Шрифт:
Alle warten auf das Licht
F"urchtet euch, f"urchtet euch nicht
Die Sonne scheint mir aus den Augen
Sie wird heut Nacht nicht untergehen
Und die Welt z"ahlt laut bis zehn…
(Rammstein “Sonne”)
Глава 1. Знакомство
– Разводы я люблю гораздо больше, чем свадьбы. Очень забавно наблюдать,
Я покосилась на хорошенькую блондинку, сидевшую за столиком у окна. У нее странное чувство юмора, если она способна радоваться таким вещам.
– Мне казалось, что разрыв отношений – всегда трагедия, – сорвалось с моего языка, хотя я не собиралась спорить. – Нелегко пережить расставание с любимым человеком.
– Это с какой стороны посмотреть, – усмехнулась незнакомка и уставилась на меня пронзительно-голубыми глазами. – К примеру, если ваш парень внезапно женился на другой, вы будете считать, что он навсегда для вас потерян, начнете страдать. Но на самом деле нужно просто подождать несколько лет – он усвоит урок, вот увидите.
Я смутилась. Мне вдруг показалось, что девушка заглянула прямо в мою душу. Она угадала: год назад мой жених переметнулся к сопернице, и я до сих пор не оправилась от этого удара.
– Вы так думаете? – мой голос дрогнул. Почему-то ее слова прозвучали веско и серьезно, словно она была уверена в их истинности.
– Я вам обещаю, – заверила незнакомка.
Я посмотрела на нее более внимательно. Симпатичная девушка, с благородными чертами лица, тонким прямым носом, высоким лбом и легкой усмешкой на губах. Дедушка сказал бы, что в ней чувствуется порода. Одета и причесана моя визави тоже с отменным вкусом: я с завистью пробежалась взглядом по крупным, аккуратно уложенным локонам, персиковому платью, осторожно обнажавшему одно плечо и туфлям на высоком каблуке. Единственная деталь, слегка выбивавшаяся из образа нежной маргаритки – тяжелый серебряный браслет, каждый сегмент которого изображал сцену из жизни Рамзеса II: битву при Кадеше, взятие Дапура, женитьбу на хеттской царевне и разгром шерданов. Я, со своей любовью к истории, моментально узнала воплощенные в металле египетские росписи.
Украшение явно сделано на заказ – объединить в браслете всю биографию фараона, жившего 34 века тому назад, не придет в голову ни одному ювелиру, собирающемуся растиражировать свое изделие. Какой странный выбор для девушки – широкая армилла смотрелась на тонком запястье чужеродно.
Пока я рассматривала браслет, незнакомка встала со стула, подхватила клатч и вышла на улицу. Я проводила ее завороженным взглядом и почувствовала, что горький комок, поселившийся в горле со времен свадьбы моего любимого, внезапно исчез.
– Ура молодым! – заорали со всех сторон. Я растерянно оглянулась и вспомнила, что мы празднуем помолвку моей дальней родственницы – то ли племянницы, то ли, наоборот, тети, но по возрасту мы ровесницы.
Семейной сплоченностью и численностью клана мы способны удивить даже Форсайтов: на всех значимых мероприятиях присутствует не менее ста человек родни. Вот и сегодня кафе полностью занято нами, не считая тонкой
– Маш, ты помнишь, как зовут нашу тетю? – спросила моя младшая сестра Мира, плюхаясь рядом.
– Не тетю, а племянницу, – поправила мама. – Кажется, она Настя.
– Нет, она для них тетя, – влез папа. – И ее имя Катя.
– Нет! – не согласилась мама. – Ее прабабушка – дочь твоей бабушки от первого брака, следовательно, вы с ее бабушкой брат и сестра, а Маша и Мира для Насти – тети.
– Ты не права, – уперся папа. – Это Катя – дочь твоей двоюродной тетки от второго брака, просто вы с ее матерью одногодки, вот ты и запуталась.
– Да какая разница: Катя, Настя, Таня, тетя, дядя – главное, поскорее поздравить и свалить. Между прочим, у меня завтра тренировка. Надеюсь, жених не будет рассусоливать – быстренько напялит кольцо, и мы свободны, – ответила Мира и положила в тарелку салат.
Моя сестра не отличается сентиментальностью и склонностью к романтизму. Все это досталось мне, поэтому я учусь на художника, а она занимается профессиональным боксом и придерживается слегка циничного взгляд на жизнь.
На пороге показалась невеста с прической а-ля маркиза де Помпадур: на голове красовалось какое-то сооружение, напоминающее замок, из башенок которого во все стороны торчали декоративные заколки в виде цветов. От этого лицо казалось непропорционально маленьким, а череп – сплющенным на затылке. Девушка оделась в синее вечернее платье до пола, расшитое пайетками, стразами и длинными перьями. Лиф украшали чудовищного размера розы, мешавшие родственнице обозревать окружающих. Выглянув из-под них, она устремила взгляд, полный обожания, на невысокого брюнета в дорогом костюме.
С его появлением я ощутила, как атмосфера в зале резко поменялась – все как будто приободрились, стали веселы и говорливы. Меня охватила волна беспричинного ликования – захотелось петь, танцевать и смеяться. Даже Мира оторвалась от салатика и улыбнулась. Возникло странное ощущение, будто на свете вообще не существует ничего плохого – только сплошная радость.
Между тем, жених произнес положенные речи и надел на палец суженой кольцо с нежно-розовым камешком. Я думаю, никто даже не понял, что он говорил – все только смотрели ему в рот и кивали, глупо улыбаясь.
– У тебя не было такого чувства, словно ты на рок-концерте? – спросила Мира, когда мы ехали домой. – Приползаешь туда уставший и желающий только увидеть любимых исполнителей, а через пять минут уже орешь и прыгаешь, как безумный, позабыв обо всем?
Она высказалась весьма оригинально, но я ее поняла и кивнула.
– Да, в этом Эрике есть что-то необыкновенное. Он, как роулинговский дементор наоборот – рядом с ним кажется, что с тобой никогда не случится ничего плохого. Может, он цыган, и попросту провел сеанс массового гипноза?
– После гипноза плохо, а нам хорошо, – не согласилась Мира. – И, насколько я поняла, он наполовину русский, наполовину – киприот.
– Кстати, сегодня, пока вы где-то ходили, я болтала с одной интересной девушкой: от нее было похожее ощущение только без ликования – просто спокойствие и тепло. Жаль, что я не догадалась спросить, как ее зовут. Мне кажется, мы могли бы подружиться.
– Что за девушка? – заинтересовалась сестра.
– Блондинка в персиковом платье с тяжелым серебряным браслетом на запястье.