то проверка? – процедил Ёфур, следя за зверем из-за щита-стола.

Двери распахнулись, лев царственно вступил в комнату и уставился на Ёфура. Облизнул морду огромным красным языком.