Спасатель
Шрифт:
Маму я увидел сразу, как только заглянул через окно в кухню. В вельветовой юбке и свитере «фер-айл» [8] она сидела за столом и пила кофе. Лицо еще хранило былую красоту, но выглядело сильно постаревшим. Да и с чего бы молодеть? Прожить всю жизнь с таким, как Фрэнк «Уайти» Келли, — радости немного.
Ладно, Недди, пора становиться большим мальчиком… Погибли люди, которых ты любил.
Я постучал по стеклянной панели задней двери. Мама подняла голову. И побледнела. Потом быстро встала, поспешила к двери и впустила меня
8
Трикотажное изделие «фер-айл»; с пестрым рисунком, часто в американском стиле.
— Господи, Нед, что ты здесь делаешь? Ох, Недди, Недди.
Мы обнялись, и она сжала меня так крепко, словно я восстал из мертвых.
— Бедные дети… — По ее щекам побежали слезы. Она отступила и посмотрела на меня испуганными глазами. — Недди, тебе нельзя здесь оставаться. Из полиции уже приходили…
— Я этого не делал. Что бы тебе ни говорили. Клянусь. Клянусь душой нашего Джона Майкла. Поверь, я не имею никакого отношения к тому, что там случилось.
— Меня убеждать не надо. — Мама нежно погладила меня по щеке. Сняла бейсболку, улыбнулась, увидев растрепанные волосы и южный загар. — Отлично выглядишь. Рада тебя видеть, Недди. Даже сейчас.
— Я тоже рад тебя видеть, мам.
На какие-то секунды я вдруг почувствовал себя свободным. На дверце холодильника висела старая фотография. Парни Келли. Дейв, Джон Майкл и я на поле за школой. Дж. М. в красно-черной футбольной форме. Номер 23…
— Недди, тебе нужно сдаться.
— Не могу. — Я покачал головой. — То есть я, конечно, сдамся. Но только потом. Не сейчас. Надо повидаться с папой. Где он?
— Твой отец? — Мама вздохнула. — Думаешь, я знаю? — Она опустилась на стул. — Иногда мне кажется, что он и ночует в баре. Дела у него плохи, Недди, и лучше не становятся. Требуется трансплантация почки, а он в том возрасте, когда страховка не покрывает таких затрат. Твой отец болен. Порой я думаю, что он просто хочет умереть.
— Можешь не сомневаться, Фрэнк продержится долго, так что бед с ним ты еще хлебнешь.
Мы одновременно повернули головы, услышав звук подъехавшего автомобиля. Машина остановилась у тротуара. Хлопнула дверца. Может быть, Фрэнк?
Я подошел к окну и поднял жалюзи.
Это был не Фрэнк.
По дорожке к дому шли двое мужчин и женщина.
Мама поспешила к окну. Глаза ее расширились от страха.
Мы слишком часто видели, как уводят в тюрьму отца, чтобы не узнать представителей закона.
Глава 29
Мы оба как будто приклеились к окну, думая об одном и том же: от двадцати до пожизненного.
Один из агентов, черный парень в светло-коричневом костюме, отделился от двух других и направился к задней двери.
«Черт, Недди, думай! Что нам теперь делать? Что…»
Никогда еще мое сердце не колотилось так, как в те несколько секунд, пока агенты поднимались по ступенькам. Бежать? Бесполезно.
— Недди, сдайся, — тихо, с мольбой сказала мать.
Я покачал головой:
— Нет, мне нужно найти Фрэнка. — Я взял ее за плечи, посмотрел в блестящие от слез глаза. — Прости…
Я прижался к стене
В дверь постучали.
— Фрэнк Келли? Миссис Келли? Откройте. ФБР!
Воображение работало на всю катушку, но так и не выдало ничего, что могло бы помочь реально. Три агента, одна женщина. Загорелая. Скорее всего прибыла из Флориды.
— Миссис Келли? — Стук повторился.
Через щель в жалюзи я видел стоящего впереди крепыша. Мама наконец ответила и тут же бросила на меня умоляющий взгляд. Я кивнул — открывай. И закрыл на мгновение глаза.
Только не натвори глупостей. Не сделай ничего такого, о чем будешь жалеть потом всю жизнь.
Но все равно сделал.
Едва здоровяк переступил порог, как я бросился к нему, врезался головой в грудь, и мы оба грохнулись на пол. Парень хрюкнул, пистолет выпал из пальцев и отлетел фута на четыре. Какое-то мгновение мы оба, как загипнотизированные, смотрели на него. Он, думая, что попался на нехитрый трюк безжалостного убийцы. Я, зная, что если только попытаюсь схватить оружие, всей моей прошлой жизни придет конец. На женщину и на парня, подбиравшегося к задней двери, мне было наплевать. Я выбросил руку и схватил пистолет. Ничего другого не оставалось.
В следующий момент я скатился с него.
— Всем оставаться на месте! Не двигаться!
Крепыш все еще лежал на полу. Женщина — маленькая и хорошенькая — сунула руку под пиджак, но завозилась с кобурой. Третий агент только-только появился.
— Нет! — крикнул я, поднимая пистолет. Женщина посмотрела на меня, еще держа руку на кобуре. — Пожалуйста… пожалуйста, не вытаскивайте оружие.
— Недди… Недди… — пролепетала мама, — опусти пистолет. — Она повернулась к агентам: — Он невиновен. Поверьте, Нед никого не обидит.
— Никто не пострадает, — сказал я. — Мне это не нужно. Но положите оружие на пол. Живее.
Они подчинились беспрекословно, и я быстренько забрал оба пистолета, а потом отступил к раздвигающейся двери и забросил оружие в кусты за домом. Ну и что теперь? Я посмотрел на маму и неуверенно улыбнулся:
— Наверное, придется позаимствовать твою машину.
— Недди, пожалуйста… — снова запричитала мать. Потеряв одного сына в перестрелке, она боялась лишиться второго.
Сердце разрывалось от жалости. Я понимал, что убиваю ее. Но… Я шагнул к женщине. Она была такая миниатюрная, что ее можно было бы поднять одной рукой. Бедняжка изо всех сил старалась держаться, но в глазах ее прыгал страх.
— Как вас зовут?
— Шертлефф. — Она помолчала и неуверенно добавила: — Элли.
— Извините, Элли, но вам придется пойти со мной.
Агент-здоровяк поднялся с пола.
— Не получится. С ней ты не уйдешь. Возьми другого, меня.
— Нет. — Я направил на него пистолет, и он снова лег. — Пойдет она.
Я взял ее за руку.
— Вам не о чем беспокоиться, Элли. Будете делать, как нужно, и никто не пострадает. — Даже в этот сумасшедший момент мне удалось выдавить из себя улыбку. — И вот что еще. — Я повернулся к парню на полу: — Знаю, для вас это мало что значит, но вы пришли не за тем, за кем надо. Я их не убивал.