Совок – 3

Агарев Вадим

– Вась, ты вообще помнишь такое, чтобы тёртые опера вот так за какого-то следака хлопотали?! Чтобы в розыск его переманить?! – Виталий обратился к своему другу-паровозу, тащившему его за собой по служебным ступенькам наверх. Через все райотделы и подразделения.

– Нет, не помню, – задумчиво ответил черствый и далекий от душевной

сентиментальности подполковник. Автоматически отметив, что так, как сейчас, его стажер и почти младший брат по жизни Виталий Захарченко, по трезвому никогда к нему не обращался.

– Виталь, скажи, а ты понимаешь, что, если в ближайший час они его расколют или сломают, то мы с тобой не позже, чем через неделю, в народное хозяйство пойдём? – мрачно скривился пока еще всесильный начальник районной милиции, – Ну ты-то, может и зацепишься в системе, Корнеев же не из твоего огорода, а вот мы с Лёшей с Данилиным из МВД вылетим! С громким позором на всё министерство и без пенсиона! Бл#дь, на выход и с вещами! И, сука, что самое х#ёвое, уволят нас с ним приказом аж самого министра МВД СССР! После этого, друг Виталя, нас с Данилиным никто и никогда в ментуру уже не восстановит! Ты понимаешь?! Близко на порог не пустят!

– Понимаю… - понуро склонил свою крупную коротко стриженную голову капитан. И тут же ее дерзко вскинул, – Да только них#я не сломают они Корнеева! Да, чего там, я тебе больше скажу, Василий Петрович! Даже, если за ним что-то есть злодейского, они его и расколоть-то ни хера не смогут! Он их, бл#дей московских, сам до жопы расколет! И вот, что еще, я тебя попрошу, Вась, ты помоги мне этого парня ко мне в мою службу перевести?! Помоги! Ты знаешь и помнишь, что я тебя никогда ни о чем не просил! – в эту секунду Дергачев поймал себя на мысли, что впервые видит таким своего протеже.

Москвичи

– Здравия желаю, товарищи! – несколько неискренне вбросил я своё приветствие присутствующим.

На

меня одномоментно обратили свое пристальное внимание все четверо находящихся в помещении. В котором на моей памяти в последние месяцы происходило довлеющее соитие одного из этих присутствующих с личным составом всего следственного отделения Октябрьского РОВД. И, что самое прискорбное, включая меня. Он и был единственным, которого я с большой натяжкой мог считать своим.

– Ты кто, сынок? – по истечении нескольких секунд, с вальяжной усмешкой одарил меня сановным взглядом импозантный мужчина с тремя звёздами на погонах.

Всё бы ничего, но погоны вопрошающего были с двумя просветами, а звезды большими. Но и это всё было бы столь существенно! С изумлением я отметил, что все три звезды на погонах спросившего были злато-вышивными. Не золотисто-металлическими, а вышивными! Даже в самые беспредельно лихо-купеческие 90-е годы, в Центральном аппарате МВД СССР, а потом и Российской Федерации такое себе позволяли очень и очень немногие. Совсем немногие! Даже родного племянника видного демократа из выкрестов-коммунистов Вольского, на плац Академии управления МВД Российской Федерации допустили для вручения диплома только после того, как он перешил на свой парадный китель уставные погоны. А тут, при строго уставном совке и вдруг вышитые золотой канителью звёзды! Ох, и не прост же этот паскуда полковник! Который сейчас будет меня примерять на дальнюю дорогу в сторону Нижнего Тагила. Похоже, что сегодня для меня пришло то самое время, когда славное русское слово «жопа», пишется с большой буквы «Ж».

Ну, сука, вот же бил-лят! – пронеслась в моей голове переживательская формулировка моего лучшего татарского друга Вовки Нагаева. Н-да!..

Конец третьей книги