Совсем не прогрессор
Шрифт:
— Куда тебя ранило? — И тут же, не дожидаясь ответа: — За все время ни разу не написал. Почти год! И Денису тоже. Сволочь ты, Саша!
Это означает, раньше я писал, догадался.
— Что ж я тебя на пороге держу, — спохватилась, — проходи!
— Опупеть! — сообщил появившийся в коридоре длинный худой мужик в майке и семейных трусах. — Явление Христа народу. Жена! — завопил дурным голосом. — Подь сюда! Срочно! Да бросай свое белье! Не каждый день праздник. Пить в армии научился? — Это уже Сашке. — Отметим.
Ага, кивая и извлекая из сумки
— Молоток, — почесывая волосатую грудь, обрадовался мужик. — Соображаешь. Всегда был правильным пацаном. Проставиться необходимо. А Никодимычу — во, — он показал в сторону коридора внушительных размеров дулю, — ишь, выдумал, жилплощадь пропадает. Защитнику Отечества она принадлежит.
— А отдохнуть с дороги? — растерянно спросила старушка.
— Вот и отдохнем, по-нашему, по-русски, — страшно убедительным тоном пояснил мужик, почти насильно волоча их в сторону кухни. Ему не терпелось.
Кухня была огромна. И по площади и по потолкам — высотой не меньше четырех метров. В теории. Когда присутствует десять столиков, отдельно на каждую семью, со специальными полочками для посуды, и несколько плит, места уже не остается. Хорошо еще, холодильники, видимо, по комнатам распиханы. Во избежание воровства продуктов и плевания в чужие кастрюли.
Сашку торжественно усадили и под приветствия, дружеские объятия и поцелуи в щечку все новых и новых беспрерывно появляющихся из таинственных глубин квартиры жильцов принялись энергично сдвигать столы и выставлять еду. У людей был праздник. Похоже, ему всерьез были рады. А Сашка сидел и пытался разобраться, кто есть кто. Представляться никто и не подумал. Все прекрасно с ним знакомы. Ну как, к примеру, обращаться к той женщине, если тип в майке ее иначе, как «жена», не называет? Хорошо еще, со старушкой выяснилось. Ее поименовали Ксенией Юрьевной. Уже легче. А то приходится постоянно в третьем лице и на «вы» всех подряд. Попробуй с ходу запомнить целый взвод незнакомцев.
Проще всего оказалось с молодым поколением. А ты помнишь Настю или Мишу? Конечно! Выросли за время моего отсутствия. А Настя вообще красавица. Чего не скажешь для довольных родителей, постаравшись не заметить красных прыщей и длинного носа.
Одной бутылки на всю компанию оказалось, естественно, мало. Из недр квартиры появилась еще парочка, а потом еще. Через час всеобщее застолье раскололось на несколько отдельных. Тот самый Никодимыч испарился первым. Его Сашка зафиксировал сразу. Не понравилось ему желание лишить его законных двенадцати квадратных метров. Очередной Самойленко. Придется присмотреться.
Сообщение о прибытии на собственной машине вызвало всеобщий восторг и дополнительные возлияния. Сколько ты имел в своем Техцентре, принялся добиваться еще один низенький с солидным брюшком сосед. Нет, сто рублей — это зарплата. А сколько ты имел? Сашка пожал плечами и принялся тщательно пережевывать пищу. Когда я ем, я глух и
Всерьез закосевшего длинного мужика в майке по имени Гена, первым его встретившего, уволокла отсыпаться жена при посильной поддержке того самого пятнадцатилетнего Миши, пытавшегося расспрашивать о службе в Афгане. Пришлось пообещать как-нибудь потом, наедине рассказать, лишь бы отвязаться. Остальные этой темы вообще не касались. Тосты поднимали, бурно радовались, а про юга молчок. Будто и не в курсе. Странно смотрелось.
Раньше он такого не замечал. Хотя, если задуматься, и по телику на эту тему не распространялись. За три месяца два репортажа с разоблачением происков мусульманских экстремистов и документы иранские показали. Много там разберешь с экрана, что написано. Инструкции по взрыву в Кабуле или письмо домой. Стражей исламской революции он неоднократно самолично мочил, да вот документов при них не имелось. Такие же духи, как и прочие, дурные они, что ли, при себе инструкции носить. А вот подготовка обычно лучше. Профессионалы все-таки.
Пьянка плавно перешла в стадию, когда народу уже, собственно, без разницы, ради чего собрались. Пошли обсуждения местных дел, включая спор в дальнем углу об очередности уборки общих помещений. На стене у входа на кухню висела специальная доска с графиком, и под ней началось бурление с выяснением отношений. Пахнуло знакомым воздухом казармы. Страшно не хватало сержанта, указующего, кто тут самый молодой и займется немедленно сим малоприятным делом. Или получит… в общем, вам по пояс будет. Спорщиков с трудом утихомирили, причем не приказами, а предложением выпить.
Напротив, с другой стороны стола, не слишком дружно запели хором. Замечательно такие песнопения выглядят исключительно в кино. А если люди еще и поддатые, и стремятся друг друга перекричать…
— Пойдем, — сказала Ксения Юрьевна, поднимаясь. — Ключ возьмешь.
Сашка с готовностью вскочил, прихватывая сумку, попутно извиняющимся тоном объясняя, что еще в своей комнате не был. Вещички кинуть — и непременно вернется и продолжит. Спрашивать, в какую именно дверь ломиться, ему меньше всего хотелось, а тут такая удача.
И не такая уж она и старая, подумал. Пару рюмок выпила, щеки раскраснелись, глаза блестят. Чуток за шестьдесят, не больше. Вполне бодрая женщина.
— Проходи, — пригласила, распахивая незапертую дверь, ничем особенным не отличающуюся от соседних.
Сашка послушно шагнул вперед и всерьез удивился. Обстановка… Ну ничего особенного. Узкая кровать, маленький столик, стол, шкаф в углу. Холодильник. Ага, на кухне их не было. Правильно догадался: по комнатам стоят. Занимательно. Продукты могут слямзить? Непорядок.