Соль в ране

Лафоре Серж

Оболочка одной из туч лопнула, и дождь хлынул как из ведра. Ночь сгустилась и стала темно-чернильного цвета. Нескончаемые потоки воды заливали качающуюся палубу.

Немного успокоившись, Эдвардс двинулся по коридору. Когда спешно грузишься в шлюпку, очень просто забыть проверить чопик.

Совсем рядом с ним раздался скрип. Эдвардс резко остановился. Внезапно чья-то темная масса набросилась на него, и он ощутил удар в подбородок. Эдвардс выбросил кулак вперед и почувствовал жгучую боль в фалангах пальцев. Раздался глухой стон. Другой удар пришелся ему в живот. Эдвардс согнулся

пополам и получил удар по затылку. Он упал на колени, его ударили еще раз по голове, и он растянулся во весь свой рост.

Когда он пришел в себя, увидел, что находится один. Почему его не убили? Без сомнения, время их поджимало. Внезапно он встревожился, обшарил карманы и нашел чопик, но зато исчез ключ от сейфа.

Это открытие вернуло ему силы.

Он бросился к выходу и нажал на ручку двери. Дверь не поддалась. Ее закрыли на ключ. Ярость охватила его, и он навалился на дверь плечом. Черная пелена окутала его. Задыхаясь, он прислонился к переборке и дал себе несколько мгновений отдыха.

Он был заперт как крыса в мышеловке. Под ним в трюме булькала вода. А что будет с другими? Он вспомнил о чопике, и его охватил безумный смех. У них нет ни единого шанса добраться до берега. Координаты он указал ложные. Ошибка в сто миль. Лишь после того как он разбил секстан и залил водой батареи радиостанции, он решился на этот необходимый обман. Но его так просто не возьмешь. Он сбежал по лестнице в отсек с насосом и выломал шланг. Взвалив насос на плечо, он вернулся в коридор и, отойдя подальше от двери, швырнул насос в дверь. Дверь треснула.

Как только он оказался снаружи, какая-то тень возникла перед ним. Он атаковал первым, ударив своей тяжелой правой. Человек упал на спину.

— Дан!

Эдвардс перешагнул через лежащего и заорал:

— Иду!

Выстрел разорвал темноту ночи, осветив на мгновение пелену дождя. Пуля просвистела где-то у уха. Он увидел бегущего человека и прибавил ходу, балансируя по мокрой палубе. Он прыгнул на ют и нырнул в открытый люк, тяжело рухнул в коридор и, как выпущенное из пушки ядро, влетел в свою каюту. Сейф был открыт, иного он и не ожидал. Из-под подушки он выхватил пистолет.

— Дан! Они захватили шлюпку!

«Где же Деланней?» — Даун кричала пронзительным, обезумевшим от ужаса голосом.

Он вновь поднялся на палубу и остановился с оружием в руках. Затем услышал скрип талей и увидел очертания шлюпки, спускающейся на воду. Он выстрелил дважды, прямо по корпусу. Один из беглецов вскрикнул от боли, и носовой фалинь закрутился вовсю. Шлюпка рухнула в воду и волна ударилась о борт «Марютеи».

Эдвардс подошел к стрингеру и перегнулся за борт. Там он увидел белеющее весло, качавшееся на волнах, исчезнувшие в глубине, сверкающие обломки шлюпки и… ничего больше.

Он вздохнул.

Теперь оставался последний, самый опасный из всей банды. Но с ним будет сложнее всего.

Эдвардс вновь проскользнул в коридор. Он намеревался настигнуть соперника, поднявшись по лестнице через люк.

Раздался выстрел, и Эдвардс упал ничком.

— Довольно, Эдвардс. Будет лучше, если вы поднимете руки.

Эдвардс лежал без движения и пытался понять, откуда раздался голос. Корпус

корабля трещал под натиском волн. В коридоре закрутился ветер, и где-то там, вдалеке, захлопала дверь, стукаясь о переборку.

Эдвардс осторожно пополз.

— Где вы? — звала Даун.

Он не отозвался.

— Дан!

— Убирайтесь, идиотка вы этакая!

Грохот выстрела оглушил его.

— Вот сволочь! — пробурчал он.

Но на этот раз он понял.

В тот момент, когда он собирался перебежать, чтобы сменить позицию, «Марютея» тяжело приподнялась из воды, а затем с глухим шумом опустилась обратно. Раздался скорбный перезвон колокола рулевой рубки. Баковый колокол молчал, погребенный под обломками рангоута.

— Эдвардс, не делайте глупостей, — раздался голос Деланнея, — иначе я буду вынужден вас пристрелить.

Эдвардс почувствовал, как пот струится по лбу. Из своей бывшей каюты он услышал стоны Форестера.

— Дан, подчинитесь Шону.

— Каждый сам за себя, — взорвался Эдвардс и выстрелил наугад.

— Мимо, — съехидничал Деланней. — Вы только теряете время и патроны.

От пристального вглядывания в темноту глаза Эдвардса слезились.

Он не видел своего противника и ничего не мог ему сделать. Один ли он нес ответственность за цепь этих непредсказуемых событий? Что он в сущности знал?

Эдвардс был разочарован. Ведь он правильно действовал. Он сумел затаиться и не нападать очертя голову. Но если они погрузили бриллианты в шлюпку, то сейчас камни потеряны. А значит, какого же черта сражаться?

Эдвардс беззвучно поднял руки. Он хотел покончить со всем этим, понять все. Одним гибким движением он встал на ноги.

— Кончаем с этим, — произнес он.

— Бросьте оружие, — холодно приказал Деланней.

Эдвардс выстрелил. Незамедлительно последовал ответный выстрел, и его правая рука была отброшена назад. От боли он застонал, выпустив пистолет. Тут же некий тяжелый предмет уткнулся ему в живот.

— Все кончено, Эдвардс.

Зажегся свет, и с электрическим фонариком в руке появилась Даун, подобрав пистолет.

— Я должен представиться, — заговорил Деланней, — лейтенант Шон Деланней, морская полиция Соединенных Штатов, послан в Сидней по просьбе американского консула и с согласия австралийской полиции.

Эдвардс взглянул на Даун и почувствовал себя страшно одиноким.

— Какое надувательство, — пробормотал он, но скорее для самого себя.

ГЛАВА 13

На рассвете Форестер умер. Он так и не пришел в сознание, угас, подобно свече, когда ее задувают. Даун известила об этом Деланнея и Эдвардса, находившихся в ходовой рубке, где теперь царило некое подобие порядка.

Эдвардс устроился в кресле со сломанной спинкой. Запястье, задетое пулей Деланнея, было перебинтовано.

Небо прояснилось, и солнце начало припекать все жарче. Море не являло более своего ужасающего лика тех последних дней. По поверхности пробегала лишь легкая рябь, полная неги. «Марютея» шла малым ходом. Штурвал был закреплен, а самодельный парус наполнен попутным ветром. Судно глубоко осело в воду и двигалось с трудом.