Солар
Шрифт:
— Кто бы говорил, — беззлобно парировал брат невесты.
На что жених лишь молча кивнул. Сообщать Русу о тайной помолвке с его сестрой в планы не входило.
— Да это я просто завидую! Не могу создавать столь качественные, и не побоюсь этого слова — шикарные иллюзии. А вот ты, — для убедительности ткнул друга кулаком в плечо, — вполне мог бы уйти в дизайн одежды!
— Не, не мое! — хохотнул ри Фарра. — Сражаться за место под теомитами со всеми этими попугаями? Ха! Я еще не выжил из ума! Лучше уж быть первым художником и скульптором, чем вторым
— Ну, это, как посмотреть. Если учесть, что основные клиентки Асаи — верные труженицы Пантеона Удовольствий… — Константин заржал, — о, я уверен, весь свет аристократии с удовольствием бы приобретал одежду у тебя. Творения Асаи, хм… слишком вульгарны, как на мой взгляд. А вот то, что создаешь ты — выше всяких похвал! Кстати, не так давно я имел возможность лицезреть на Ки сногсшибательное черное платье, — Тин многозначительно замолчал и хитро прищурился, — точно твоя работа!
Маг Искусства сделал вид, что не понимает о чем речь, но приосанился довольно и даже горделиво.
Переведя разговор в другое русло, Константин с удовлетворением отметил, что напряжение ушло, и бледное лицо друга приобрело здоровый вид. Вернувшись в обычное расположение духа, Рус стал шутить.
Они зашли внутрь.
Магическая гостевая система молниеносно считала ауры (шутка ли — постоянные посетители!) и уже через несколько мгновений портальный круг перенес ко входу в шумный бар с говорящим названием «Ни звука мимо». Но едва собрались переступить порог одного из своих излюбленных мест, как на руке Константина полыхнул браслет информатора.
— Рус, как насчет того, чтобы обсудить дела в новом месте? — в голосе Тина проскользнули нетерпеливо-жадные нотки.
В ответ неопределенно пожали плечами.
— Если там есть конья, новинкам я открыт всегда!
***
У меня дрожали колени, кружилась голова, и в какой-то момент я порадовалась, что сижу. Не глядя, налила себе полный, до краев, бокал. Даааааааа! Это надо отпраздновать! Хотелось обнять весь мир, написать Тину, Русу, маме, папе! Всем!
Выпила. Попустило.
Еще раз налила.
Нет, Тину все-таки хочу написать!
Быстро продиктовала информатору сообщение и послала вслед воздушный поцелуй. Настроение улучшалось с каждым мигом.
А вот теперь можно на самой мажорной ноте завершить сегодняшний, очень и очень нервный вечер! А именно, допить бутылку этого восхитительного и неповторимого «жемчужного» вина и съесть, наконец, свой ужин. Какое счастье, что такие, как я, не поправляются!
И пока расправлялась с изысканно сервированным мясом, вновь и вновь прокручивая в голове сообщение от Рейна Банка Времени, за мой столик опять кто-то нагло вторгся.
Да что за проходной двор!
Моему возмущению не было предела. Я мысленно кляла себя за то, что не попросила убрать второй свободный стул, но когда подняла глаза на очередного «гостя», вернее, «гостью», чуть не озверела.
За моим столом сидела женщина!
Очень своеобразная женщина.
Это
Сейчас я со всей ясностью представляла, как выглядит со стороны мой яростный и злой взгляд, который жег вторженку. И только намеревалась высказать все, что думаю о манерах этой дамочки, но она самая открыла рот… и я передумала. Иногда лучше жевать, чем говорить.
— Ах, милочка! — прошлепали огромные губищи блондинистой Сас знает кто. — Я весь вечер за Вами наблюдаю!
Да, ну! И с какой такой радости, позвольте спросить? Ты вообще, кто?
Я скривилась. Настроение слегка потухло.
Как будто услышав мои мысли, но не исключаю, что увидев кислую мину в моем исполнении, женщина-губы прочмокала. Выстреливая в меня тонким противным голосом.
— Ах, позвольте представиться! Лурдина *** (фамилия была не идентифицирована). Для друзей просто Лулу.
Мать моя, Уна. Откуда только берутся такие прозвища?
Я внимательно посмотрела на ее губы. Ну, серьезно, на них невозможно не смотреть! Они же сейчас лопнут! Полностью проигнорировав правила хорошего тона (вот не хочу и не буду называть свое имя непонятно кому) я вопросительно уставилась… да, тоже в ее глаза. Смогла.
— Чем обязана, Лурдина?
Это для друзей ты — Лулу, а мы, вообще то, не друзья. И вряд ли ими станем.
— Дорогая, у Вас исключительное, просто невероятное платье! Где Вы его купили? Я тоже такое хочу!
Вот это непосредственность… Женщине то на вид лет побольше, чем мне будет, и как с такими себя вести?
В голове сложился порядок действий, который я тут же повторила в реальности: вздохнула, отложила вилку, ненавязчиво дала понять, что ужин завершен. И вообще, моя персона уже практически одной ногой на выходе из заведения. Вот, даже развернулась в сторону выхода.
Но Лурдина Шлепшлеп (именно так я услышала произнесенную ей фамилию) тонкий намек не оценила никак. Или не поняла. Блондинка по-хозяйски расположилась за столом, даже чересчур по-хозяйски… хорошо хоть руки держала на коленях, а не принялась ими шарить по поверхности… и продолжала таращить на меня ярко-накрашенные глазища.
— Милочка, если не хотите говорить, где купили — продайте мне его!
Чтооооо?! Спасибо, что не отдайте… Хотя, еще не вечер.
Не хотелось бы использовать магию в общественном месте, но… чувствую, скоро придется. Не пугал даже существенный штраф, ибо что-то я начинаю терять терпение. И выдержку.
На всякий случай отодвинулась от стола, мало ли. Вдруг эта сумасшедшая решит ткань пощупать? Не отвяжется же… Ну что за день? Настроение упало до критически низкой отметки.
— Вы знаете, Лурдина… Скажу Вам по большому секрету — это платье не мое! — я принялась проникновенно и доходчиво, как ребенку, объяснять несуразной барышне некоторые тонкости моих взаимоотношений с одеждой. — Да-да, представляете? Одолжила его у подруги! Но, если Вам так понравилось, я могу у нее спросить. Вдруг оно ей больше не надо? И она захочет его, хм… продать?