Спаситель

Уорд Дж. Р.

– Нет, – сказала Хекс. – Нам больше никто не нужен.

Джон прищурился.

«Черт возьми, я не отпущу тебя одну. И дело даже не в том, что я – связанный мужчина. Если Мёрдер настолько нестабилен, что его выгнали из Братства, и вы не доверяете ему, не позволяете увидеться с женщиной тет–а–тет, с чего ты решила, что тебе безопасно находиться с ним наедине?».

– Она и не будет одна, – вмешался Тор. – Братство будет поблизости в режиме готовности. Одно неловкое движение, и мы рядом.

«Отлично. Тогда я

буду с Братством».

– У нас все хорошо, Джон, – сказал Тор, покачав головой. – У нас все под контролем.

«Еще один на периферии не повредит».

Когда Тор не ответил, Джон посмотрел на Хекс и стал ждать, пока она скажет. Конечно, она бы хотела, чтобы он был там. Конечно, она понимает, как сильно он хотел быть там.

Когда его супруга просто отвернулась к огню, Джон посмотрел на Рофа. Король сидел высоко на троне, глаза скрыты за очками, челюсть сжата – но когда она вообще расслаблялась?

«Я не собираюсь нападать на парня», – показал жестами Джон. – «Если это вас беспокоит. Связанный мужчина или нет, я в состоянии контролировать себя. И даже если он начнет бросаться дерьмом, я справлюсь».

Тор не перевел его слова Королю, и Джон указал на Рофа, топнув ногой. Через мгновение Тор опустил голову и тихо передал разговор мужчине.

Скажи что–нибудь, мысленно попросил Джон Короля. Скажи им, что они должны отпустить меня, потому что я – чертовски хороший боец, это – моя женщина, и я заслуживаю быть там. Пускай это дело Братства, но это касается моей шеллан, а значит и меня тоже.

Когда наступила тишина, кто–то засмеялся в коридоре, а затем раздались голоса, приглушенные, но достаточно отчетливые, чтобы он мог их распознать. Рейдж, это был Рейдж. И он разговаривал с Куином, они наверняка оба спускались по лестнице к Первой трапезе.

Они стали Братьями, пусть и не кровными.

Джон повернулся и направился к двери.

– Джон, – Тор заговорил. – Все дело в Мёрдере. Не в тебе, я клянусь.

Джон не стал отвечать, потому что иначе либо он взбрыкнет из–за того, что его не принимают в Братство, а это мелочно с его стороны, либо признает, что не доверяет своей супруге, что также не сулит ничего хорошего.

Или подождите, был выход номер три: он мог сознаться в желании убить мужчину без веской причины. И значит, он ничем не отличается от Мёрдера, потому что это – безумие в чистом виде.

Выйдя из кабинета, Джон направился в коридор со статуями, минуя греко–римские шедевры, застывшие в разных позах.

Позади него послышались быстрые шаги.

– Джон, пожалуйста…

Когда Хекс взяла его за руку, он вырвался из захвата и обернулся. Подозрение, коварное, как любая болезнь, укоренилось в его сердце, и сейчас расцвело еще ярче, когда Хекс стояла перед ним. Несмотря на то, что ничего в ней или в их отношениях не изменилось, все было по–другому.

Из всех, от кого он ожидал поддержки, Хекс поддержала его меньше всего, и он, кажется, знал, в чем тут дело.

Хекс не хотела, чтобы он шел. Вот почему она ничего не сказала.

– Это не займет много времени, – сказала она. – Мы просто поговорим с женщиной, выясним, сможем ли мы ей помочь. Она ищет своего сына.

Стальной серый взгляд ее глаз, в которые он смотрел

всю жизнь, был тверд, и она, безусловно, казалась искренней в своем благородном желании помочь в этом поиске.

Хороший ход, приплести еще и ребенка, подумал он. Чтобы еще сложнее было сбрасывать со счетов. И чтобы указать на его невменяемый и глупый приступ ревности.

Руки Джона начали двигаться, прежде чем он мог сдержаться.

«Когда ты в последний раз видела Мёрдера?».

– Между ним и мной абсолютно ничего нет.

«Я спросил не об этом».

Она отвела взгляд. Оглянулась.

– Прошлой ночью. Я видела его прошлой ночью.

Джон глубоко вздохнул. – «До или после минета?».

– Слушай, ты уходишь в дебри.

«Я никуда не иду, очевидно же». – Джон сделал шаг назад. – «Занимайся своими делами. Я – последний, кто может приказывать тебе, и я думал, именно поэтому мы хорошо ладили. Но этой ночью? Моя уступчивость делает из меня размазню».

– Ты перегибаешь палку.

«Тот факт, что ты так думаешь, наводит меня на другие мысли. Ты не хочешь, чтобы я пошел с тобой, и ты прячешься за чушью, что #этотолькорадиБратства, чтобы не признаваться в этом. На твоем месте, я бы спросил себя, почему с этим так трудно справиться и почему ты хочешь побыть с ним наедине. Вот такие вопросы у меня сейчас на уме».

– Дело не в тебе.

«Да, это мой гимн в последнее время». – Джон коснулся своей груди. – «Позволь сказать: я считаю, что дело как раз во мне».

– Мёрдер крайне нестабилен и оттого очень опасен…

Джон откинул голову назад и беззвучно рассмеялся. – «Ты действительно пытаешься обставить все так, словно это дерьмо ради моей безопасности? Ты же знаешь, я в состоянии защитить себя. Тебя не может беспокоить наша возможная стычка. Скорее всего, ты не хочешь, чтобы я видел проявление его чувств к тебе, или же ты не хочешь, чтобы я стал свидетелем твоих чувств к нему».

На этот раз, когда он отвернулся, Хекс отпустила его, но он чувствовал ее взгляд между своими лопатками, когда направился в их общую спальню.

Он не ожидал, что ночь начнется именно так. Даже близко.

И впереди еще куча темных часов.

Одному Богу известно, что будет дальше.

Глава 13

Гепатит С. Бактериальная пневмония. Вирусная пневмония. Семь различных видов рака, включая меланому, аденокарциному и нейробластому.

Сара откинулась на футон [42] . Затем отложила ноутбук в сторону и растерла кожу на коленях, нагревшуюся от ноутбука.

42

Футон (яп.) – традиционная японская постельная принадлежность в виде толстого хлопчатобумажного матраца, расстилаемого на ночь для сна и убираемого утром в шкаф.