Сорванцы
Шрифт:
Понятно, что вернулись девочки с пустыми руками. Явно предстояла ещё одна попытка добыть материал для волшебных палочек.
Второй заход оказался тоже неудачным. Девочки перенеслись подальше от хижины лесника, но тут около опушки им просто не удалось отыскать деревьев, облюбованных лукотроусами. А заходить глубже они не отважились, потому что страшно. Только третья попытка принесла успех — надев большие защитные очки и толстые брезентовые рукавицы, Гарри быстро отпилила ветку от рябины, которую придерживала Миона
— А из чего будем делать сердцевину? — засомневалась Рони.
— Из собственных волос, — пожала плечами Гермиона. — Мы же ведьмы, то есть — волшебные существа. Так что, всё логично.
Остругать, расколоть и выбрать кончиком ножа желобок, было не очень трудно, но заняло много времени, потому что раньше ничего подобного никто не делал. Справилась Гарри — у неё руки оказались более привычны к разному инструменту. Сложенные обратно половинки плотно и аккуратно замотали волшебным скотчем. Неплохо получилось. Опрятно и по размеру в самый раз. Если бы эти палочки ещё и колдовали — цены бы им не было. Увы, они не реагировали даже на простейшее заклинание — Люмос.
— Дэн! Мне удалось убедить Молли, что Рони следует ходить в обычную школу. И для этого она переезжает к нам до следующего лета.
— Ничего не имею против Рони, но нам крайне необходимо переселить сюда ещё и Гарри. Я ведь пересказывал тебе её повествование о своей жизни у Дурслей. Это же пытка какая-то. Она там находится постоянно под давлением со стороны родственников. Просто удивительно, что девочка не ожесточилась и не превратилась в затравленного зверька.
— Сама Гарри боится даже заговаривать с ними о чём-то подобном, — вздохнула Эмма. — В чем-то она права — трудно просчитать реакцию её родственников на любое предложение, если оно сулит племяннице хоть что-то хорошее. На редкость дурные люди.
— Ты уверена?
— Я пыталась пообщаться с ними — зашла, притворившись школьной медсестрой, которая интересуется условиями жизни учеников. Как только речь зашла о девочке, меня тут же выставили за дверь. Я даже не уверена, что они психически адекватны. Хотя, пока речь шла о Дадли — передо мной была просто образцовая семья.
— Дурные, говоришь? — Дэн задумчиво потёр подбородок. — Ты ведь помнишь, что я немного играл в любительском театре. Только вот сценарий нужно придумать в меру правдивый и в меру дурацкий.
— Предлагаешь разыграть похищение? А мы не загремим в тюрьму?
— Чтобы не загреметь, нужно как-то хитро вывернуться.
Садовые кресла и складной столик под сенью молодых вишен. Два широких стакана и бутылка толстого стекла.
— Да, я работаю в Министерстве Магии в отделе по неправомерному использованию волшебства в мире… э-э-э… обычных людей. Не самый уважаемый труд, но необходимый. А стоматологов среди волшебников нет — мы лечим зубы колдовством, — Артур Уизли плеснул в опустевшие стаканы янтарной жидкости и посмотрел на собеседника.
— По неправомерному, —
— Вообще-то, нет. Любое проявление магии на глазах маглов незаконно, потому что нарушает Статут о Секретности. Но удержаться подчас нелегко. Особенно для детей, которые ещё не всё понимают. Взрослые же обычно устраивают разные хулиганские выходки — среди волшебников, как и среди вас, хватает разных моральных уродов.
— Надо же! Министерство Магии! Никогда бы не подумал, что есть и такое. А чем оно занимается?
— В основном писаниной. Отчёты, циркуляры, заключения комиссий и прочая словесная бижутерия.
— Примерно, как и у нас. А давно оно образовалось?
— Лет триста тому назад, как раз вскоре после принятия Статута о Секретности. Собственно, в других странах — та же история. Поначалу название несколько раз менялось, но потом его просто скопировали с того, что используется в обычном мире.
— Приняли статут и организовали службу для его выполнения, если я правильно понимаю, — кивнул Грейнджер, отпивая добрый глоток.
— Примерно так, — кивнул Артур.
— То есть, твой отдел находится как раз на самом острие? Стоящая перед ним задача является основополагающей?
— Мне кажется, об этом как-то несколько позабыли. Всё-таки людей больше волнуют их собственные дрязги, в обычной жизни именуемые политикой. Даже невыразимцев из Отдела Тайн финансируют лучше. Исполнительным структурам, то есть нам и аврорату, перепадает меньше, чем отделам Спорта или Международного Магического Сотрудничества.
— Да не переживай ты так, Артур! Я ещё не встречал людей, считающих, что они зарабатывают достаточно. Особенно, среди чиновников. А ведь ты именно чиновник.
Волшебник залпом допил из своего стакана и снова налил и себе и собутыльнику.
— Обидно, Дэн. Но за прямоту спасибо. Да и, сам понимаешь, семеро детей требуют расходов, хотя зарплата у меня не такая уж маленькая.
— А зачем так много нарожали?
— Молли хотела девочку. Хотя, после Рони у нас случайно образовалась ещё и Джинни.
— По недосмотру. Бывает. А у нас получился только один ребёнок — роды у Эммы были очень тяжелыми. Вот и думай после этого, что такое хорошо, а что такое плохо, — вылив из бутылки остатки напитка, Дэн озадаченно крякнул. — Неплохая вещь этот ваш Огденский огневиски. Но у меня где-то хранится бутылочка вполне приличного бренди. Сейчас принесу.
— Не ходи, — Артур махнул палочкой, — Акцио бренди.
— Со стороны дома раздался стук, звон разбитого стекла, а потом прилетела непочатая бутылка с новой выпивкой и уверенно утвердилась на столе.
— Кажется, я что-то сломал, — нахмурился волшебник. Сделал сложное движение палочкой и произнёс: Репаро!
В стороне дома что-то заскрежетало.
— Странные вещи творятся, — Дэн постарался отвлечь собеседника от жизненных мелочей. — Три девочки встретились на детской площадке около придорожного магазина, и Эмма напрочь забыла о том, что мы собирались во Францию.