Шрифт:
Шел третий час новогодней ночи, когда шумная наша компания, по существующей в те годы традиции, вывалилась из-за праздничного стола и отправилась догуливать на улицу – на театральную площадь города, уже заполнившуюся такими же компаниями, где гремела музыка, и яркая городская елка сверкала пьяными огнями.
Это была двадцатая
Какое там! Впереди еще было бесконечное множество таких ночей и вообще волновало меня только одно – когда же мы с моей девочкой, которую я держал за руку, вернемся в квартиру и окажемся, наконец, в постели и начнется самое главное в этой новогодней ночи!
Девочка была новая, в с компании с ней я еще никогда не был и уже час, как я изнывал от страсти и прекрасной неизвестности и ждал, когда же мои друзья разойдутся!
Мы с моей новой подругой условились, что только проводим ребят до улицы и тут же вернемся, тем более, что родители, предоставившие нам квартиру для вечеринки, дали условие, что к шести часам утра, когда они вернуться из гостей, никого кроме меня и духа не будет, и все будет прибрано и посуда вымыта.
Времени оставалось все меньше. Новогодняя сказка заканчивалась.
Чья-то фигура почудилась мне посреди заснеженного пустого двора, окруженного пятиэтажными домами, одинокая фигура в эту новогоднюю ночь.
– С новым годом! – негромко раздался мальчишеский голос, и я узнал голос Витьки, тринадцатилетнего пацана, жившего в соседнем доме, сына знакомой мне девушки Людки, жившей, в однокомнатной квартире на третьем этаже.
С Людой, молодой красивой девушкой, старше меня лет на десять, знакомы мы были давно, как знакомы почти все, жившие в этом дворе и года два назад она еще была девушкой общедоступной.
Легко жила! Хотя и был у нее уже маленький Витька, неизвестно от кого, а вообще она была душей компании.
И года два назад – я только что окончил тогда школу – возвращались мы с ней из одной веселой компании, я как бы шел ее провожать, она как-то потеснее прижавшись ко мне, взглянув на часы, сказала:
– То ли забрать мне Витьку, то ли поздно уже?!
– А где он?
– Да родителям я на сегодня его подкинула, кто его знал, когда вечеринка закончиться!
– Не забирать! – догадался я.
– Да ты что!? – деловито засмеялась она, – и уже по-деловому сказала:
– Только с презервативом!
Я растерялся:
– А у меня его нет!
– Вот дурачок! – улыбнулась Людка.
И, когда мы поднялись в квартиру, открыла ключиком ящик тумбочки:
– Выбирай!
Каких презервативов там только не было!
И когда я, воспаленный от одного только движения расстегиваемой ею кофточки, рванулся к ней, она остановила:
– Тихо, тихо! Мне не надо быстро – быстро, сама – сама! Ложись.
Секс с девчонками несколько раз в кустах пробовался, но я представления не имел, что это может быть так прекрасно!
А она представления, видимо, не имела, сколько раз хочет и может восемнадцатилетний парень!
Через пару часов она выгнала меня из квартиры:
– Ну, хватит! Я спать хочу!
Все мои попытки в последующие дни не имели успеха.
– Ну, что ты маленький! – ласково говорила она, – ты меня с кем-то перепутал!
… С Новым годом! – повторил Витька.
Мы с моей девчонкой подошли к нему.
– Витек, а ты что, на улице Новый год встречаешь?!
Конец ознакомительного фрагмента.