Солдат удачи
Шрифт:
Маргарет мчалась по лесу во весь опор, как жокей в Эскоте. Сердце ее учащенно билось, она начала задыхаться и думала лишь о том, как бы продержаться до тех пор, пока лошадь не выбьется из сил. Потом она услышала за спиной какой-то топот. Сначала она приняла эти звуки за шум крови в ушах, но вскоре поняла, что это — стук копыт. Кому-то еще вздумалось покататься в этот ненастный день.
Маргарет не могла даже обернуться через плечо: ей необходимо было собрать всю свою волю и внимание, чтобы не лишиться головы. И лишь когда всадник поравнялся с ней, она поняла, что это Джон Джозеф.
Теперь всадники оказались в парке. В отдалении уже виднелись строения фермерских хозяйств. Джон Джозеф вытянул левую руку и схватил кобылу Маргарет за уздечку, развернув свою лошадь так, что оба наездника теперь скакали вправо.
— Держитесь, миссис Тревельян! — прокричал он. Она кивнула, не в силах произнести ни слова. — Она скоро устанет.
Маргарет еще раз кивнула и почувствовала, что кобыла действительно начинает замедлять ход. Через минуту она остановилась, вся взмыленная, и стояла, тяжело дыша и дико выкатывая глаза.
— Ну, спускайтесь на землю. Она вот-вот упадет.
Джон Джозеф протянул руки, и Маргарет Тревельян, бросив поводья, скользнула с седла прямо в его объятия. Обхватив ее за талию, юноша ощутил ее наготу, прикрытую лишь атласной амазонкой. Он так смутился, что не знал, как быть дальше, и только вспыхнул от смущения. Он хотел было отпустить ее, но тут Маргарет положила ему на плечи свои изящные ручки.
— Спасибо вам. Вы меня спасли.
— В этом нет моей заслуги.
— Но почему вы не смотрите на меня?
Джон Джозеф взглянул на нее, и глаза его заволоклись пеленой тумана, словно зимнее море. Маргарет немедленно поняла, что творится в его душе, но все же спросила:
— Что с вами, Джон Джозеф?
Молодой человек снова попытался оторваться от нее, но Маргарет крепко держала его за руки.
— Ну, ответьте же мне!
— Миссис Тревельян, я…
Маргарет засмеялась про себя. Он был как открытая книга: его разрывали на части пылкое желание и юношеская неуверенность.
— Ну-ну, не надо меня стесняться. Я всегда легко одеваюсь, когда выезжаю на прогулку. Чем меньше одежды, тем больше свободы в движениях.
В устах вдовы эти слова, обращенные к юноше, бывшему на пятнадцать лет моложе ее, прозвучали вызывающе, и Маргарет увидела, как в глазах Джона Джозефа появилось выражение решимости. На мгновение миссис Тревельян задумалась: сколько же раз ей доводилось раньше встречать такое выражение на лицах мужчин?
— Я понимаю.
На самом деле он, конечно, еще не понял, а только подумал, действительно ли в ее словах заключен определенный намек. Ведь Джон Джозеф настолько боготворил эту женщину, что никогда бы не позволил себе даже пальцем прикоснуться к ней. И теперь его руки задрожали.
Маргарет Тревельян снова улыбнулась про себя. Все было так очевидно! Она наперед знала, что произойдет дальше. Он утратит над собой контроль и овладеет ею, потом начнет просить прощения и получит его, а потом станет ходить
Молодой человек оцепенел от ужаса.
— Маргарет, дорогая! О, Боже!
Он начал похлопывать ее по рукам и щекам. Тихонько застонав, но не открывая глаз, она начала рвать на себе воротник, словно он душил се. Джон Джозеф немедленно принялся дрожащими неуклюжими пальцами расстегивать пуговицы. Одна, вторая… и вот уже взорам юноши открылась соблазнительная впадина между ее грудей. Не в силах сдержаться, Джон Джозеф наклонил голову и провел языком по восхитительной ложбинке, вдыхая сладкий аромат духов и пота.
Ловя ртом воздух, словно в припадке удушья, Маргарет сама расстегнула третью пуговицу. Из-под атласной ткани показались обнаженные груди с твердыми от морозного воздуха сосками. Джон Джозеф застонал и крепко прижал ее к себе. Потом он принялся осыпать эту божественно прекрасную грудь ласками и поцелуями.
— Ах, я, кажется, упала в обморок, — томно произнесла Маргарет.
Джон Джозеф отскочил, как ужаленный, одновременно попытавшись прикрыть ее лифом амазонки.
— Да, да, вы потеряли сознание.
— Какая нелепость. Я так устала от этой скачки. Кажется, прежде чем двигаться дальше, я должна прилечь и отдохнуть.
— Может быть, мы направимся к Дому Помоны? Это недалеко, а Кэролайн сможет там поухаживать за вами. Думаю, она сейчас дома, хотя мама с Матильдой и Мэри поехали в гости.
— Нет, нет, — поспешно ответила Маргарет. — Мне надо отдохнуть прямо сейчас. Вон там — сарай Блэнчарда? Просто помогите мне добраться туда, и я немного полежу. А вы можете отправляться домой, мой бедный милый мальчик. Простите меня за все эти глупости.
— Вы не совершаете глупостей, миссис Тревельян!
— Думаю, после этого приключения вы могли бы называть меня просто по имени — Маргарет.
— Благодарю вас, — Джон Джозеф покраснел от чувства вины и стыда. — Вы способны идти?
Маргарет осторожно переступила с ноги на ногу, но колени ее подломились, и она снова очутилась в объятиях Джона Джозефа.
— Вы не могли бы донести меня? Я не очень тяжелая. Если вы привяжете кобылу у сарая, я постараюсь добраться до замка, когда силы вернутся ко мне.
Вес это время Маргарет прижималась к плечу Джона Джозефа, обвив его шею рукой. По ее просьбе молодой человек поднял ее и понес к невысокому строению, такому же древнему, как и замок. Блэнчард хранил в сарае сено и пищу для скота. На пороге их встретил приятный запах соломы. Джон Джозеф вошел в низкую дверь и опустил свою драгоценную ношу на мягкую копну.
Он терзался мучительными сомнениями. Если бы на месте Маргарет была Кловерелла, он воспользовался бы ее милостивым разрешением и положил бы конец этой почти неуправляемой похоти. Но Маргарет — светская дама, аристократичная и утонченная леди. Джон Джозеф до сих пор не понимал, как смог пойти на такой риск во время ее обморока. Но пуговицы до сих пор были расстегнуты, она лежала на спине, и юноша снова увидел соблазнительные очертания прекрасной груди.