Шрифт:
Глава 1
Любое собеседование — это то еще испытание. Однако, не самое страшное, что ранее подкидывала мне жизнь. Наконец, дождавшись своей очереди, я захожу в кабинет к моему возможно будущему работодателю.
Уверенность в успехе тут же улетучивается в неизвестном направлении, когда я смотрю на мужчину, примостившего свою пятую точку на рабочий стол.
Внутри меня что-то обрывается, когда понимаю, что передо мной стоит человек, когда-то лишивший меня всего. Он обводит придирчивым взглядом мой наряд, на секунды заостряет свое внимание на моих джинсах и возвращается
— Вы мне не подходите, — выводит из раздумий его голос.
Вот так сразу, за пять секунд, без единого вопроса?! Другие кандидатки хотя бы пять минут продержались. Ну уж нет. Я на такое фиаско не подписывалась. Костьми лягу, но стану личной помощницей, чтобы превратить его жизнь в ад. Вот и появилась реальная цель и возможность отомстить. Аллилуйя!
— А вам не кажется, что судить человека по внешности, по меньшей мере, непрофессионально?
— Безусловно, — как ни в чем не бывало произносит эта свинья, отталкиваясь от стола. Обходит его и садится в свое царское офисное кресло.
— Тогда мы приступаем к собеседованию, — уверенно произношу я и сажусь на стул напротив него.
Протягиваю ему свое резюме, но он даже не смотрит на него. Вместо этого прожигает меня взглядом. Я же отвожу свой взгляд и упираюсь в подставку с фамилией и именем. Первое я и без того помню, а вот с именем затык. Он у нас оказывается Даниил Леонидович.
— Наглая, значит?
— Напористая не равно наглая.
— Как сказать, — снисходительно улыбаясь произносит этот гад и наконец переводит взгляд на мое резюме.
Достижений там на самом деле никаких нет, равно как и высшего образования. Но это и не было обязательным пунктом для работодателя.
— Ну теперь понятно откуда корни растут, — задумчиво произносит Кротов, закатывая рукава белоснежной рубашки. При этом неотрывно смотрит на резюме, нахмурив лоб. — Итак, жизненное кредо: костьми лягу, но докопаюсь, придерусь и допеку всех, кто думает неправильно. А неправильно думают все, кроме меня.
Чего-чего?! Это мне сейчас не послышалось? Пока я пребываю в шоке от услышанного, он как ни в чем не бывало продолжает читать с бумаги, только уже откинувшись спиной на кресло:
— Основные черты характера: эталонная мозгоклюйка. Мстительна как миллион бабок, которым не уступили место в общественном транспорте. Имею почетную грамоту по злопамятности. Любимая книга — «Как отхерачить оппонента, не привлекая внимания ментов». Любимая фраза — «Ну получишь ты у меня вн…», — тут же замолкает, переводя взгляд на меня. — Любимое занятие по жизни — «унижать и властвовать». Мы не сработаемся, Снежана Викторовна.
— Даниил Леонидович, вы, наверное, перепутали мое резюме с чьим-то другим. Я такое о себе не писала.
— Ну, как это не писали, все о вас, — встает из-за стола и передает мне резюме, в котором, конечно же, ни слова о том, что он тут только что вещал. Вот же придурок. Ладно, надо быть спокойнее. Наверняка, это своеобразная проверка.
— Простите, где?
— Читайте, Снежана Викторовна, — тычет пальцем в дату рождения. — Вслух.
— Двенадцатое ноября, тыс…
— Достаточно. Двенадцатое ноября это что?
— День работников Сбербанка России.
— О, не знал. Еще и эти товарищи в ноябре гуляют, помимо ментов. Ну просто месяц хороших
На несколько секунд у меня пропадает дар речи. Этот гад меня тупо сливает. Только из-за чего на самом деле? Из-за веса?
— Не беспокойтесь, я не скорпион. Моя мама подделала дату рождения, чтобы я пошла в школу в шесть, а не в семь лет. На самом деле я родилась двадцать первого января следующего года, — уверенно вру я, смотря прямо в глаза источнику моей похеренной жизни.
Было бы куда проще, будь передо мной какой-нибудь старый, страшный урод. Увы, его фамилия не соответствует его внешности. Объективно, Кротов привлекательный. Женщины от таких становятся ходячими идиотками. У него даже улыбка приятная, что он мне и демонстрирует, закидывая в рот леденец. Чтоб ты им поперхнулся.
— А вы правдоподобно врете, Снежана. Даже взгляд не отвели. И быстро сориентировались в том, что нужно придумать. Это хорошо.
— Это вы еще не знаете всех моих положительных качеств.
— О, скорпион не дремлет. Ну пока, Снежана, я вижу только отрицательные, — протягивает мне леденец, на что я качаю головой. — Человек такое гадкое, лживое существо, которое всегда старается выглядеть лучше в глазах окружающих, тем более на собеседовании. И приходить на него в джинсах и в обуви на плоской подошве — заведомо проигрышный вариант. Не находите?
И все-таки судит по одежке. Однако, учитывая, что кандидатки до меня были одеты как с иголочки, высокие, худенькие, с величественной осанкой и грамотным макияжем, вышли-то они отсюда с уже не идеальным, а злым лицом. Значит все же не только одежда и внешность. А на лицо я, между прочим, смазливее всех их вместе взятых, правда мои шестьдесят семь килограммов под блузкой и джинсами не спрятать.
— Не нахожу, Даниил Леонидович. Передо мной было четверо идеальных внешне кандидаток. Но они вам почему-то не подошли. Стало быть, внешность и одежда не главное.
— Глазастая значит.
— Внимательная и наблюдательная. Это запишите к плюсам. К тому же, посмотрите на это по-другому. Я оделась так, потому что внимательно прочитала условия вакансии. А там было четко указано про личную помощницу двадцать четыре часа в сутки. Кто же будет ходить на каблуках столько времени?
— Ты оделась так, потому что не привыкла к каблукам и по жизни наверняка носишь какую-нибудь бесформенную одежду. И эта бабушкина блузка вероятнее всего вообще не твоя, ибо размер не твой. Она маловата тебе в груди. Если будешь чаще и глубже дышать, а ты будешь, потому что волнуешься, пуговицы имеют большую вероятность оторваться. И тогда моим глазам явится не самый красивый бюстгальтер, — я уже желала, чтобы он подавился? Да, но не сработало, судя по тому, что он закидывает уже второй леденец в рот. — Мне нравятся женщины на каблуках и не в брюках. Поэтому, даже если теоретически предположить, что я рехнусь и решу взять на работу во… тебя, то тебе придется носить то, что скажу я. А оно вам надо, Снежана Викторовна? — наклонившись почти к самому моему уху, шепчет этот козел, обдавая меня запахом барбариса.