Сон или явь?
Шрифт:
Бикель тем временем следил за показаниями приборов на пульте. Поток энергии нарастал, стрелки на приборах дрожали. Из вокодера донесся негромкий шум, который тут же перекрыли статические разряды.
Стрелки метнулись вперед и замерли.
Неожиданно из вокодера послышался скрипучий голос. Постепенно он стал просто гортанным, но слов разобрать было почти невозможно.
— Убивать!
Бикель взглянул на приборы, увидел, что компьютер запрашивает дополнительную энергию, а в цепях ИР буквально бушует информационная буря.
Значит, это говорит компьютер.
— Убивать, — повторил
Бикель активировал диагностические программы и взглянул на приборы. В коммуникационных цепях потребление энергии почти на нуле, импульсы в системах ИР, низкий уровень потребления энергии компьютером.
— Убивать.
Бикель, задумавшись, уставился на пульт.
Информация, которая поступила в систему, имела точный математический эквивалент. Сообщение вполне могло оказаться двумя сообщениями. А возможно, и более чем двумя. Чисто функциональное сообщение, игра того, чем оно должно было бы быть — обеспечение, информация, сложение, вычитание, умножение, решение непонятных проблем… сообщение для оператора-человека. «А что таится за всем этим?» — подумал Бикель.
Он точно знал, что не подавал питание в систему и не накладывал на нее отпечаток своей личности. Система работала совершенно независимо. Он почувствовал в себе готовность отказаться от своего замысла, связаться с остальными и посоветоваться с ними… но ведь оставалась еще и проблема: ИР хотел убивать. Убивать. Не успев еще до конца осознать эту мысль, Бикель нажал кнопку включения переделанного генератора поля и тут же почувствовал, как поле окружает его. По коже поползли мурашки. Волоски на коже встали дыбом. Глаза начали слезиться, а пальцы — дрожать. Он почувствовал, что окунается в морс энергии. Нечто пыталось выловить его сетью, старалось подцепить на крючок. Он понимал, что происходит: новый разум пытается облечь неизвестное в известные символы.
Пусковой эффект обрушился на него — это было подобно фейерверку искр. Пусковой эффект был подобен удару электрическим током, остро отдавшимся по всему телу. Бикель почувствовал, как его закручивают спирали энергии, вводя тело в какой-то незнакомый ритм колебаний. Восприятие сузилось до восприятия червяка, протаскиваемого через рыболовную сеть… впрочем, нет — через отверстия, трубки и ямки. Бикель почувствовал, как клапаны открылись перед ним и закрылись за его спиной. Это было подобно путешествию по внутренним служебным коридорам корабля.
Вот только в настоящий момент он являлся червяком, который что-то чувствовал кожей, мог видеть, дышать, слышать, ощущать каждой порой. И все это время его тащила вперед какая-то ошеломляюще могучая сила.
На ставшей необыкновенно чувствительной коже стали появляться слова, которые он читал миллиардами глаз: «слуховая информация», «линейное восприятие информации», «подстройка скрытых возможностей», «коэффициент согласования закрытой системы», «шестнадцатитысячная потеря памяти», «общий уровень восприимчивости», «внутренний счетный механизм».
«Внутренний счетный механизм», — подумал он. Червяк отрастил псевдоподию и подключил мебиусовский
Бикель тут же почувствовал биение энергии, похожее на биение второго сердца, и надписи стали мелькать все чаще и чаще.
«Формкарта психоотношений»… «взаимообмен психомодальности»… «аналоговые соотношения формы и содержания»… «бесконечный субматричный канал»… «регулировка интенсивности чувственного восприятия»… «цепь перекрытия данных»… «механизм приблизительного сравнения»… Все эти надписи начали вызывать у него какое-то странное чувство, последовательность внутри последовательности… как сон, который нужно увидеть целиком.
Вероятность наличия у компьютера достаточного количества ячеек в любой отдельно взятый момент времени равнялась приблизительно 16x1013 Этот факт привлек его внимание.
Система, в которой он находился, из-за системных неполадок теоретически могла потерять одно из каждых 16000 сообщений… но классификационная память представляла собой лишь незначительную часть общего целого. Интересно все-таки, это я. Или компьютер?
— ТЫ!
Звук эхом прошелся по его сверхчувствительной коже, и Бикель на мгновение отключился.
Придя в себя, он услышал чей-то шепот:
— Синергизм.
«Синергизм, — подумал Бикель. — Взаимодействие в работе. Синергизм. Сотрудничество».
— Человеческая совесть, — прошептал кто-то. — Слишком общее определение. Генерализированное тело и специализированный мозг — взаимосвязь.
По его коже пробежал узор из переплетающихся линий. Они сплетались и расплетались, образуя символы и стрелки.
Схема!
Она возникла перед его внутренним взором. Последовательности линий образовывали равносторонние треугольники. Группы параллельных цепей утраивались, каждая группа представляла собой нервную сеть, и каждая контролировала две остальные. Поначалу они были объединены в группы. Каждая клетка сети связывалась с помощью нейрона с тремя синапсами клеточного слоя.
Бикель почувствовал, как его куда-то толкают, потом гонят, потом начинают душить. Он превратился в один огромный сенсор, через видеокамеру взирающий на помещение Центрального Пульта.
Все койки были пусты, а Пруденс лежала на полу, бессильно протянув руку к люку, ведущему в жилые помещения.
Бикель благодаря новообретенным способностям вдруг осознал, что она при смерти. Оставались считанные минуты! И это действительно было так! Он понимал, что это правда. Через корабельные сенсоры он наблюдал за происходящим на корабле. Огромный пульт над пустой койкой Пруденс перемигивался разноцветными огоньками.
«Интересно, а где же Радж и Тим? — спросил себя Бикель. — Может, корабль и их тоже убил?»
Центральный Пульт вдруг исчез. Бикель плавал в темноте и чей-то голос вдруг прошептал:
— Хочешь лишиться тела?
Единственным ответом, на который Бикель оказался способен, был безотчетный страх. Он не чувствовал своего тела, не в состоянии был управлять своими чувствами. «Должно быть, нечто вроде этого переживали и ОИРы, — мелькнула мысль. — Они пробуждались к жизни с похожими ощущениями… им предстояло научиться использовать новые мышцы. Может, и я постепенно превращаюсь в бестелесный мозг?»