Сотрясатель
Шрифт:
В очередной раз попробовал освободиться всеми возможными вариантами, но результат не изменился. Навалилась апатия, пришло понимание, что мне предстоит ждать своей участи в коконе, прижатым к телу убитого мной же человека. Совесть вновь напомнила о своем существовании, терзая меня мыслями о неправильности моих решений. Убив ни в чём не повинного парня, я лишь продлил свои муки. А ведь мог уйти достойно, но испугался и до последнего цеплялся за свою жизнь. Теперь же ничего кроме ожидания мне не оставалось. Смиренно приняв свою судьбу, я ждал, втайне надеясь на чудо.
Меня
Не знаю, сколько пребываю в коконе, похоже, мне даже удалось ненадолго провалиться в сон. Мучительное ожидание всё не прекращалось. Странно, что на запах крови сюда ещё никто не явился. Те же твари, что нас спеленали, должны были явиться проверить свою добычу, но шло время, а ничего не происходило. В какой-то момент в сознание всплыли слова Стейна: нужно кричать, чтобы тебя нашли. И я принялся кричать, звать на помощь и просто громко ругаться, выплёскивая всю накопившуюся из-за беспомощности злобу.
Веры в то, что потрёпанный отряд направится вглубь леса на поиски пропавших, не было. Но я всё равно продолжал оглашать округу своими воплями. Не из-за надежды, что меня спасут, а просто ради каких-либо событий. Ожидание и неизвестность сводили меня сума. Я не верил в счастливый исход и был готов к встрече с любым монстром, лишь бы это всё уже закончилось. Когда мой голос охрип от нескончаемого крика, до забитых паутиной ушей донесся посторонний звук, а мои губы растянулись в непроизвольной улыбке.
Подо мной что-то копошилось, похоже, монстр обнаружил натёкшую лужу крови. Надеюсь, он не удовлетворится её вылизыванием и обратит на меня внимание.
— Эй, тварь, хочешь свежатинки?! Так достань меня! — крикнул я, чтобы уже наверняка привлечь внимание неизвестного мне монстра.
И у меня это получилось. Неизвестный ненадолго притих, а после подомной начал раздаваться редкий топот. Тварь пыталась достать кокон в прыжке, и ей это даже удалось. Моё узилище дёрнулось, послышался звук раздираемой паутины, после ещё нескольких прыжков чьи-то когти прошли по моим ступням, а я чуть ли не единственный раз порадовался окаменелости собственных ног.
Похоже, недопауки подвесили нас за не самую низкую ветку, потому что кроме щекотания моих пяток монстру больше похвастаться было нечем. После двух минут бесплотных попыток, тварь осознала всю бесполезность своих действий. Приняв правильное решение, она принялась карабкаться вверх, с хорошо различимым треском вгоняя свои когти в ствол дерева. Добравшись до нужной ветки, монстр ненадолго затих, и совсем скоро я почувствовал, как моё узилище тянет вниз.
При падении
Придавленный весом двух тел, не в состоянии пошевелиться, мне пришлось лежать, боясь издать лишний звук. Тварь уже добралась до Стейна, и сейчас я слышал, как она раздирала ему спину, жадно чавкая оторванными кусками. На мои дрожащие от страха губы изредка брызгало что-то тёплое. Правая кисть тисками вцепилась в рукоять ножа. Привлекать монстра звуком вынимаемого из ножен лезвия я не рисковал, понимая, что из-за своей неподвижности не смогу нанести удар. Некстати вспомнилось, как я вынимал клинок в первый раз и каких трудов мне это стоило.
Осознание своей беспомощности страшило сильнее всего. Лёжа не в силах пошевелиться, я корил себя за свою слабость. Недавние мучения от ожидания и неизвестности казались надуманными. Мне вновь хотелось оказаться подвешенным на дерево и не слышать, как тварь медленно прогрызает путь к моему телу.
Была надежда на магические способности, но они быстро развеялись. Освобождённая от паутины нога из-за своей окаменелости никак не хотела гнуться, и мне не удавалась коснуться земли хотя бы кончиком ступни.
Внимательно вслушиваясь в издаваемые тварью звуки, я каким-то чудом пропустил, когда пиршественное чавканье сменило злое рычание. Обратил на это внимание, когда монстр спрыгнул с кокона, и дышать стало на порядок легче. Похоже, что-то насторожило хищника и он, уже насытившись, предпочёл не рисковать и сейчас удалялся от меня, зло порыкивая.
Встречать ещё одну голодную тварь в беспомощном состоянии не хотелось. Неизвестный освободитель, добираясь до тела Стейна, сильно разорвал кокон. Теперь, когда не было риска привлечь к себе ненужное внимание, можно было попытаться освободиться. Начав судорожно дёргаться, с удивлением понял, что у меня получается. Разорванные нити паутины больше не были цельными, и я получил, пусть и урезанную, но всё же подвижность. А после того, как мне удалось вынуть нож, дела и вовсе пошли замечательно.
Избавившись от последней связывающей меня со Стейном паутины, попытался встать. С этим возникли сложности. Если спереди можно было орудовать ножом и без особого труда высвободиться, то вот убрать прилипшую к спине паутину было затруднительно. Со стороны я, наверно, походил на перевёрнутую черепаху, нелепыми рывками пытающуюся вновь встать на четыре конечности. Но рассмешить здесь кого-нибудь своим подёргиванием было сложно. Моя возня не заняла много времени, совсем скоро мне удалось перевернуться на живот, а после и вовсе приподняться в упоре лёжа, наконец, обретя так необходимый контакт с землёй.