Соседи
Шрифт:
– Тебе налить чай? – тихо спросил, убирая волосы с лица.
Такая родная… маленькая. Смотрит на меня своими огромными, заплаканными глазами, а я не удержался и поцеловал в лоб, словно маленькую девочку.
Она и есть маленькая девочка.
Моя маленькая девочка.
Она еще даже не знает, как крепко мы теперь повязаны…
– Спасибо, - тихо прошептала, уткнувшись мне в грудь. Стесняется. – Извини, что кинулась в драку…
– Это было заслуженно, - усмехнулся, подняв её лицо за подбородок. –
– Может, полицию вызвать? – вытирая лицо от слез, спросила она.
– Не стоит, я все решил.
Девчонка так посмотрела, что мороз по коже. Не доверяет?
– Прости, что опять тебя втянула в нелепую ситуацию, - мда, нелепей не бывает. Два трупа.
– Да, ничего. Ты не виновата, - прошел я на кухню и, взяв полотенце, решил вытереть кровь. Не все спокойно переносят, а девчонка уж тем более.
– Что ты делаешь? – поднялась она, придерживая плед. – Еще и убираться вздумал? С ума сошел.
– Я просто вытру кровь, - поднял я глаза на малышку и вновь наткнулся взглядом на её шрам.
Оказывается, он был не один, а много маленьких, составляющих цепочку. Словно на ней кто-то рисовал. Не удержавшись, я поднялся и, схватив плед, грубо сорвал с хрупких плеч.
От груди цепь шла к шее и там, через плечо, продолжала свое шествие по всей спине, вплоть до копчика. Обойдя зажмурившуюся девушку лицом к себе, я тупо уставился в её глаза.
– Уродство, да? – выдавила она, и я стиснул зубы. – Мой жених… на прощание оставил.
– Хороший жених, он художник? – нотка ревности. Я идиот.
– Маньяк под следствием в бегах, - от этих слов меня парализовало, а она, плотно обмотавшись, села на пол и продолжила вытирать кровь. – Так что, крови я не боюсь. Слишком много ее в своей жизни повидала.
Не больше моего, ты её повидала.
Малышка, какая же ты везучая на мужиков…
– Спасибо, что помог. Ты можешь идти.
– Что значит этот шрам? – я просто не в силах был уйти.
– «Я кую тебе цепь из плоти и крови», говорил он каждый раз, когда мучал меня. Цепь, чтобы я больше никогда не принадлежала ни одному мужчине. И он был прав, я интересую мужчин до тех пор, пока они не видят это уродство.
– Если человек любит искренне, то ни один изъян не испортит отношения, - я не знаю, почему все клокотало от злости.
Хотелось надавать ей пощечин, образумить, что её тело невозможно изуродовать. Это всего лишь шрамы и какая разница, что они уродливы, если она само совершенство. Она прекрасна! Прекрасна, как никто другой!
Но от чего-то я стоял как истукан.
– Сомневаюсь, - поднялась соседка и, избежав моего взгляда, пошла к раковине.
Только не выгоняй, тебе ведь тяжело, малышка.
Я сжал кулаки.
Она не подпустит ближе, чем было. Отгородилась от всего мира тяжелой занавесью и сжалась
– Прости, я хочу побыть одна, - словно приговор.
– Как скажешь, - ответил я и отправился к двери.
В подъезде не удержался и поколотил стену. За что такое прекрасное создание стерпело столько боли?
Сколького я не знал о ней?
Сейчас над принцессой нависла новая угроза, и я сам притащил её и практически свалил на хрупкие плечи девчонки.
========== Глава 7. Она. ==========
Как только он ушел, я просто упала на пол и зарыдала.
Меня чуть не изнасиловали.
В моей квартире. В моей, как я думала, крепости.
Почему-то я создала иллюзию безопасности в этом месте и считала, что здесь мне ничто не угрожает. Даже на соседа с кулаками перла, а ведь он мог одним ударом образумить.
– Дура!
– взвыла я, не удержав эмоции в себе.
Как же он смотрел на это уродство.
Я медленно села, проведя пальцами по цепи, состоящей из полукруглых шрамов.
Он был зол. Что, не понравилось тебе? Рассчитывал идеальное бархатное тело увидеть?
Я закрыла лицо руками.
Хватит. Сама виновата. Как идиотка себя веду. Давно пора было совершить рейд по врачам и разобраться с этими всплесками эмоций. Ненавижу себя за это.
Медленно поднялась, чуть не упала. Голова сильно кружится, тошнит.
Надо же… спасать меня прибежал.
Все-таки странно, что охрана так среагировала. А как же показания? Заявление в полицию надо написать. Почему охрана даже не зашла ко мне? Почему он так быстро спустил их вниз?
Это нереально.
Налив себе воды, я замерла на месте.
Все слишком странно. И он странный. Я всегда старалась закрыть глаза на это, но сейчас словно прозрела. Я больше не хочу жить иллюзиями. Надо разобраться, но не сейчас. Не сегодня.
Взяв дрожащими руками мобильник, набрала Ритке. Мы с ней поругались полгода назад, когда я переехала, но сейчас мне так не хватало моей подруги.
– Марина? – раздался её удивленный голос.
Я бы тоже удивилась. Не в моем характере первой идти на примирение. Так с детства было.
– Рит, - я всхлипнула, стараясь говорить, как можно внятней. – Мне так плохо…
– Ты где? Марина, что случилось? – волнуется, родная.
– Я дома, приезжай пожалуйста.
Уже спустя пару часов Ритка в полном шоке выслушивала мой сбивчивый рассказ. Благо, она перебралась в этот городишко к своему жениху. Мы вместе планировали переезжать, но не вышло.
Я вывалила ей все свои проблемы, все страхи и сомнения. Стало легче только от того, что меня выслушали. Ну, еще пара литров красного полусладкого, конечно…