SOS

Мамагулашвили Сандро

– Супер, – недовольно буркнул Одинцов.

– Но, если честно, ребята затронули очень хорошую тему, – будто невзначай отметила профессор. – Могли бы вы каким-то образом сообщить нам ваше имя? Думаю, это значительно упростило бы наше дальнейшее общение.

Троица замерла в ожидании. Хаим даже вернулся обратно к мониторам, надеясь, что по сигналам от мозговых волн сможет что-то понять, но ничего так и не произошло.

– Давайте я уточню, – не сдавалась Хельковская. – Мы обращаемся именно к вам. К вам! К человеку

или разуму, который не так давно пришел в наше измерение. Ответил на наш сигнал «SOS». Вы же слышите нас? Видите?! Пусть и в своей особой форме. Можете ли вы подать нам хоть какой-то знак?

Вновь наступила тишина.

– Мне ответить за нашего гостя или вы сами уже обо всем догадались? – язвительно поинтересовался Одинцов.

– Помолчи, Олег, – огрызнулась Хельковская. – Я тебя сюда позвала не для того, чтобы ты остроумием хвастался.

– Профессор, я всё еще улавливаю мозговую активность. Даже отголоски эмоций, – отрапортовал Хаим и шмыгнул носом. – Наш гость по-прежнему здесь. Наверное, он просто не может нам ответить или передать информацию так, чтобы мы ее поняли.

– А чего вы ожидали от светящийся коробки? – вновь вмешался Олег.

– Одинцов, крайнее предупреждение. Я не шучу! – приструнила военного Хельковская, после чего ненадолго задумалась. – Спасибо, Хаим. Я тебя поняла. Давайте сделаем всё возможное, чтобы наш гость и впредь не утратил к нам проявленного интереса. Он способен покинуть нас так же легко, как и пришел. И думаю, мне не стоит лишний раз напоминать, что произойдет, если он все-таки решится так поступить.

В ответ на сказанное Олег лишь скрестил на груди руки, а профессор вновь переключила свое внимание на коробку.

– Печально, конечно, что у нас не получится нормально поговорить, но и отчаиваться не стоит. Для беседы достаточно и желания, а остальное приложится. И раз вы сами не можете сообщить нам ваше имя, то позвольте я придумаю его за вас. Подберу какое-нибудь достойное обращение. Например, Господин Наблюдатель? Да! Так уж вышло, что именно им вы для нас и являетесь – наблюдателем из другого измерения. Что скажете? Такой титул вас устроит?

Хельковская взглянула на Хаима.

– Э-э-э, считываю показания, – замешкался помощник. – Префронтальная кора и гиппокамп подсвечены. Думаю, гостю обращение подходит.

– Чудесно, – улыбнулась Хельковская. – В таком случае, Господин Наблюдатель, не буду ходить вокруг да около. Наше измерение погибает, и нам нужна ваша помощь, чтобы его спасти.

Ученая сделала паузу и вновь посмотрела на Хаима.

– Продолжайте, профессор. Не останавливайтесь. Я сообщу, если что-то пойдет не так.

– Хорошо, – ответила она и набрала в грудь воздуха. – Давайте сперва я расскажу о том, как мы вообще оказались в столь плачевной ситуации. Всё началось семь лет назад, когда мировой научный гигант «Сурт Технолоджис» выступил с заявлением. Им удалось разработать процесс создания Кротовых нор – стабилизированных

туннелей сквозь пространство, позволяющих в мгновение ока пересекать огромные расстояния. Компьютерные симуляции выдавали удивительно обнадеживающие результаты, а полеты к другим звездам становились всё более и более реальными. Планету охватила истерия. Это были поистине невероятные новости. Кто бы мог подумать, что будущее окажется так близко, стоит только построить первый функционирующий прототип. Наша организация, АО «ЗАСЛОН», тоже приняла участие в создании. К слову, весь этот комплекс, в котором мы сейчас находимся, был специально возведен вблизи основной площадки, дабы регулярно и своевременно снабжать проект «Биврест» необходимым оборудованием и комплектующими. Спустя годы трудов лучших умов, населяющих Землю, момент для первого пробного запуска наконец-то наступил. Этот день люди ждали с нетерпением. Он же, к сожалению, и стал переломным во всей известной нам истории.

Хельковская замолкла. Ее сознание на мгновение улетело куда-то далеко, а во взгляде отчетливо читалось сожаление.

– Пространственный тоннель работал ровно девять секунд, но так и не открыл проход в указанную точку на другом полушарии, зато прорвал ткань реальности и связал воедино два параллельных измерения. Правда, параллельными они оставались недолго. Два мира начали сталкиваться, точнее, свертываться по углам и проникать один в другой. Данное событие запустило процесс самоликвидации, который привел к глобальным катаклизмам, невиданным аномалиям и к утрате миллиардов человеческих жизней. Мы слишком поздно поняли, что самое безопасное место – это центр бури, а вовсе не окраины. Друзья и родные. Поначалу мы молили их убраться как можно дальше и тем самым подписали им смертный приговор.

Теперь и Хаима настигли тяжелые воспоминания. Лишь Олег держался как прежде: отстраненно и враждебно.

– В данных условиях мы существуем уже практически три года, – продолжила свой рассказ Хельковская. – Нам неизвестно, сколько у нашего мира еще осталось времени. С каждым новым сезоном пригодных для обитания территорий становится всё меньше. Боюсь, если ничего не сделать, то это будет наша последняя зима. Однако с вашим прибытием у нас появился шанс на спасение. Не наверняка, – искренне призналась она, – но процентов на сорок, что уже немало. Надо захлопнуть Кротовую нору! И по сей день она продолжает функционировать. Мы не знаем, откуда установка берет энергию для поддержания портала в открытом состоянии, но так уж заведено: когда дело касается квантовой физики, то возможно даже немыслимое.

– Переходите к главному, профессор, – вновь подал голос Одинцов. – Пусть господин знает, на что мы пытаемся его подговорить.

Хельковская напряглась.

– Наверняка вы гадаете, а почему мы до сих пор этого не сделали. Не закрыли пространственный переход. Так вот, на то есть причина. Олег, будь так добр и покажи Господину Наблюдателю видео.

Конец ознакомительного фрагмента.