Однажды в одном большом-большом городе, почти что в Москве, жила молодая, нестарая еще женщина Шипишина. Она была городская, да не совсем, потому что приехала когда-то в город из поселка Полезное да и вышла там замуж за опытного инженера-конструктора. Шипишина и сама работала в одном месте.
Она полюбила в городе красиво одеваться и поесть любила как следует. Поэтому бo льшую часть жизни ей приходилось проводить в очередях. Там она испытывала острую зависть к тем женщинам, которые с грудным ребенком. Их почти всегда отпускали без очереди. И вот Шипишина пристала к своему мужу, опытному инженеру-конструктору, чтобы он сделал ей ребенка для стояния в очередях без очереди. Шипишиной муж пораскинул мозгами, не поспал ночь-другую и сделал действующую модель грудного ребенка. Это была такая хорошая модель грудного ребенка, что могла плакать и мочить пеленки. Для крику одна кнопочка, для пеленок - другая. А так совсем как настоящий - и ротик, и все. И вот Шипишина стала стоять без очереди. А если начинали ворчать, что дети у всех есть - нажмет кнопочку, люди и пожалеют дитя. Дело до того дошло, что даже в тот всем памятный день, когда в магазине _Дефицитные товары_ выбросили канадские сапоги-босоножки, Шипишина включила своего младенца на полную мощность, и многие даже совсем из очереди убежали, потому что в младенца была вмонтирована милицейская сирена, и они подумали, что ихнюю очередь едут разгонять с милицией. А Шипишина спокойно так взяла шесть пар, и все дела.
Жить Шипишиной стало совсем хорошо. Работать в одном месте она вовсе бросила и стала допускать в своих действиях элементы спекуляции. Костюм из джинсового гипюра толкнула аж за девятьсот рублей! Так-то что не жить!
И в том же городе, что Шипишина, жил один старичок. Ему тоже было положено все без очереди и другие льготы. Он их заслужил и заработал.
Но старичку почти ничего не нужно было и в магазины он ходил исключительно из любопытства - посмотреть, что за народ нынче пошел. И вот он приметил Шипишину и задумался: что же это за интересное дитё, которое уже года четыре все грудное и маленькое, и кричит все время одно и то же? Старого человека не обманешь. Однажды он незаметно подошел да ребеночка-то и потрогал. Ребеночек твердый, холодный. Старичок тихонечко и говорит Шипишиной, чтобы она ушла из очереди по-хорошему, не позорила советское материнство. Шипишина как зашумит на старичка, а за ней другие. Обозвали его старым пнем, старым хреном и другими пожилыми растениями.
И Шипишина подумала, что вот надо бы заставить мужа сделать действующую модель старичка-инвалида со льготами. Но до искусственного старичка дело не дошло, потому что на следующий день настоящий старичок настиг Шипишину в одном магазине. Старичок был не один, а с боевой подругой - острой шашкой, подаренной лично Семеном Михайловичем Буденным. Старичок показал шашку очереди и сказал, что махал ей для того, чтобы присутствующие жили счастливо. Но не настолько же счастливо, как Шипишина! И старичок как рубанет шашкой твердого младенца! Не выдержал тот удара буденновской шашки, раскололся, посыпались из него на пол транзисторы, пружиночки, гаечки и другая дрянь, которую применял Шипишиной муж. А потом пришлось старичку этой же шашкой отгонять от Шипишиной склонных к самосуду гражданок.
Долго не казала Шипишина в магазины носа. Попереживала, а потом нашла себе заделье. На работу она не пошла - совсем от этого дела отвыкла. Но знаете, на сколько Шипишина сдает бутылок в день? На четыреста сорок рублей шестьдесят копеек!
Потому что Шипишиной муж придумал такое вот специальное устройство...
