Спасатель
Шрифт:
— Это что еще за пигалица?
— Алчу, дочка хана, правнучка потрясателя вселенной.
— А выкуп за неё дадут? — проявил деловую сметку практичный княжич.
— Вряд ли, мы же всю казну захватили.
После этих слов Ярик сразу потерял интерес к моей находке. Толку от пышных титулов и родословных, если за них и серебряной монетки не заплатят. Однако я настойчиво подтолкнул пленницу к нему и потребовал, чтобы юный князь официально принял её ножик в знак сдачи в плен.
— И что мне теперь нужно делать с этой Алсу?
— Разместить с комфортом, развлекать, устраивать пиры, возить на охоту.
От такой добычи,
И тут у меня появилась идея. Раз у Батыя имеется дочка возрастом почти на выданье, то пусть кто-нибудь из князей с ним породнится. Это позволит хану сохранить лицо и заключить мир под благовидным предлогом. Так, а кого из владык выбрать? Ярослав Всеволодович, к сожалению, женат. Александр-будущий-Невский? Он далеко, да и княжества у него пока нет. Вольный Новгород таковым не считается. С Киевскими князьями сейчас проблема, они меняются как в калейдоскопе.
Пока я перебирал кандидатуры, Медлило с Проней, прослышавшие о пленнице, пришли на неё посмотреть и тут же затеяли спор. Они не могли прийти к согласию, выдавать её за князя Василия или за князя Святослава. Да и вообще, стоит ли русским князьям родниться с басурманкой, и не будет ли им в том попрания чести? Если так, то отдать её за боярина. К примеру, за меня или Тита Цвеня. Сами воеводы были женаты, поэтому мое имя и попало в число кандидатур.
Между тем пленница, ни о чем не подозревая, с любопытством рассматривала Яриков меч, который он ей с гордостью демонстрировал, и пыталась учить его своему языку:
— Месэ. — тыкнула она пальцем в лезвие.
— Не ме-сэ, а меч, — поправил Ярослав.
— Гулда — показала Алсу на железную палицу воеводы.
— Не гулда, а булава, — снова уточник княжич. — Что ты все коверкаешь?
Тут, совершенно машинально, я поинтересовался у наместника, почему в качестве потенциального жениха не рассматривают Ярика. Медлило радостно закивал, потряхивая своей окладистой бородой, а лицо мальчика, наоборот, перекосилось от ужаса. Найденный выход из этой ситуации его не слишком-то обрадовал.
— Что они говорят? — подозрительно поинтересовалась Алсу, видя, что все смотрят в её сторону.
Ярик без слов изобразил, как её ведут за руку и надевают на голову венец.
— Что, замуж? — возмущенно воскликнула монголка, и тут же с любопытством добавила: — А за кого?
Княжич по очереди указал на меня, на себя, на князя Святослава, на Тита, очень вовремя подоспевшего, и махнул в сторону города, где Василий руководил гарнизоном.
— Так много? — по-анимэшному округлила глаза Алсу. — Ну, вот этого Ти-та я точно не хочу, а остальные, конечно, ничего, но чей-то многовато. Я все-таки не тибетка, чтобы иметь несколько мужей за раз.
А что, это был бы выход, позволяющий князьям не ссориться из-за царевны. Но многомужие у славян не принято, а церковь так вообще прямо запрещает полигамию. Да, кстати, монголку же окрестить нужно и сделать это как можно скорее, чтобы народ относился к ней более приветливо. В ответ на разумное предложение хитрющий Тит Цвень тут же рекомендовал крестным отцом Чингисы стать мне, упирая на то, какая это честь. К тому же, раз я её изловил, то мне
Устав от навалившихся на меня проблем, да и физически тоже вымотавшись, я присел на мешок с чем-то мягким. Охохонюшки, сколько же забот у боярина: за вооружением и пропитанием гридней следи, тренировками занимайся, военные кампании планируй, в интригах разбирайся, да еще и армию в бой веди. Нелегкая все-таки работа, да и опасная. Не зря большинство воинов в дружине младше меня. Спрашивается, а куда ветераны деваются? И, как будто мне мало военных и хозяйственных забот, женщины тоже постоянно создают проблемы. Чингиса вот свалилась, как снег на голову. Да и Сбыся та еще штучка — без спросу в битву ринулась, а мне её опекай, чтобы не убили.
Легкая на помине Сбыслава уже появилась и начала вытирать мне на лице царапину. Ну ладно, медпомощь сейчас будет не лишней. Я снял доспех, подивившись появившимся на нем вмятинам, стянул кафтан с рубашкой и позволил девушке помазать ссадины и синяки какой-то зеленой гадостью.
— Кости-то целы, — тревожно спросила Аннушка, увидев, как мне досталось.
— Были бы сломаны, уж давно бы почувствовал, — буркнул я в ответ, недовольный тем, что меня отвлекают от важных мыслей.
Пока самозваная санитарка сосредоточенно обрабатывала ушибы, я погрузился в раздумья. Все, пора мне отсюда валить домой. Распишу князя … э, ну, не важно какого, с Алсу, закрепив тем самым мир с Батыем, и скорее активирую перстень с передатчиком. Хотя, раз такой удобный случай подвернулся, можно забрать свою долю добычи, взять десяток верных гридней и рвануть в Византию, чтобы пройтись по книжным лавкам. У, даже страшно представить, какие там сокровища можно купить — древние манускрипты, пергаменты и папирусы римских времен. А уже потом с этими несметными богатствами можно и возвращаться в двадцать первый век.
Конечно, не факт, что я вернусь обратно, мало ли что может с техникой случиться. Надеюсь, все обойдется, но если придется остаться тут навсегда, то отстранюсь от управления и займусь хозяйством, а потом женюсь. Надо выяснить, есть ли в Городце подходящие невесты. Мне нужна девица смышленая, смелая, привычная к тяготам, хорошая хозяйка, мастерица на все руки и верная. Да, и еще — слишком юную новобрачную, как тут принято, лет шестнадцати, мне не нужно. Лучше постарше, примерно как Сбыся. Вот, кстати, у неё и спрошу.
Странно, но на такой простой вопрос девушка ответить не смогла и, вспыхнув, потупила глаза. Наверноё, такая закомплексованная, что даже мысль о замужестве вызывает у неё оторопь.
— Аннушка, так есть у нас подходящие девушки или в Козельске поискать? — повторил я вопрос.
Сбыся опять промолчала, потом вдруг схватила свой мешочек с лекарствами и перевязочными материалами и умчалась. К другим раненым, наверно. Ну и ладно, не к спеху. Вот что мне сейчас нужно, так это вернуться в город и элементарно отоспаться. Снова одевшись, я сказал своим, что убываю по делам, и, кое-как забравшись на лошадь, потрусил к Козельску. Ушибы болели все сильнее и, возможно, будут так болеть еще несколько дней. Нет, не нравится мне все-таки карьера боярина. В другой раз и покалечить могут, а то и убить.