Солька – тёмная фея
Шрифт:
Солька с грустью подумала, что Велич наверняка учил этот монолог недели две, а может, и задумал такую подлость – ответить вместо неё, загодя: он-то хорошо учил хитрознание.
– Отлично сказано, мой мальчик, – улыбнулась Королева и, покосившись на Сольку, добавила:
– Поздравляю вас обоих… Но вам, моя девочка, неплохо бы подучиться – учтите, вы сдали экзамен с большой натяжкой!
Велич поклонился и поднялся в воздух: трибуны зааплодировали ему, раздались приветственные крики.
– Но Ваше
Королева, собравшаяся величественным жестом пригласить следующих учеников, так и застыла с нелепо поднятой рукой.
– Милочка, – в глазах царственной особы полыхнули молнии, – вы ведь хорошо учились в школе, раз находитесь здесь, не так ли? Поэтому должны знать, что отсутствие в человеке искренности убивает лишь его душу, отнюдь не тело… Тело продолжает жить – не тужить.
На трибунах раздался одобрительный гомон и смешки.
– Что касается вас, дорогая, – продолжила Королева и глаза её превратились в ледяные щёлочки, – я отстраняю вас от волшебства в любом измерении…
– А я не хочу быть тёмной феей! – неожиданно зло выкрикнула Солька, обернувшись к трибунам из листьев. – Я хочу делать добро! И за просто так! И когда хочу! И зло тоже! Но меньше и если надо… – её голос вдруг охрип и пресёкся.
«Ах-х-х-х!» – пролетело по залу, закружилось где-то в ветвях Золотой Липы и кануло в темноту.
Зал застыл, даже листья не шелестели от многочисленных крыльев присутствующих. Только раздался и тут же умолк чей-то приглушённый вскрик: кажется, это была тётушка Мендейра.
– Так-так-так, – тихо сказала Королева и вдруг выкрикнула: – Госпожа Мора!!!
Изумрудно-печальная тень тётушки не замедлила возникнуть на серебре паутины.
– Слушаю, ваше Величество, – тихо, но твёрдо проговорила она. Как всегда, тётушка была само достоинство.
– Кажется, это ваша воспитанница?
– Да, Ваше Величество.
– Вы знаете, что полагается феям за отказ от предназначения?
– …
– Я не услышала вашего ответа, госпожа Мора.
– Смерть, Ваше Величество.
– Тогда потрудитесь исполнить ваши прямые обязанности, – Королева бросила на Сольку холодный взгляд и ещё более холодный – на тётушку.
Мора медленно повернулась к онемевшей от ужаса Сольке и тихо произнесла:
– Госпожа Солия… вы имеете право на последнее желание.
– А после будете развеяны по ветру, – дополнила Королева. – Мы выполним любое желание, кроме помилования, разумеется.
На трибунах взволнованно зашептались, осуждая небывалое происшествие: где это видано, фея осмелилась отказаться от своей судьбы, от предназначенного дара!
Тётушка Мора смотрела вроде бы на Сольку, но как-то сквозь неё. Маленькая фея знала, что её ждёт быстрая и неминуемая смерть: тёмные феи от рождения слушаются
– Я хочу, хочу, желаю, то есть… – срывающимся голосом произнесла Солька и её слова разнеслись по залу отдельными звонкими всплесками. – Чтобы у мальчика Саши сбылось его желание за… за просто так.
Королева поджала губы и милостиво кивнула: один из судей что-то быстро застрочил в какой-то книжечке.
– Исполняйте приговор. И немедленно!
Тётушка Мора присела в изящном реверансе, не спеша повернулась к испуганной Сольке и заглянула ей в глаза.
Тётушкины глаза как-то странно увеличивались, приближались и приближались… Чёрные зрачки заполнили собою всю радужку: казалось, они превратились в два глубоких озера… В ушах у Сольки затрещало, пришла лёгкая тупая боль и тихое отчаяние заполонило её сердце: Королева, серебристые судьи, листья, зрители, мерцающая паутина… – всё накрылось тьмой и забвением.
– А я ведь говорила – нельзя брать человека на воспитание? – тихо прошептала Мендейра, когда молчание за вечерним чаем вновь опасливо затянулось. – И что в результате? Глупая смерть.
– Тише-тише, – опасливо оглянулась Фиана, – если Королева узнает, что Солька была человеком… Нас развеют вслед за ней! За нашей бедняжкой, ох…
– Но девочка была одна, в лесу, и казалась такой беззащитной… – Селест, не скрываясь, плакала навзрыд. – И укусила меня, когда я впервые купала её в росе… Я думала, она вырастет хорошей тёмной волшебницей!
– Да, когда у неё образовалась жёлтая корона, – задумчиво произнесла Фиана, – мы думали, она перевоспитается под нашим влиянием…
– Зря думали, – зло вмешалась Мора. – Я же говорила вам: люди тем и отличаются от нас, фей, что у них есть этот чёртов выбор. Мы честно служим только тёмному или наоборот, только светлому, а люди всегда желают выбирать. Я знала, всегда знала, что это случится!
– Знала и всё-таки не спасла… – Мендейра запнулась под ледяным взором Моры.
– Я должна была ослушаться Королеву? – холодно спросила та.
– Тише, девочки, – усмирила Фиана очередную ссору, – ничего не вернёшь, не правда, ли? Мы все получили хороший урок: нельзя связываться с людьми. Они – совсем другие.
– Всегда стремятся выбирать, – буркнула Мендейра и вдруг глубоко и взволнованно вздохнула.
– Может, – вздохнула Селест, – в этом и заключается их счастье? Ведь они, в отличие от нас, более свободны…
– И их погибель, – не удержалась Мора, – и погибель, милочка! Какая свобода, если люди засели в своих городах, словно кроты в тёмных норах, и даже свежий лесной воздух для многих из них в диковинку! Разве это свобода?! Они живут, работают, рожают детей и снова работают… Где здесь свобода?!