Это на память, сказала она. Он бы заплакал, если б уже не выплакал все слезы. Она повернулась и пошла к Вратам. Волки, лениво терзающие окровавленные лохмотья, насторожились и вскинули морды. Не ускоряя шаг, она прошла мимо них и остановилась среди магов.
Вы
слышали все, сказала она им, и видели, что случилось с вашим вероломным владыкой. Помните же об этом, маги. Они будут помнить. Эсториан тоже ничего не забудет. Никогда. Что бы с ним ни случилось. Юл-котенок, валявшийся возле его ног, вдруг встал и напрягся от кончика носа до хвоста, глядя в сторону Врат. Он думал о теплой шерсти своей матери, о боязливых сестричках, о мясе, о молоке, о долгом и безмятежном сне. Да, подумал Эсториан. Пора спать. Долгая ночь прошла, скоро наступит рассвет . Он огляделся вокруг, чтобы запомнить детали: черный куб в центре кристалла, sbemw`mm{i неподвижной фигурой, сверкающие хрустальные стены, неясно мерцающую в их толще одинокую тень. Пока он стоял, погруженный в свои думы, грани кристалла налились золотым светом, там, в мире людей и вещей, взошло солнце, его лучи расцветали над ним, отзываясь песней в крови. Он наполнил ладони золотистым нектаром и швырнул его сквозь проем Врат в холодную мглу потусторонней пещеры, он наполнял и швырял, наполнял и снова швырял. Маги стояли, не понимая, оленейцы плотнее задернули лица. Вэньи, казалось, была готова его убить.
Прекрати сейчас же, сердито закричала она. Это не твой мир.
Все миры
мои, ответил Эсториан, и не мои, потому что принадлежат всем сразу и никому в отдельности. Я лорд Вселенной. Могу я принести свою дань Сердцу Миров? Она смотрела на него недоверчиво. Он явно дурачился, но она не могла уловить соль в его шутке. Впрочем, то, что сейчас они были равны, примиряло Вэньи с ним и приятно щекотало ее гордость. Он усмехнулся.
Пригласи меня в сердце своего владычества, о повелительница магов! Ее взгляд не смягчился. Он нисколько не удивился бы, если б она одним щелчком отправила его назад, вместе с котом, оленейцами и дурацкими выходками, она вся кипела и могла бог знает что натворить. Однако он продолжал улыбаться, сам не понимая чему. Ему совсем недавно казалось, что он не сможет улыбнуться никогда в жизни. И все же солнечные зайчики теперь весело плясали там, куда вовсе не проникал солнечный свет, и Вэньи выглядела просто красоткой, купаясь в его лучах, со всей своей яростью, неимоверной гордостью и темпераментом. Она-таки сумела взять себя в руки. Искры все еще продолжали сыпаться с ее сущности, но вежливая улыбка уже играла на тонких губах, когда она, поклонившись, сказала:
Добро пожаловать в Сердце Мира! Она усмехнулась и, немного помолчав, добавила:
Милорд император! И это было только началом. _______________________________ 1 Сенель рогатое парнокопытное животное, подобное лошади. Примеч. пер.