Солнце, море... Дирижабль
Шрифт:
Секретарь коротко поклонился и покинул кабинет.
Виктор поднялся из-за стола и уселся в кресло, любуясь открывающимися видами. А посмотреть было на что. Из окна открывался чудесный вид на город и башню-гостиницу, верхний этаж которой носил следы недавнего пожара.
В дверь, после короткого стука, вошёл мужчина в мантии и пепельной маске. И встал в позу ожидания.
– Я не доволен.
Тишина была ответом. В кабинете ощутимо поднялась температура.
– Я не терплю, когда в отчётах допускают ошибки.
– Продолжил Виктор, пуская огненную
– Они исключены, ваше величество.
– Смелое заявление. Тогда объясните, почему в гостиницу вошли трое, пили четверо, а улетели пятеро? – В голосе самодержца появилась усмешка.
– Всё верно. Они призвали себе собутыльника.
– Может нашли кого-то из местных? Неучтённые посетители?
– Неизвестный заказал себе живую свинью. И никто из персонала гостиницы и экипажа дирижабля не смог вспомнить как выглядел гость.
– Точно узнать не удалось?
– Огонь уничтожил все следы.
– На столе шкатулка. Там лежит кристалл. Он поможет получить ответы. Вы уже связались с нашим агентом?
– Боюсь, он уже не наш агент. Судя по ответу, Эриха Мироя уже перевербовали.
– Быстро. – Император одобрительно хмыкнул. – Это все Гринривер. У молодого человека талант находить себе спутников. – Поделился выводами самодержец. – Хотя бы удалось выяснить, что случилось с послом?
– Он жив. Это всё, что он мне известно. – Всё так же бесстрастно ответил визитёр.
– Как-то очень плохо для доклада агента. Он здоров? Почему он покинул гостиницу? Что заставило его изменить присяге и нарушить все дипломатические мандаты? Почему я не увидел этого в документах?
– Я вынужден исключать непроверенную или оскорбительную информацию из докладов. Без этого всего доклад можно сократить до двух слов. Посол жив. Я не вправе нарушать регламент.
– Регламент. Ох уж этот регламент… - Император бросил взгляд, полный отвращения, на книжную полку, где находилась книга кодекса властителя.
Ульрих Кровавый, основатель династии, оставил подробный свод правил своим потомкам. Регламент неукоснительно соблюдался, хоть и претерпевал изменения под реалии времени. И проблема была не в том, что в империи люди уж очень трепетно следовали традициям. Просто первый император был до сих пор жив, здоров и даже вменяем. Требовал называть его папой и мог посетить потомка ночью. Не все выживали.
– Хорошо, в частном порядке, что было в докладе? – Лазейки есть в любых правилах.
– Посол нужен. Он гарантия исполнения миссии. Поиграются отдадут. – На последней фразе голос докладчика дрогнул.
– Хорошо. Я вас понял. Вы прощены.
После этой фразы в кабинете как-то сразу стало легче дышать. Но посетитель даже не сделал шага в сторону двери. Аудиенция ещё не была закончена.
– А ещё я желаю, чтобы на этой башне горел огонь.
– Желаете сжечь башню? С людьми или без? – Уточнил визитер.
– Я не желаю сжечь башню. Я желаю, чтобы на её вершине горел огонь. В остальном пусть… работает как и раньше. Вам всё понятно?
– Да, ваше величество.
–
Кабинет опустел.
– Копчёный хуй его величества. – Мужчина хмыкнул в усы, не отрывая взгляда от башни, которой пожар сильно подпортил внешний вид. – Надо же. Может хоть огонь поменяет название.
Глава 4
– Сэр Ричард! Сэр Ричард! Проснитесь!
Гринривер неохотно разлепил глаза. И тут же закрыл их снова. Его мутило. А каюта ощутимо шаталась. А ещё он не любил летать.
– Сэр Ричард!
– Мистер Мирой, будить меня в подобном состоянии – это подвергать свою жизнь угрозе. – Голос молодого человека скрипел, а язык, кажется, шуршал по пересохшему рту. Говорил он с закрытыми глазами, чтобы не усугублять неприятные ощущения. – Оцените мое хорошее отношение и покиньте каюту, иначе вы её покинете частями или не покинете вообще!
Что-то звякнуло. Запахло свежестью. Гринривер, заинтригованный, приоткрыл один глаз.
На тумбочке перед ним стоял высокий стеклянный бокал в тяжёлом витом подстаканнике. От подношения тянуло холодом.
Ричард резко сел, вцепился в бокал и в три глотка осушил его. Лимонад с мятой и какими-то травами холодной волной омыл глотку и рухнул в спазмирующий желудок.
Молодой человек сделал глубокий вдох и уже без прежней ненависти взглянул на Мироя.
– Ладно, я вас слушаю. – В голосе молодого человека было просто море снисхождения.
– Там это… Мистер Салех. Ругается. – Маг явно не мог понять, как ему начать этот разговор.
– О, да, это… Внушает. Но я то, чем могу помочь? У меня нет никакого желания опохмелять Мистера Салеха своей кровью. – Ричард изучал каюту.
– Может тогда хотя бы раскуёте его? – Робко предложил свой вариант Эрих.
– А у вас есть что раскурить? Раскурить мистера Салеха не самая плохая идея, он может подобреть.
– Ричард, кажется, не слишком правильно услышал собеседника. А потом до Гринривера дошло. – Так, минутку, вы сказали «раскуёте»?
– Да, мистера Салеха и этого жуткого четырёхрукого господина. – Мирой чувствовал себя не в своей тарелке.
У Ричарда стремительно повышалось настроение.
– Ещё раз, вы хотите сказать, что где-то в соседней каюте лежат скованные Рей Салех и старый Роберт и только я могу их освободить? Они сами не справятся и у вас тоже не получилось ничего подобного? – В голосе молодого человека звенело радостное предвкушение.
Мирой кивнул.
– Блеееееск! – кажется, Ричард начал слегка светиться. Он подскочил с кровати, и отравился к небольшому умывальнику. Вода текла тонкой струйкой. Процесс затягивался.
Гринривер что-то проворчал, а потом в его руках возникла чёрная сфера, в которую молодой человек сунул голову. Сфера исчезла, а Ричард судорожно закашлялся. Но при этом об был чистый, как после бани. Когда приступ кашля закончился (атрибут вытянул весь воздух из легких молодого человека) Ричард освежил лицо водой, сбрызнул себя одеколоном и повернулся к Мирою.