Соломинка
Шрифт:
Когда-то Энакин так хотел вырваться на свободу, а оказалось, что заполучив ее, он остался в гордом одиночестве.
Не знающий, что и предпринять Энакин уже даже решил принять предложение Палпатина, и сходить с канцлером в Оперу - опять давали какую-то нудятину, которую татуинец считал даром потраченным временем.
Однако планы пришлось изменить: Падме устраивала небольшой прием, и одолеваемый паранойей Скайуокер не смог оставить ее одну.
Среди приглашенных
А самого Энакина только Вентресс изредка навещала, словно потеряв к нему интерес.
На приеме собрались те, кого Скайуокер знал, благодаря Падме или Оби-Вану, поэтому он мог более-менее поддерживать разговор. А в разгар неформальной беседы на комлинк Кеноби неожиданно пришел сигнал. Скайуокер решил, что это что-то срочное, поэтому вид явно страдающего Винду заставил изумиться.
– Оби-Ван, - тяжело вздохнул корун, - планы изменились. Завтра с утра... А! Что тут объяснять! Трасия вернулась. И она опять беременна!
Запись прервалась, присутствующие с огромным интересом уставились на закатывающего глаза магистра.
– Оби-Ван?
– на правах близкого друга Бейл решил попробовать разузнать явно пикантные подробности происходящего.
– Это что такое было?
Кеноби вздохнул, но отвертеться явно не получалось.
– Мастер-джедай Трасия Чо Лим вернулась из Неизведанных регионов. Судя по всему, опять с прибавлением.
Падме и Бейл переглянулись, Скайуокер очнулся от тягостных размышлений: видеть Кеноби и не иметь возможности с ним нормально пообщаться было мучительно.
– Еще раз?
– решил уточнить Бейл.
– Прибавление? Но ведь джедаям запрещено вступать в брак! За это изгоняют!
– Кто вам сказал?
– неожиданно нахмурился Кеноби, и Органа растерянно пожал плечами.
– Всем известно. Джедаи не вступают в брак. Не так ли, рыцарь Скайуокер?
– обратился за поддержкой сенатор. Рыцарь слегка покраснел, но кивнул.
– И что с ней будет? Ее изгонят?
– заинтересовался альдераанец, а у Скайуокера по спине потек холодный пот. Кеноби изумленно посмотрел на своего друга.
– Великая Сила! Бейл. С чего ты взял такую глупость?
– Но ведь браки запрещены...
– неожиданно выпалил Энакин, и Кеноби выпрямил и так прямую спину. Вроде неуловимая мелочь, но Скайуокер рефлекторно подобрался: сейчас на него смотрел не Оби-Ван, не мастер Кеноби, а один из магистров
– Рыцарь Скайуокер, - голосом Оби-Вана можно было резать, как ножом, - произнесите третью строку Кодекса.
– Нет неведения, есть знание, - выпалил тот. Кеноби слегка кивнул.
– Что в Кодексе говорится о браках?
– Ничего...
– медленно произнес Скайуокер, ничего не понимая.
– Что говорится в Уставе о браках и семьях?
– продолжил допрос Кеноби, и Падме с Бейлом украдкой переглянулись: Скайуокер смотрел на своего бывшего мастера, как кролик на удава.
– Вступление в брак не одобряется, - напряг память Скайуокер.
– Не одобряется без чего?
– поднял бровь джедай. Энакин беспомощно промолчал.
– Я вам отвечу, рыцарь Скайуокер. Без разрешения.
– А почему джедаям вообще необходимо разрешение?
– недоуменно поинтересовался Бейл.
– Что в этом такого? И эти ваши непривязанности?
Кеноби неприятно усмехнулся.
– Бейл. Кто твоя супруга?
– Королева Альдераана, - пожал плечами Органа.
– И сам ты вице-король и сенатор. Не так ли? У вас есть общие интересы. Вы знакомы друг с другом. Вы знаете друг друга... Потому что общаетесь, живете вместе, работаете. Не так ли?
– Да, - с явной гордостью ответил сенатор.
– А теперь представь, что ты женился на рыцаре или мастере. Твоя супруга выросла в совершенно других условиях: ничего личного, вся ее жизнь посвящена служению другим. Она постоянно на миссиях, а они могут быть опасны - иногда нельзя даже весточку послать. И это тянется месяцами... Годами. К примеру, миссия на Мандалоре заняла год. Мы жили в канавах и ели подножный корм, а за нами шли отряды убийц. Твоя супруга будет подчинятся воле Сената, в котором ты работаешь - куда пошлют, туда и направится. Видеться будете редко. Знать что-то о друг друге? Для этого необходимо время, которого у вас не будет. И это так... Самый простой вариант.
Падме подалась вперед, напряженно слушая.
– Джедая могут убить. Искалечить, - ровный голос Кеноби звучал в полной тишине.
– Продать в рабство. Использовать для целей, неприемлемых обществом. Он может пропасть без вести. Ты будешь ждать свою любимую месяцами, годами... зная о таких перспективах, что она может не вернуться? А теперь о непривязанностях. Представь, что кого-то из вас взяли в заложники. Что ты будешь делать? Ты сможешь пожертвовать одним разумным, чтобы спасти десяток? Или самому пойти на смерть? А ведь сейчас идет война. Поэтому браки... не одобряются. И касается это в первую очередь тех, кто постоянно в разъездах - то есть дипломатов. Мы должны быть беспристрастны. А брак - это прекрасный способ политического давления. В первую очередь.