Союз времен

Андерсен Лора

Строггорн был прав. Креил, увидев Антона, сначала выругался. Перед сном ему всегда делали обезболивание, без этого он просто не мог спать. Он не сразу сообразил, чего от него хотят, и лишь через несколько минут, нахмурившись, кивнул и обещал приехать.

Креил вошел в квартиру в сопровождении Стайна, своего личного биоробота, и еще нескольких роботов, которые помогли доставить контейнеры с органами. Серьезность происшедшего он понял по списку того, что просил доставить Строггорн. Необходимо было заменять добрый десяток органов, не считая сборки костей и серьезной черепно-мозговой

травмы. О психике девочки, после того, что было сделано, Креил вообще не хотел думать.

— Строггорн, давай, мы не будем ее оживлять. — Это было первое, что сказал Креил, войдя в операционную.

— Не мешай работать, — Строггорн продолжал с огромной скоростью управлять щупальцами.

— Я серьезно. Мы снесем ей полголовы, когда займемся психикой. Я все время думал об этом по дороге.

Роботы передавали контейнеры в герметически закрытую операционную сферу, щупальца Машины начали их распаковку.

— Послушай, у нас минимальные шансы, что она будет в здравом рассудке. Ты даже не знаешь, кто это, зачем создавать лишние сложности? — продолжал Креил, уже раздеваясь. За много лет, которые он знал Строггорна, не было случая, чтобы удалось его переспорить.

— В этом весь интерес. Я вытащил ее из абсолютного времени и никак не соображу, кто это. Лицо слишком изуродовано, можно прочитать это только из ее головы. У нее был аварийный браслет — у ребенка в абсолюте! Это должен быть кто-то нам хорошо знакомый, понимаешь теперь? — Строггорн приступил к коррекции черепно-мозговой травмы, трансплантацию взял на себя Креил.

— Черт знает, как все это будет дорого стоить, и кто это будет оплачивать! — продолжал ворчать Креил. — Там один маленький контейнер с мозговой тканью, можешь попробовать встроить, разработка на основе многомерных пси-входов. Надеюсь, девочка — эспер?

— Хороший вопрос, — ответил Строггорн. — Как я это у мертвой узнаю? Конечно, никто эту ткань не испытывал?

— Поищи ее родителей, узнай, согласны ли они ради ее спасения провести эксперимент. Это ведь повысит шансы вправить ей мозги, — ответил Креил, не переставая работать на высокой скорости. Антона невероятно удивляло, как они умудряются еще и разговаривать во время такой сложной операции. — Строггорн, а это уже интересно. — Креил приостановился. — Я не могу понять, как она нормально ходила, у нее тазобедренный сустав совсем неправильный. Хочешь посмотреть? Заодно скажешь, что с ним делать.

Строггорн переключился на его зону и несколько секунд ощупывал сустав.

— Она нормально ходила. Я сам ее оперировал, и, клянусь, она даже не хромала и не жаловалась на боль.

— Отлично. Так кто это? — Креил прекратил операцию, подумав, что, может быть, не будет никакой необходимости оживлять ребенка, раз и так ясно, кто это.

— Это Джулия, дочь Генри.

— Директора? Понятно. Какая жалость, что придется ее оживлять! Он нам никак не простит, что мы не попытались ее спасти. Ты только продумай заранее, что будешь ему говорить, если она останется сумасшедшей. — Они больше не переговаривались. Генри уже столько сделал для спасения Земли, что помочь его дочери было просто ничтожной платой за его работу.

Только

через много часов организм девочки был приведен в рабочее состояние, но заниматься ее головой никто не собирался. Единственное, что сделал Строггорн, — загнал воспоминания о перенесенном в подсознание, давая мозгу оправиться.

— Что ты собираешься делать дальше? — спросил Креил.

— Притащить сюда Генри. Учитывая, что ее похитили, убив двух охранников, а потом так жестоко убили, не считая всего остального, на него идет охота и кто-то желает, чтобы он думал, будто она жива.

— Не понимаю твоей логики. Зачем же тогда ее убили?

— Она телепат. Сейчас, Генри наверняка поднял на ноги всю телепатическую сеть, чтобы ее найти. Ясно? Как ты еще спрячешь в такой ситуации эспера? Только убив, а потом изуродовав тело до неузнаваемости. Там, где я ее нашел, Креил, были такие милые собачки, через несколько часов от нее остались бы одни кости и никаких улик. Тех, кто ее убивал, тоже скорее всего уже нет в живых, почти наверняка их убрали, а девочку пытали специально, они все записывали на компьютере, заставляя ее говорить определенные фразы. Теперь скомпонуют из ее голоса что угодно. И тот, кто за всем этим стоит, знает, что она телепат, — это действительно страшно.

— Мы же не скрывали, что таких людей много.

— Но не сообщали их имена, — тяжело вздохнул Строггорн. — Мне это очень не нравится. Генри — это серьезно, его вычислили, и теперь началась охота. Вопрос только: на него или на меня.

— Неужели на нас замахнулись? — Креил удивленно посмотрел на Строггорна.

— Когда я вылезал из туннеля, у меня возникла эта мысль: а вдруг на выходе мне оторвет голову? Взрывом, например? Я же не бессмертный, в конце концов, и не уверен, что при неожиданном взрыве успею уйти в Многомерность.

— Пообещай мне, что больше ты так рисковать не будешь, — совсем тихо попросил Креил.

— Не могу, иначе они доберутся до Генри, а нельзя допустить, чтобы его вывели из игры. — Строггорн перевел взгляд на Антона, о котором они совсем забыли. Тот сидел в пси-кресле, совершенно бледный. Строггорн подумал, что их дети, выросшие в тепличных условиях Аль-Ришада, совершенно не готовы к тому, что ждало их после объединения зон времени.

— Я тоже об этом думаю, — вмешался в его мысли Креил. — Наши дети при объединении Земли попадут в ее прошлое, и это ужасно. Марк совсем не похож на меня и в свое время категорически отказался быть Вардом. А теперь я решаю сложную проблему, Строггорн. Несколько лет назад он обратился ко мне, не как к отцу, а как к Советнику, и попросил умертвить его.

— Что ты ему ответил?

— Уговорил еще пожить, но когда я думаю, что, по всей видимости, мы переживем своих детей, хотя у меня с Марком всего чуть больше тридцати лет разницы, мне становится страшно.

— А приемные дети? У тебя было двое?

— Еще хуже, уже ушли, только просили об этом Лингана. Скоро дело дойдет до внуков. Я думаю, что нам, Советникам, нельзя было иметь детей вообще.

— И поэтому уговорил меня оставить Лейлу?

— С тобой проще. Какая у тебя с ней разница в возрасте?