Сон и явь. Перепутье

Лин Брук

— Я не так требователен к своему сердцу. Спокойно могу уместить в нём остатки чувств к одной и быть увлечённым другой.

— Ты сильно любил Киру? — непроизвольно вырывается из моих уст.

Этот вопрос не даёт мне покоя. Точнее, я знаю, что любил, но мне хочется услышать это от него. Возможно, это приведёт меня в чувства, и я перестану утопать в нём.

— В любви не бывает слабо или сильно. Либо любишь, либо нет. Мне казалось, что я любил, но время и опыт покажут.

— Родители говорят, что мы ничего не смыслим в

любви. Всё это страсть, увлечённость, влюблённость. И только когда наступают тяжелые времена и начинает дуть ветер, снося всё на своем пути, вы либо обретаете это чувство любви, либо теряете связь с человеком.

— Пожалуй, они правы, — с досадой усмехается он. — Пока я боролся за жизнь сестры, вместо того чтобы поддерживать меня, моя жена спала с моим другом.

— А я даже не знаю, что сказать о своих отношениях. Мне казались они идеальными, пока мы не попали в аварию.

— Ты и в правду не знала, что он изменял тебе? — удивлённо смотрит на меня.

— Я даже не подозревала об этом. Верила ему безоговорочно. Хорошо, что встретила вас с Дженни в тот день в парке.

— Дженни говорит, что ты слишком спокойно восприняла всю правду о нём.

— Я умею контролировать свои эмоции. Да и я ведь уже говорила, со мной всё не так однозначно, как кажется.

Нас прерывает звонок на его телефон.

— Извини, должен ответить. Звонит адвокат, — он отходит от меня и принимает вызов.

Разговор длится минут пять, Итан то и дело бросает на меня озадаченный взгляд, и я теряюсь в догадках, что же случилось. Договорив, он подходит ко мне и выглядит серьёзным и даже озлобленным. Я растерянно смотрю на него и жду, когда он скажет в чём дело.

— Кажется, тебе пора рассказать о своей неоднозначности и предчувствиях, — заявляет со всей твёрдостью своего голоса.

Глава 15

И из всех бессонных ночей, эта была самой незабываемой.

Итан твёрдо стоял на своём решении узнать от меня правду. Я отшучивалась, стараясь сменить тему разговора, но он был непреклонен и требовал объяснений, откуда мне было известно о самоубийстве Дженни, про фальсификацию документов и какой кофе он любит. И в конечном итоге я сдалась.

— Пока я была без сознания после аварии, мне снился ты, — с этих слов я начала свой рассказ.

Сначала он рассердился, решив, что я в очередной раз шучу. Но я убедила его выслушать меня молча. Я рассказывала шаг за шагом о нашей первой встрече, учёбе в школе и крепкой дружбе. Он слушал со скептицизмом, пока я не стала делиться с ним его же секретами и мыслями, которые невозможно было узнать от кого-то другого. Единственное, что я утаила от него — это его изначальную заинтересованность мной и нашу взаимную влюблённость в конце. Я не нашла правильных слов, чтобы заговорить об этом, да и решила, что сейчас это не будет иметь значения для него.

— Это

невозможно, — говорит он, будто пытаясь убедить в этом не столько меня, сколько самого себя.

— Я тоже сначала так подумала, когда увидела тебя. Решила, что это простое совпадение.

— И когда появились первые сомнения?

— Когда услышала за столом про твою маму. Тогда, первым делом, я хотела пойти и проверить, существует ли Итан Майер, — улыбаюсь, посмотрев на него. — Но меня прервали. Потом я увидела тебя. А дальше по нарастающей, как снежный ком.

Он смотрит на меня, сидя рядом на прохладном песке. Нас освещают уличные фонари, и никто не отвлекает от разговора.

— Проверить, существует ли Итан Майер? — переспрашивает он, хитро улыбнувшись в ответ.

Я оставляю его вопрос без ответа и продолжаю свой рассказ. Вспоминаю день, когда он пригласил меня на барбекю, и я встретила там бабушку с дедушкой.

— Можешь представить, как мне было неприятно, когда ты прогнал меня в реальности с вашего дома, когда во сне сам туда же и приглашал? — улыбаюсь, с тоской вспоминая тот день.

Он был эмоционально нестабильным, но его завершение у меня в комнате за душевным разговором с Итаном, сделали этот вечер незабываемо тёплым.

— Мы были с тобой так близки, что я пригласил тебя на семейный ужин? — уточняет он.

— Ты изо всех сил старался помочь мне вернуться к повседневной жизни. Хотел, чтобы я чаще общалась с живыми людьми, а не мертвыми.

— Мне это удалось?

Оторвав взгляд от неба, я смотрю на него, и он, почувствовав это, смотрит на меня в ответ. Я нежно улыбаюсь ему и на какое-то мгновение застываю, наслаждаясь его проникновенными глазами.

— Да. С твоим появлением всё стало налаживаться, — отвечаю искренне.

— В реальности же всё наоборот, — улыбается он. — Теперь ты стараешься наладить мою жизнь.

— Надеюсь, что я ничего не порчу. Может, я не должна была вмешиваться в твою судьбу? — вдруг задаюсь неожиданным для себя вопросом.

— Что ты имеешь ввиду?

— Может, именно эти плохие события сделали тебя тем, кем ты стал в моём сне?

— А кем я стал?

— Успешным и знаменитым.

— Думаешь, я променял бы жизнь сестры на это? — спрашивает оскорблённо, а я чувствую себя такой бездушной после его слов. — Так что, спасибо, что вмешалась.

Он прикасается кончиками пальцев моего подбородка и с нежностью разглядывает моё лицо. У меня спирает дыхание, и я не могу пошевелиться. Весь мир заключается в одном его касании, и я схожу с ума.

— Ты ведь завёз уже аппаратуру в помещение? — желая сменить обстановку, спрашиваю я.

— Да.

— Стоит её вывезти в ближайшее время. Во сне ты мне сказал, что случился пожар, и вся аппаратура сгорела.

— Ты, всё равно, меня пугаешь, — смеётся он, протирая руками своё лицо. — Может мне весь этот бред сейчас тоже снится?