Шрифт:
Евгений Кукаркин
Спасатели
Написано в 1996 - 1998 г.г. Приключения.
Как говорил Коля, мой дружок, ты не поддал, а выпил. Раз ходишь по прямой, значит в норме.
Ему хорошо, у него нет машины. А мне какого. И выпить надо и не попасться ГАИ. Но какой мужчина не рискует, особенно если у Коли такой праздник, родился второй мальчишка. Мы выпили прямо перед родильным домом, потом сбегали за новой бутылкой, выпили еще и я, попрощавшись с другом, сел за руль.
Как всегда инстинкт самосохранения сыграл свою роль, хоть и пьяный, однако,
– Отпаиваетесь?
– спрашивает бармен.
– Есть немного.
– Хотите дам томатного сока, хорошо помогает?
– Давайте. Только подсолите чуть-чуть.
Действительно, от томатного сока, перестали двоиться дальние предметы и немного стало легче. Я даже сумел обернуться и разглядеть зал кафе. Недалеко от стойки столик за которым четыре человека: две девушки и два парня. Они веселятся и пьют шампанское. Рядом занят еще столик, два здоровенных парня пьют кофе.
– Бармен, еще сока.
– Сейчас, подождите немного, я из кладовочки принесу банку.
– Хорошо, подожду.
Бармен идет в конец стойки и исчезает за портьерой. Он возвращается с банкой сока и наливает мне новый стакан. Я чувствую, как голова трезвеет. В это время с громким стуком открывается дверь кафе. Я поворачиваю голову туда. Четыре парня с короткими автоматами стоят у входа. В зале кто то вскрикивает. Двое парней, сидящих за отдельным столиком вскакивают, один бросается к компании девушек и парней, выдергивает симпатичную девицу и буквально волочет ее по полу в глубь зала. Другой парень падает под столы и в его руках появляется пистолет.
– Ложись, - орет мне почти в ухо бармен и проваливается за стойку.
Я трезвею окончательно, падаю на пол боком и ползу за угол стойки. Грохот стрельбы наполняет помещение. Прижимаюсь к доскам стойки и вдруг чувствую, как моему бедру кто то прижимается. Оглядываюсь. Рядом на корточках, девушка, которую волокли по залу. Тот парень, что ее тащил, лежит в двух шагах от нас в неестественной позе. Из под него расплывается лужа крови.
– Спа...спасите... меня, - лепечет девушка.
В зале все лежат на полу, от пуль летят ошметки посуды, дерева. Сзади меня, как раз у стойки, колышутся портьеры. Я помню бармен ходил за банкой с соком туда.
– Сюда.
Дергаю девушку и, первый прыгаю в разрыв тканей. Но она прижалась к стенке, совсем невменяема и похоже ничего не понимает. Тогда просовываю между портьер руку и грубо схватив ее за платье, тащу к себе. Слышен треск материи, она опрокинулась на грудь и это позволило мне втащить девушку в безопасное помещение. Здесь я разглядел, что наделал, у нее правая сторона платья чуть не оторвана и грудь выпала наружу. Я протягиваю руку, хватаю болтающийся обрывок платья и стараюсь прикрыть наготу, но тут и она очнулась, поспешно перехватила
– Да шевелись же...
Мы очутились в кухне. Хотя грохот от выстрелов стоит ужасный, но я почувствовал себя более уверенней, здесь можно встать и я поднимаюсь.
– Вставайте.
Вытягиваю ее, но она сжавшись, как куль сваливается на пол. Там за портьерой по прежнему бушует смерть и скоро может прийти и сюда. Недалеко дверь, я открываю ее и вижу коридор, волоку несчастное создание за собой. Она совсем не двигается и мне это надоело. Я прислонил ее к стеночке.
– Ты будешь шевелиться или нет? Я брошу тебя, к черту...
– Хорошо, я сейчас.
Все равно, не подвижна. Тогда дал ей пощечину. Голова откинулась и из глаз пошли слезы.
– За что?
– Пошли...
Теперь очнулась и засеменила рядом, придерживая рукой разорванный кусок. Проскочили подсобки, наконец еще одна дверь с задвижкой и мы выбегаем на грязный и вонючий, от помойных бачков, двор. Пробегаем подворотню и выскакиваем на улицу. На пересечении соседней улицы шум, там вход в кофе. Мы перебегаем дорогу, заскакиваем в первую попавшуюся парадную и поднимаемся на второй этаж. Перед нами подворотня, из которой мы выбежали, проходит несколько минут и от туда появляется парень с автоматом в руке, он оглядывает улицу и, плюнув, бежит к перекрестку, к входу кафе.
Ждем еще минут десять. Я разглядываю девушку. Хорошо одета, длиннонога, только лицо малость не так уж красивое, но симпатичное, длинный рот и горбатенький нос, глаза и волосы черные. Она уже ожила совсем, осматривает свое платье и пытается как то прижать разорванную материю к плечу. Мы опять выходим на улицу. Чтобы прикрыть неполадки в ее туалете, я беру под руку и прижимаю к себе.
– Не отрывайтесь, а то все заметят порванное платье.
– Хорошо.
– Тебе куда?
– Не знаю. Не бросайте меня. Я боюсь.
– У меня там машина, пойдемте посмотрим.
Кафе окружила милиция и любопытные. Стекла заведения выбиты. Мы подходим к машине. Меня сразу останавливает сержант милиции.
– Вы куда?
– Это моя машина.
– Покажите документы.
Я подаю, а сам боюсь дыхнуть, мне кажется, что запах перегара еще тянется за мной. Сержант оглядывает машину и кивает головой.
– Отъезжайте.
Заталкиваю девушку в машину и я побыстрей убираюсь от сюда.
Мы едем по улицам и я спрашиваю свою попутчицу.
– Вас куда подвезти?
– Никуда. Они меня везде найдут и убьют.
– Кто они?
– Бандиты.
– За что они вас?
– Дрянная история. Лучше не стоит вмешиваться, а то... если они узнают, могут расправится и с вами.
– Я уже вмешался, посадив вас в свою машину.
– Спасибо, что вытащили из этого ужаса.
– Вас, как звать?
– Марта, а вас?
– Дмитрий. Так вот, Марта решай, куда тебя подбросить, не могу же я так без конца ездить по городу.
– А к вам домой нельзя? У вас есть семья?