Солнышко
Шрифт:
Солнышко
Однажды ранним-ранним утром, на границе земель свободолюбивых кочевников и государства, где с помощью храброй армии правит император Велиам, появилась на свет маленькая девочка. Первые лучики солнца коснулись ее рыжеволосой головки с первым ее криком. И стала она Солнышком. Солнышком, которое вначале осветила жизнь своих родителей, а потом, с их утратой, и своего приемного отца, своих друзей кадетов. И даже люди другой культуры - эти воинственные кочевники - захотели иметь ее свет рядом с собой. Своим невинным и искренним сердцем, но в тоже время и твердым
* * *
Солнечный луч, скользнув сквозь сваленные в кучу ветки, провалился в сумрачную глубину небольшого пространства неуклюже собранного шалаша и уткнулся в ярко-рыжую макушку маленькой девочки, запутавшись в непослушных кудряшках. Девочка увлеченно закапывала стекляшку, под которую спрятала цветок, уложив его на блестящую бумажку. Потом очистила пальчиком середину стекла, чуть сдвинулась, и солнечный луч осветил малышкин секрет. Бумажка тут же заиграла радужными всполохами, окружив цветок сиянием. Девочка удовлетворенно кивнула, шмыгнула носом и снова закапала созданную композицию.
– Солнышко!
– женский голос заставил малышку вскинуть голову.
– Где ты, Солнышко?
Девочка припала к небольшой щелке между ветками и поискала глазами мать. Та шла к шалашу, поглядывая по сторонам, и продолжала звать ее. Девчушка снова шмыгнула, утерла нос грязными пальцами, оставив на личике черные полосы, и поползла на выход.
– Вот ты где, - женщина широко улыбнулась и подхватила дочь на руки.
– Чумазая какая, - добродушно пожурила она малышку.
– А у меня секрет, - важно сообщила девочка.
– Важный?
– полюбопытствовала женщина.
– Краси-ивый, - протянула девочка.
– А папа где?
– Папа ушел с остальными мужчинами, - ответила мать, и девочка вздохнула.
Отца она за последнее время видела всего два раза. Первый, когда поздно вечером проснулась, захотев пить. А второй, когда рано утром он случайно задел медный таз, грохнув им, и малышка проснулась, успев увидеть, как отец целует маму и выходит за дверь. Все в их приграничном селе говорили о каких-то степняках. Девочка толком не понимала, что это такое, но уже ненавидела этих неведомых степняков всем своим маленьким сердечком, потому что они отняли у нее внимание папы. Он теперь не играл с ней по вечерам перед домом и не рассказывал сказки, держа на коленях перед потрескивающим очагом.
Отец уходил рано утром и возвращался поздно вечером. Он целыми днями рыл с другими мужчинами земляной вал, обновлял частокол вокруг села, готовил смолу и оружие. Малышка как-то бегала смотреть на то, что делают мужчины, вместе с соседскими детьми. Но их прогнали, велев не путаться под ногами. Крайс, брат ее подруги Мини, с которыми девочка бегала смотреть на отца и других мужчин, важно рассказывал, что он тоже пойдет защищать село. Малышка морщила нос, слушая его, и хотела, чтобы степняки пришли побыстрей, и папа бы уже вернулся к обычной жизни, а то
– Мой личико и ручки, - велела мать.
– Сейчас будем обедать.
– А папа придет?
– девочка вскинула на мать большие синие глаза.
– Нет, Солнышко, - вздохнула женщина.
– Папа пока занят.
Малышка вздохнула и пошла умываться. Она налила в таз воды из кувшина, намочила руки и обернулась, воровато глядя, смотрит за ней мать или нет. Женщина погрозила дочери пальцем, и девочка взяла кусок мыла, которое варил отец Крайса и Мини.
– И лицо, Солнышко, - строго сказала женщина, подходя к малышке.
Дочь послушно зажмурилась и намылила личико. Мать взяла кувшин и полила девочке на подставленные руки, смывая пену. Малышка начала спешно смывать кусачее мыло с лица, пофыркивая и что-то ворча себе под нос. Женщина тихо засмеялась, глядя на дочь. Потом подала ей полотенце и пошла накрывать на стол.
– Солнышко, иди обедать, - позвала она.
– Иду, - ответила девочка.
Похлебка была горячей и наваристой, и все никак не желала остывать, сколько девочка не дула на ложку. Она насупилась и положила ложку обратно в миску. Мать строго взглянула на дочь, и малышка снова начала воевать со своим обедом.
– Ты не хочешь есть?
– догадалась женщина.
– Не хочу похлебку, - девочка сложила руки на груди, сердито глядя на миску.
– А что хочешь?
– спросила мать.
– Хлеб с медом, - малышка посмотрела на маму, широко улыбнувшись, но тут же снова нахмурилась, потому что женщина отрицательно покачала головой.
– Съешь похлебку, получишь хлеб с медом, - сказала она.
Девочка тяжко вздохнула и взялась за ложку. Хлеба с медом хотелось очень. Она уже съела половину своей порции, когда открылась дверь, и в дом вошел отец. Широкоплечий мужчина с рыжей шевелюрой и добрыми веселыми глазами стремительно подошел к дочери и подхватил ее на руки, вызвав своим поступком недовольное ворчание матери. Отец покружил дочку, расцеловал в щеки и крепко прижал к себе.
– Я соскучилась, папа, - обиженно сказала малышка, обнимая отца за шею.
– Я тоже, Солнышко, - улыбнулся отец и снова поцеловал ее.
– Очень-очень.
– Ты сегодня придешь раньше?
– дочь запустила пальчики мужчине в волосы.
– Я буду очень сильно стараться, - ответил отец.
– Что-то случилось?
– спросила мать, подходя к ним и тревожно глядя на мужа.
– Они уже близко, Рин, - тихо сказал мужчина.
– Вы еще можете успеть покинуть село, если поедете прямо сейчас.
– Ингер, я бы хотела остаться, - женщина положила голову на плечо мужа, и он обнял ее.
– Я тоже хочу остаться, - насупилась девочка.
– Мы с Мини собирались напустить в штаны Крайса муравьев. И у меня секрет.
– Важный?
– поинтересовался отец.
– Краси-ивый, - со значением ответила дочь.
Мужчина сильно-сильно прижал к себе малышку, потом посадил ее обратно за стол, велев доедать похлебку, а сам вывел мать за дверь. Недовольная девочка поставила локти на стол и подперла щеки кулачками. Голоса родителей доносились до нее, но слов девочка не разбирала. Наконец, дверь снова открылась, вошла заплаканная мать. Она спешно утерла слезы и улыбнулась дочери.