Советское военное чудо
Шрифт:
Как ив 1941 году, Ставка в мае 1942 года использовала эти резервы для проведения безуспешных наступлений под Харьковом и в Крыму, для укрепления своей стратегической обороны и организации контратак и контрударов по наступающим войскам вермахта во время проведения ими в конце лета и начале осени операции «Блау», и наконец - в стратегических наступлениях, организованных ею в ноябре и декабре под Ржевом и Сталинградом, а также во время последующей зимней кампании.
За лето и осень 1942 года через РВГК прошло в общей сложности 189 стрелковых дивизий, 30 танковых и механизированных корпусов, 78 стрелковых бригад и 159 отдельных танковых бригад. Из этого общего числа Ставка выделила 72 стрелковые дивизии, 11 танковых и механизированных корпусов, два кавалерийских корпуса, 38 танковых бригад плюс 100 артиллерийских и десять авиационных полков в качестве
Таким образом, стратегические резервы, направляемые Ставкой действующим фронтам в первый период войны, не только повышали прочность и глубину стратегической обороны Красной Армии, но и в конечном итоге обеспечили ей численное превосходство, необходимое для успешного перехода в наступление в декабре 1941 ив ноябре 1942 года:
«Своевременное и умелое введение в бой стратегических резервов Ставки ВГК в летне-осенних кампаниях 1941 и 1942 гг. было одним из наиболее важных факторов в достижении целей стратегической обороны в первый период войны. Во время этих кампаний стратегические резервы не только измотали и обескровили ударные группы противника и остановили его наступление, но и гарантировали, что советские войска смогут успешно перейти в контрнаступление и развернуть общее наступление».60
Хотя РВГК сыграл жизненно важную роль в организованной Ставкой в июле 1943 года стратегической обороне под Курском, еще более важное значение он имел в стратегических наступлениях, проведенных в том же году до и после победы под Курском. Например, готовя проведение зимней кампании 1942-1943 годов, Ставка отвела с действующих фронтов на пополнение в тыл одну танковую армию (5-ю), десять танковых корпусов и 71 стрелковую дивизию, одновременно начав формирование пяти новых армий. В результате к началу кампании у нее уже имелось в резерве пять общевойсковых армий, одна танковая армия (3-я), восемь танковых и два механизированных корпуса.61 Еще позже, готовя летне-осеннюю кампанию 1943 года, Ставка к началу июля увеличила РВГК, включив в него восемь общевойсковых армий (4-ю и 5-ю гвардейские, 11-ю, 27-ю, 47-ю, 52-ю, 53-ю и 68-ю), две танковые армии (3-ю и 5-ю гвардейские) и одну воздушную армию (5-ю). Пять из этих общевойсковых армий, а также танковая и воздушная армии, плюс шесть танковых и механизированных корпусов и три кавалерийских корпуса пошли на формирование нового резервного фронта, который в апреле стал Степным военным округом, находящимся под прямым управлением Ставки, а 9 июля - Степным фронтом.62
На протяжении того года Ставка сформировала в своих стратегических резервах пять новых армий, шесть корпусов, 64 стрелковые или кавалерийские дивизии и 55 отдельных бригад различных видов войск, а также переформировала и пополнила после отвода в тыл с действующих фронтов еще 31 армию, 44 корпуса, 204 дивизии и 50 отдельных бригад.63 В этот период РВГК имел в своем составе от 2 до 12 общевойсковых армий, танковую или воздушную армию, от 2 до 26 стрелковых, танковых, механизированных или кавалерийских корпусов, от 12 до 78 стрелковых и кавалерийских дивизий (или укрепленных районов) и от 9 до 30 стрелковых, мотострелковых, танковых или воздушно-десантных бригад. В этот период численность резервов Ставки колебалась в диапазоне от максимума на 1 июля (12 армий, 25-26 стрелковых, танковых, механизированных или кавалерийских корпусов, 78 стрелковых и кавалерийских дивизий и укрепленных районов и 10-22 бригады разных родов войск) до минимума на 1 января (две армии, два танковых корпуса, 18 стрелковых дивизий и 9 бригад).64
В отличие от 1941 и 1942 годов, когда Ставка в тылу создавала с нуля основную массу своих стратегических резервов прежде чем использовать их в стратегических наступлениях, в 1943 году численное превосходство Красной Армии над вермахтом и захват ею стратегической инициативы под Сталинградом и Курском позволили советскому командованию отводить многие соединения на отдых и пополнение в тыл прямо из действующих фронтов, ведущих наступательные операции, собирать эти соединения в резерве ВГК, а потом вновь направлять их действующим фронтам для проведения последующих наступательных операций. В результате 70 процентов стратегических
Поскольку большинство из выведенных в тыл соединений сохраняли прежнюю организационную структуру и имели в своем составе ядро обученных и обладающих боевым опытом ветеранов (в среднем по 3000 на стрелковую дивизию), они оказывались более эффективными, когда их снова вводили в бой.65 А это, в свою очередь, сокращало время подготовки, необходимое для организации новых стратегических наступлений, и позволяло Ставке подкреплять уже ведущиеся наступления Красной Армии.
