Сон
Шрифт:
– -Какая разница простила я его или нет? Он уже умер, ему все равно. А всё это глупый сон, страшный и противный!
– устало произнесла Катя.
Призрак распрямился во весь свой немалый рост и печально (теперь это стало ещё более ощутимо) сказал:
– -Что же... Мне скоро уходить... Жаль, что не получилось. Но люди доверили мне свою судьбу, я должен был попробовать последний шанс. Жаль. Певчий Гарри был не самый плохой матрос, из тех, что мне доводилось видеть... Прощайте, Леди Катарина!
Снова поклонившись, призрак повернулся к девушке спиной. Катя
– -Да что я-то могу сделать, если этот ваш маг не может? Я же не маг, не фея, даже не ведьма! Надеюсь...- зачем-то добавила она.
Успокоенная ощущением близкого окончания сна, Катя почему-то захотела помочь человеку, когда-то больно ранившему её. Это было странно. Она заставила себя забыть его, но вот теперь волной нахлынула непонятная дождливая печаль и захотелось чтобы нелепая фигура призрачного гостя хоть ненадолго задержалась. Мысль снова остаться в одиночестве пугала даже во сне.
Призрак, вновь повернувшись лицом к девушке, направил свои немигающие глаза, куда-то в манящие глубины декольте праздничного вечернего платья.
– -Вообще-то в каждой женщине живет магия, исконная женская магия - древняя и сильная, но сейчас это не имеет ровно никакого значения...
– неприятная ухмылка искривила неподвижные губы гостя.
– - Сейчас важнее другое - память!
– призрак наставительно поднял длинный, похожий на сухой сучок, палец.
– -Какая память?
– растерялась Катя. "Просыпайся дура, заканчивай этот балаган" - звенела мыслями голова.
– -Дело в том - призрак оперся на уютно урчащий холодильник - что даже Смерть не всегда властен над миром. Он может отнять у нас тело, он может лишить вас близких людей, но он не властен над душами до тех пор, пока хоть кто-то помнит о нас. Желает нам добра, даже за той гранью, что барьером разделяет миры. Понимаете?
– -Нет!
– честно ответила Катя, замечая, что цветы, лежащие перед ней, растрепаны, а её пальцы машинально мнут очередную розу, обрывая с неё лепесток за лепестком - так, порой, злой ребенок отрывает крылышки пойманному мотыльку.
– -Все просто, пока хоть кто-то вспоминает тебя тепло, ты жив!
– -Глупая сказка - выпалила девушка - человек умирает, а тело пожирают черви, вот душа, если она есть, уходит к Богу.
Призрак, помолчав, ответил как всегда не разжимая губ - тихий, каркающий голос стелился по типовой, крохотной кухоньке:
– -Однажды, в Абу-Маркаре, мне встретился нищий еврей - он утверждал, что он сын Бога. Я не знаю, сколько ему лет... Он выглядел несчастным и старым, но он обречен жить, жить пока люди не забудут его. А твой Игорь...
– -Он не мой!
– упрямо сказала Катя.
Как будто не слыша этих слов, гость продолжил:
– -А твой Игорь, хочет жить! Он часто рассказывал парням, что всю жизнь мечтал об океане, но здесь он не смог или не успел... Он хочет быть с нами, но смерть заберет его, на этот раз навсегда. Смерть играет честно и нам нечего ему возразить, тот, кто забыт,
– -Причем здесь я?
– устало повторила Катя, почему-то очень хотелось спать, несмотря на то, что она уже спала.
– -Маг-лекарь моего корабля Доктор - карамба-помнит-каких-наук - Бентон, утверждает, что единственное существо, кто помнит нашего юнгу это Вы. Последний шанс парня - это Вы. Вся его надежда - это Вы.
"Развыкался" - желчно подумала Катерина. И спокойно сказала:
– -Шарлатан этот ваш Бентон, я никогда не забывала Игоря...
– и усмехнувшись краешком губ, закончила, - такое не забудешь, даже если захочешь!
– -Бентон, конечно, шарлатан, но на этот раз он прав! Просто вы помните не Игоря, а вашу обиду на него... Какие-то его поступки... Но не человека!
– -Слушай, вали-ка отсюда в свою преисподнюю!
– Катерине было уже все равно. И сон, и этот бессмысленно-нудный разговор смертельно утомили её.
Призрак кивнул и пошел к выходу из кухни. Слегка прихрамывая, подволакивая правую ногу, совсем не так как положено идти призраку, а скорее так как будет идти смертельно усталый, утомленный всем на свете человек!
– -Прощайте!
– бросил он, проходя мимо девушки.
– -Я должен был попытаться...
Девушка вскочила, и решив окончательно проверить призрачную сущность визитера, попыталась схватила его за плечо. Пальцы прошли сквозь плечо гостя, словно сквозь утренний туман. Так же, как при прикосновении к туману, на руке осталось ощущение сырой свежести. В тот же момент Катя наконец-то поняла почему с самого начала решила, что в гостях у нее призрак, а не банальный грабитель квартир, сбежавший с карнавала - гость не отбрасывал тени... Пролетев по инерции сквозь расплывающуюся фигуру, Катя больно ударилась коленкой об острый угол обшарпанной мойки и... Проснулась.
***
Кухня все так же была освещена желтым электрическим светом, букеты на столе были лишь чуть помяты, а ушибленная коленка болела. Неприятное ощущение пережитого ночного кошмара тихо затихало внутри.
"Это надо так напиться пошлым шампанским, дура!" - зло обругала она себя.
И открыв кран, из которого пошла желто-серая воняющая канализацией вода, плеснула себе в лицо, прогоняя остатки
морока. В прихожей заиграл дурацкую мелодию, из мультфильма про озабоченного крокодила, звонок. Тяжело вздохнув, девушка поплелась открывать. Даже не взглянув в глазок, она отворила дверь. На пороге стоял, растерянно улыбаясь, Миша. Катя вопросительно взглянула на него.
– -Катюш, - улыбнулся тот - не могу машину завести, можно от тебя Лешке звякнуть, чтобы помог отбуксировать? Кажется померла моя "Антилопа Гну"!
"А одна я сегодня не буду" - решила Катя.
Улыбнувшись, своей самой очаровательной, самой ведьминской улыбкой, она, стараясь чтобы в голосе было побольше радости произнесла:
– -Звони, конечно! Слушай, а давай я тебя кофе напою? Замерз, наверное?
Начинался ещё один раунд извечного боя, с простым и емким обозначением - жизнь!