Спасите, мафия!
Шрифт:
— Спаси меня, галоперидол! — пробормотала я и пошла вперед, игноря мираж моего воспаленного разума.
— Мы не глюки! — возмутился первый гусь. Или он второй? Или он один, но у меня в глазах двоится? А глюки могут двоиться, что, правда? Мать моя Орочимару, сдайте мой мозг Кабуто на опыты! Я здесь сейчас от инфаркта скончаюсь. Хотя нет, не скончаюсь, я живучая.
— Да постой ты! — возмутился второй гусь. — Мы братья Гу-Со-Сины! Мы пришли передать тебе посылку!
В «Играх разума», помнится, глюков велели игнорировать. В игнор вас, в игнор,
— Брат, она нас игнорирует! — спасибо, Кэп! Глюк, не жалуйся на больного брату — не поможет… — Что делать?
— Не знаю, может, посылку вручить?
— Да она их напугает таким поведением!
«Их»? Кого это «их»?! Я остановилась и возмущенно воззрилась на гусиков. Спокуха, Катюха, спокуха! Твоя жизнь и так непруха… Спросить, что ль, что они ввиду имеют? А как же игнор и советы американского синематографа? Не, спрошу. А то вдруг еще глюки появятся?
— Слышь, результат нехватки трифтазина в моем укуренном разуме, — пробормотала я, воззрившись на одну из иллюзий реальности, — ты о ком вещаешь? Что за «их»?
— О, наконец-то! — обрадовался первый гусь в хламиде. — Мы должны доставить тебе посылку!
— Вы глюк, — уперто заявила я.
— Нет же! Мы реальны! — возмутился его брат-близнец. — Ну, потрогай крылышко!
Он протянул мне левое крыло, но я лишь пожала плечами:
— Тактильный глюк, не более того.
— Ты считаешь, что с ума сошла? — тяжко вдохнул Гу-Со-Син номер раз, а его брат с тоской-печалью на моське убрал крылышко.
— Нет, перетрудилась, — нахмурилась я. Чего я перед этими птицами вещими оправдываюсь?! На сковородку их и в духовку, хорошая закуска будет… Фе, как жестоко! Хотя птицу я любила, до того как вегетарианкой стала. Но не говорящую же!!!
— Сама-то веришь? — фыркнул более холеричный первоптиц.
— А не пофиг? — поморщилась я. Чего я перед своим воображением оправдываюсь?
— Так, всё, мне это надоело! — прокрякал гусь номер два и потер крыльями виски. Ой, какой кавайка… Прям милашка! Так бы и затискала, не будь он галлюцинацией!
Сама не заметив как, я разулыбалась, умилившись картине «раздосадованный гусь-шинигами, укуренно соображающий, как заставить человека поверить, что он не глюк, хотя он глюк». Заметив мою умиленную лыбу во все тридцать два зуба, его брат заявил:
— Вот видишь, мы тебе не неприятны! Ну попробуй нам поверить! Ты ведь нас знаешь, читала о нас!
— Вот ты и доказал, что ты глюк, бугага! — возликовала я. — Откуда шинигами знать, что его в манге нарисовали?
— Мы всё о смертных знаем! — возмутился всё еще трущий виски Гу-Со-Син и помахал ножко-лапками, обутыми в черные остроносые башмачки, в воздухе. — Мы знаем и про
Я замерла. Что за на фиг?! С чего эта пернатая галлюцинация в такие личные вещи лезет?!
— Помнишь, ты сказала…
— Помолчал бы ты, — процедила я, хмурясь и зло на него глядя. Гу-Со-Син замолчал, а его братик подлетел к нему и заявил:
— Это важно! Ты просила помощи — ее тебе оказали! Твои родители заключили контракт с Графом, хранителем Дома Тысячи Свечей, Книги Судеб и свечей жизни смертных всех миров. Ты же знаешь, он любит… театрализованные постановки, и он согласился на контракт! Он переместит свечи из одного участка в другой, и смертные, которых ты хочешь увидеть, окажутся здесь, в этом мире!
— Да мои предки бы в жизнь о таком не попросили! — фыркнула я, и гусики переглянулись. Ой, что-то здесь нечисто, ой, нечисто!
— Их на это надоумили, — утек с линии атаки первый гусь лапчатый. — Они сами бы не догадались, но им посоветовали так поступить. Не спрашивай, кто — не имеем права ответить.
Я нахмурилась. С чего это я вообще с ними веду беседу, как с реальными? Бред какой! Да и мои предки в жизни бы контракт такой не заключили…
— А цена контракта? — усмехнулась я.
— Секрет, — поспешно заявил гусик номер два. — Но со стороны Графа положение таково: он перешлет сюда людей из другого мира, о которых ты мечтала.
— Что за на фиг? Ни о ком я не мечтала! — возмутилась я, и пернатые, переглянувшись, ехидно разулыбались. Как можно с клювами улыбаться?! Что за чертовщина?! Ох, моя голова, ох, мое душевное здоровье! И чего я на ветеринара, а не на психиатра учиться пошла? Риторический вопрос.
— Свалите в туман, последствия черепно-мозговой травмы, — вяло пробормотала я и хотела было пойти домой, но мне чуть ли не в нос ткнули бумагу, она же свиток, и перо. Из себя что ль выщипал, ты, птеродактиль пернатый?
— Подпиши, и мы вручим посылку, — заявил он.
— Не-а. Неизвестные документы не подписываю. Вдруг ты мою душу похитить хочешь, как Ленка говорит? К тому же, у нас не совхоз «Красная заря» и не проходной двор. Я чужих мужиков кормить не намерена. А вообще, вы иллюзии, кыш, кыш!
Я помахала руками перед носом, но что-то как-то моя уверенность таяла… А глюки ли они? Уж больно реально выглядят, да и переутомление… Что за бред? Так, отставить, спокойствие, только спокойствие. Они не могут реальными быть. Не-мо-гут!!!
— Ну, мы их всё равно доставим, — хмыкнул вредный глюк номер раз. — А подпись нужна чисто по формальным причинам: подтвердить, что мы свою работу выполнили.
— А чего это библиотекари посылки доставляют? — вскинула бровь я.
— Да потому что дело деликатное, — пригорюнился первый гусик, опустив глазки, понурив плечики и являя собой монумент Скорби и вселенской Тоске. — Не мог Граф других попросить, они же сплетни разнесут по всему миру Мейфу! А мы, вроде как, умеем хранить секреты.