Но еще важнее то, что качество стратегических резервных соединений, находящихся в 1943 году под прямым управлением Ставки, особенно наземных подвижных и воздушных, почти удвоилось по сравнению с 1941 и 1942 годами. Ставка по большей части использовала эти резервы либо для проведения стратегических оборонительных или наступательных операций все более крупных масштабов, либо для усиления уже идущих стратегических наступлений. Например во время стратегической обороны под Курском Ставка использовала соединения РВГК для создания глубоко эшелонированной стратегической обороны, для предоставления подкреплений обороняющимся фронтам во время наступления вермахта и для создания ударных групп с целью проведения их силами собственных контрнаступлений и наступлений. Впоследствии, уже осенью, она использовала резервы в первую очередь для усиления фронтов, наступающих к Днепру и за него.66
В целом достигнутые Красной Армией в июле 1943 года поразительные успехи в обороне под Курском и ее успешные наступления все возрастающей глубины в конце лета и осенью 1943 года являлись прямым результатом умелого использования Ставкой своих увеличившихся стратегических резервов.
ОПЕРАТИВНОЕ ИСКУССТВО
Советские военные теоретики рассматривали оперативный уровень войны как важное связующее звено между тактикой и стратегией. Поэтому они считали, что лишь «оперативное искусство» может превратить тактические успехи в стратегические победы. В рамках этого определения способность Красной
Армии успешно обороняться во время проведения немцами операций «Барбаросса», «Блау» и «Цитадель», а после этого проводить собственные стратегические наступления напрямую зависела от способности действующих фронтов и армий проводить эффективные оборонительные и наступательные операции на оперативном уровне.67
Самый лучший из многих способов проанализировать эффективность операций фронтов и армий Красной Армии - это изучить их размах и масштаб, а также приемы, применяемые при проведении этих операций командующими фронтами и армиями, особенно применение ими оперативного маневра. Совершенно очевидно, что командующие фронтами и армиями прошли в 1941 и 1942 годах суровую школу ведения как оборонительных, так и наступательных операций-ив конечном итоге смогли использовать этот опыт, чтобы в 1943 году действовать намного эффективней.
Размах и масштаб
Оборонительные операции. Во время летне-осенних кампаний 1941 и 1942 годов оборонительные операции против войск вермахта, проводящих операции «Барбаросса» и «Блау», действующие фронты Красной Армии вели под руководством Ставки или Главного командования, в то время как армии делали это под руководством либо Ставки, либо фронтового управления. Поскольку все эти операции были «вынужденными» в том смысле, что представляли собой реагирование на наступления вермахта, и поскольку все они являлись составной частью руководимой Ставкой стратегической обороны, то по размаху и масштабам они могли до полной неразличимости сливаться со всеохватывающими стратегическими оборонительными операциями. Фактически только операции, независимо организованные командованием фронтов и армий, носили наступательный характер.68
В целом оборона фронтов и армий в первые месяцы войны была слабой и оставалась такой большую часть 1941 года. В 1942 году она стала прочнее, что проявилось в нескольких важных моментах. Например, летом и осенью 1941 года фронты и армии в общем проводили оборонительные операции на фронте шириной соответственно в 300-500 километров и 70-120 километров. Глубина этих операций варьировалась в зависимости от глубины продвижения вермахта и, как правило, определялась либо дальностью отхода, либо глубиной, на какую были уничтожены соответствующие фронт или армия.69