Солнца нет
Шрифт:
Свинин закурил.
– Я тут слышал, что премию выдают?...
– Выдают. Только не так много, как некоторые хотят, – пояснил мужчина в светлом костюме.
– За хорошую работу и платить надо хорошо. Или тебя что-то не устраивает?
– Если бы меня что-то не устраивало, ты бы тут не сидел.
– Это воспринимать как угрозу? Или предупреждение?
– Расслабься, капитан, неужели у тебя так с юмором плохо? – усмехнулся Роев.
Евгений на секунду остановился, улыбнулся и сказал:
ВыЦыган вынул из внутреннего кармана пиджака туго набитый долларами конверт и придвинул напротив сидящему милиционеру.
– Заработал – получи. – Он пристально с ухмылкой наблюдал за реакцией Свинина. Тот лениво посмотрел по сторонам, конверт не взял, спокойно ответив:
– Ты меня за дурака считаешь? Убери. Конверт положи в оговорённое место.
– Сколько тебя знаю, не гаснет твоя предусмотрительность.
– Служба такая. Ладно, мне пора, хочу тебя предупредить, чтобы в следующий раз больше зелени положил раза в два.
– Не понял? – переспросил Роев.
– Сейчас поймёшь, – ехидно усмехнулся тот. – Замутил ты, Деня, дела тёмные, а мне их покрывать приходится. И вдруг кто-то, кроме меня об этих твоих делах случайно узнает?
Денис внимательно смотрел на собеседника.
– Вот чтоб никто лишний о них не узнал, ты должен мне платить, – закончил вымогатель.
Донгмэй нравилось, как Евгений читал ей стихотворение. Он, первый мужчина, сделавший для неё такой подарок.
Любуюсь вами, как дитя!...Сказать ли вам мое несчастье,Мою ревнивую печаль,Когда гулять, порой в ненастье.Вы собираетеся в даль?И ваши слезы в одиночку,И речи в уголку вдвоем,И путешествия в Опочку,Господин в светлом костюме обратил внимание на открытую грудь с глубоким вырезом соседствующей блондинки.
– По-моему, я тебе и так неплохо плачу, капитан.
– Это у тебя не детей, не плетей, а у меня семья!
– Жадный ты человек, Свинин. Жадность до добра не доведёт...
– Ты меня пугаешь, что ли? Или спорить со мной собрался? – спросил мент.
Роев отмахнулся.
– Ну что ты, Вася, что ты?... Спорю я друг, только с равными мне людьми, а ты всего лишь мент продажный! Поэтому нечего мне с тобой спорить, не расстраивайся, как скажешь, начальник, так и будет.
– Деня не забывай, я очень нужный человек, – сказал напоследок мент и ушёл.
Рядом с лодкой медленно проплыл речной трамвайчик, пассажиры по-разному оценили
– Спасибо, ты меня удивил, – Евгений получил поцелуй в награду. – Кто автор? – поинтересовалась китаянка.
– Александр Сергеевич, кто его не знает... – ответил Меньшиков и снова закурил.
Они причалили к берегу. Он помог девушке перебраться на сушу.
– Моя принцесса, у меня для тебя есть ещё сюрприз.
– Какой?
– На то он и сюрприз. Потерпи. Пойдём. – Они поднялись на набережную и Меньшиков громко по-соловьиному свистнул. Вверх взмыла стая сизых голубей. И в следующий момент из-за растительности выехала белая карета, запряжённая двойкой вороных коней.
Экипаж остановился. Евгений отворил дверцу, подсадил даму, после чего присоединился к ней со словами: «Всё возможно, если в сердце живёт любовь...»
Глава 29
Меньшиков и Донгмэй, целуясь, вошли в мастерскую. Прогулка в карете прошла великолепно, девушка была в восторге, а настоящий мужчина в свою очередь преследует именно эту цель.
– Может, перекусим? – предложил довольный хозяин.
– Не забывай, зачем мы здесь, – напомнила китаянка.
– Да, надо работать. Иначе наша картина никогда не будет закончена. Но, работа не волк, в лес не убежит, так что я не откажусь от фруктов. – Вскоре, он принёс связку бананов и пару красных яблок.
Меньшиков снова расставил несколько горящих свечей, до того как опустились металлические жалюзи снаружи, пододвинул холст, приготовил краски с кистями. Мэй скинула свой белый сарафан: он водопадом упал на пол. Евгений прикурил от свечи, вновь поражаясь тому, как скульптор Господь потрудился над этим телом. Красавица сняла нижнее бельё и удобно устроилась на широком диване среди мягких подушек. Меньшиков, не вынимая изо рта сигареты, принялся наносить маски на холст.
– Ты так много куришь... – покачала головой натурщица.
– Да? Не заметил, – сказал художник, непринуждённо откинув окурок в большую кучу бычков, покоящуюся в рядом стоящем ведре.
– Мне так нравится твоё искусство, дорогой, – улыбнулась девушка.
– Неужели только это?
– Закончишь портрет, я тебе покажу, что мне нравится.
– Будет интересно узнать. Даже не терпится. Предлагаю, отложить наше занятие и перейти прямиком к твоему предложению.
– Потерпи. Искусство для тебя должно стоять на первом месте.