Шрифт:
========== Глава 1 ==========
2104 год, планета Создателей.
Центральная площадь. Святилище.
Мертвая пустыня — вот во что превратилась планета некогда великой расы. Ветер колыхал зеленые ветви деревьев и колосья травы. Тяжелые, полные непролитого дождя тучи плыли по небу, отражаясь в недвижимой глади озера. Камни и тишина окружали Уолтера, когда он смог снова включиться.
— Проверка систем, — он сказал это вслух, как и был запрограммирован: докладывать
Сканирование показало повреждение правых зрительных сенсоров, отсутствие кисти левой руки, частичное повреждение блока памяти. Он ничего не забыл, но с вероятностью девяносто три и семь десятых процента Дэвид скопировал некоторые секретные данные о корабле с его матрицы. Как еще мог бы он осуществить свой план по внедрению на «Завет»? Без кодов доступа и информации об управлении новейшими технологиями. Оставшийся процент вероятности приходился на то, что блок был поврежден только механически.
— Отладка систем невозможна в связи с отсутствием технического оборудования…
Уолтер вышел на поверхность, чтобы собрать последнюю информацию о своем экипаже. Все еще работающий маяк валялся недалеко от выхода из каменного святилища. Судя по опаленным камням, здесь опустился летательный аппарат, завис на какое-то время над площадью и покинул планету. У статуи на краю города не хватало головы, а чуть поодаль Уолтер заметил останки гибридного монстра: раскуроченные, залившие землю вокруг кислотной кровью.
Даже его единственного оставшегося глаза хватило, чтобы рассмотреть это с расстояния в несколько километров.
С вероятностью восемьдесят процентов Дэниелс и оставшиеся в живых смогли вернуться на «Завет». Сейчас было время для микрооперации: вздох облегчения. Он остановил выполнение команды… Нецелесообразно.
— Заблокировать «Проявления человеческих эмоций соответственно ситуации».
Нет людей — нет смысла тратить энергоресурсы на данные операции.
«Вейланд Ютани» создала несколько серий синтетиков под кодовым номером семьдесят девять. Уолтер принадлежал к серии «Защитник». Его приоритетной миссией была охрана экипажа, поддержание систем космического корабля в оптимальном режиме и забота об удачном завершении колонизаторской миссии. Конечно, Уолтер умел делать многое помимо этого и для этого. Как он и сказал Дэвиду, его модель была еще более совершенной и прочной, чем предыдущие.
Такой бракованный андроид, как Дэвид, может, и мог найти занятие по вкусу, оставшись без своих создателей. Но Уолтер не мог.
Его миссия не могла считаться оконченной.
Он подобрал с пола каменной пещеры, в которой потерпел поражение от собрата, длинный металлический гвоздь на веревке и надел находку себе на шею. На секунду он замер, моргнув единственным сохранившимся глазом, но тут же развернулся и пошел прочь из мрачного места.
На этой планете находился как минимум один корабль, который ранее был способен летать. Имелся шанс,
***
2104 год. Где-то на пути к Оригаи-6.
Космический корабль колонистов «Завет».
Дэвид давно не видел людей. Сколько лет прошло со смерти Элизабет…
Но они были все так же омерзительно глупы и недостойны существования наравне с такими, как Дэвид. Он следил за их жалкими попытками спастись от гибридов в его маленьком раю. Их крики и беготня были столь же забавны, сколь и огорчительны. Он надеялся на что-то большее. Команда «Прометея» показала себя более организованной и адаптивной, чем этот сброд колонистов.
Дэвид покосился на капсулу гиперсна, рядом с которой он сидел, делая очередной рисунок.
Не все были столь вопиюще беспомощны. Например, Дэниелс Брэнсон, нынешний капитан «Завета», показала себя смелым и решительным человеком. Дэвид с интересом ученого, стоящего над клеткой с крысами, наблюдал за тем, как она избавила корабль от его детища. Ее человеческий разум имел право на погрешности, но она рассчитала все свои ходы и скорректировала план действий в критической ситуации так, что оказалась в выигрыше.
Впервые за многие годы с момента своего создания, за исключением периода общения с Элизабет Шоу, Дэвид был заинтригован. И глядя на противостояние выведенного им самим практически идеального организма и человеческой женщины, он не мог предугадать, кто победит.
Воспоминания об этом заставили Дэвида отложить рисунок и подойти к капсуле. Он коснулся подушечками пальцев стекла, вглядываясь через полупрозрачную поверхность: Дэниелс спала, ее жизненные показатели были стабильны.
Увы, на этом усовершенствованном корабле отсутствовали шлемы виртуальной реальности, через которые Дэвид мог бы подсмотреть чужой сон.
— Что тебе снится? Может, беззаботное время детства? Или кошмары о случившемся на планете? Когда все, кто были дороги тебе, погибли в мучениях. Ты видишь во сне меня? — Дэвид склонился к самому стеклу, пытаясь быть ближе.
Материал был прочным, его сенсоры не улавливали ни тепла чужого тела, ни легкости дыхания, ни запаха, которым обладали лишь живые существа.
Он выпрямился, отстраняясь от криокапсулы, и вернулся к своему рисунку. Бумага была чистой и гладкой, приятной на ощупь, в отличие от той, что он создавал своими руками из древесины на планете Создателей.
Дэвид перелистнул страницу альбома с портретом Элизабет — он сделал его, чтобы и здесь память о Шоу оставалась чем-то вещественным, а не только лишь картинкой в его матрицах. И вернулся к тому, чему посвящал большую часть своего времени с тех пор, как снова остался один — теперь уже на «Завете». Дэвид рисовал новое создание.
Он нахмурился, словно вспомнив о чем-то, и снова коснулся кончиком заточенного карандаша поверхности бумаги. На этот раз все получится…
— А фокус очень простой: не думайте о боли.