Спасите меня, Кацураги-сан! Том 14

Пожар! Разумеется, проблемы должны валиться одна на другую!

Мы с Купером даже не успели толком разобраться, что на самом деле беспокоит Шинидзу Суити, как нас отвлекла ситуация посерьёзнее мнимого бешенства.

— Где очаг возгорания? — крикнул я Хирано Юрике.

— В кабинете Дайго Рэна! — ответила она. — Я слишком поздно его обнаружила, потому что кабинет был закрыт. Пока дым сквозь дверь не просочился, не поняла, что начался пожар. Простите, Кацураги-сан!

Я

ничего ей не ответил, поскольку времени на это уже не было. Если наша клиника сгорит — это будет не просто фиаско. Это станет настоящей катастрофой.

Если мне не удастся доказать арендодателю, что нашей вины в этом пожаре нет, мне придётся выплачивать ему огромную компенсацию. Скорее всего, практически полную цену этого здания.

А таких денег у меня нет. Даже при том, что получаю я больше миллиона иен в месяц.

— Кацураги-сан, вам помочь? — спросил меня Купер Уайт.

— Нет! Будьте с пациентом, — попросил я. — Если ситуация выйдет из-под контроля — выводите его из здания. Я постараюсь разобраться сам.

Я пронёсся через половину клиники к кабинету, из которого валил дым. По пути сорвал со стены огнетушитель. Благо я вовремя проверил, что предыдущий арендатор не оставил нам действующие средства противопожарной безопасности. Хорошо, что я позаботился об этом и закупил всё необходимое заранее. Хотя не думал, что мою клинику постигнет такая неудача в столь скором времени.

В кабинете Дайго Рэна загорелся письменный стол. На нём осталось довольно много документов, которые и стали главным очагом возгорания.

Я встал на расстоянии трёх метров от стола, затем сорвал пломбу с огнетушителя, выдернул чеку и нажал рычаг, когда насадка шланга оказалась направлена на пламя.

Через несколько секунд стол обдало пеной. Я не стал мелочиться и дожал до победного, обдав стол ещё несколько раз после того, как пламя потухло.

— Фух… — с облегчением выдохнула Хирано Юрика за моей спиной.

Рядом с ней стояли Рэйсэй Масаши и Рэйсэй Масами.

— Может, стоит пожарных всё-таки вызвать? — предложил хирург.

— Теперь уже нет смысла, — ответил я. — Очаг возгорания затушили. Непонятно только, что вообще здесь загорелось, если учесть, что кабинет был закрыт.

А это — очень хороший вопрос. Розетка находится далеко от стола. Если бы возникли проблемы с проводкой, пламя бы появилось совсем в другом месте. А что могло послужить источником возгорания на столе? Тут даже проводов нет! Мышка и клавиатура беспроводные. А даже если бы у них и были провода, я с трудом могу представить ситуацию, в которой столь простая техника могла стать причиной пожара.

— Рэйсэй-сан, у вас пациенты остались? — поинтересовался я.

— Нет, мы уже закончили, — ответил хирург. — Я планировал заняться электронной отчётностью. С утра было

так много людей, что я даже не все осмотры успел заполнить.

— Вынужден попросить вас подежурить здесь ещё полчаса. С осмотрами, если надо будет, я помогу вам лично, — произнёс я. — Я хочу, чтобы этот кабинет остался нетронутым, пока мы с Купером Уайтом разбираемся с последним больным. Потом я хочу не спеша осмотреть его сам.

Эта ситуация кажется мне чересчур подозрительной. Ведь здесь банально нечему загораться.

— Хорошо, Кацураги-сан, — кивнул Рэйсэй Масаши. — Я посторожу. Заканчивайте свои дела.

Я вернулся в кабинет, где меня до сих пор ожидал Шинидзу Суити.

— Всё в порядке, Кацураги-сан? — настороженно спросил он. — Я слышал, что у вас якобы случился пожар?

— Проблема уже ликвидирована. Не беспокойтесь, здесь безопасно. Давайте лучше вернёмся к обсуждению ваших проблем, — сказал я.

Тем более, у меня уже появился вариант, откуда могла взяться гидрофобия, свойственная в основном исключительно больным с бешенством.

— Я вам вроде уже всё рассказал, Кацураги-сан, — пожал плечами Шинидзу. — Ситуация ужасающая! Я умираю и ничего не могу с этим поделать. Никто не может. Мне кажется, что у меня вот-вот отвалятся руки и ноги. Они точно гниют изнутри. Эта собака занесла какую-то заразу.

— Вирус бешенства не вызывает гниения конечностей, — объяснил ему я. — Да и я не вижу, чтобы у вас были какие-то отклонения в трофике тканей. На мой взгляд, руки и ноги в полном порядке.

— В чём? — нахмурился мужчина.

Иногда так привыкаю говорить врачебными терминами, что забываю — обычные люди не обязаны знать их значений. Хотя в большинстве случаев стараюсь сразу разъяснять.

— Простыми словами, трофика — это совокупность процессов клеточного питания, которые обеспечивают сохранение структуры ткани. Если бы они начали гнить, это было бы заметно даже наощупь.

— А, теперь понял! Но… Но как же вы не понимаете? — удивился он. — Кроме бешенства собака могла передать мне и другие микробы. А дальше всё логично. Они попали в кровь, начался сепсис. Бактерии разлетелись по всем органам, и началось гниение. Я умираю, Кацураги-сан. И судя по всему, даже вы помочь мне не в силах.

Ох, Купер-Купер… Вот это я называю — профдеформация. Во всех заболеваниях видит только инфекции. А нужно было посмотреть на проблему с другой стороны.

Нет здесь никаких намёков на бешенство. Только косвенные — и все они исключительно со слов больного. А пациент может много чего наболтать. Бывают и такие, кто с ходу начинает рассказывать о пережитом туберкулёзе, онкологии, инсульте, инфаркте, а по факту выясняется, что всё это больной придумал сам, поскольку решил, что может сам себе выставлять диагнозы.