Спаситель

Лосев Владимир Иванович

— Но мы хотим есть, — сказал Вик. — Если у тебя есть еда, дай нам, тогда мы уйдем.

— Что?! — человек нахмурился. — Это мой дом, и моя еда, уходите сейчас же, или я начну кричать. Майк придвинулся ближе.

— Ты должен нам помочь, — сказал Вик монотонным убеждающим тоном. — Мы не сможем уйти сейчас, мы больны, и мы голодны. Когда мы поедим, мы уйдем, а сейчас у нас просто нет сил, чтобы уйти.

Человек хмурился, вслушиваясь в то, что говорил Вик, и напряженно пытаясь понять смысл. Потом он отошел в

сторону и начала разрывать стену ямы, он вытащил из тайника банку рыбных консервов и бросил её к ногам Вика.

— Вот, ешьте и уходите.

— Нам этого мало, — сказал Майк, отодвигая его в сторону и заглядывая в тайник. Он выбросил оттуда ещё несколько банок тушенки, две пачки макарон и несколько пакетиков какой-то приправы. — Да ты богач.

— Ограбили, — заплакал человек. — Это мой дом, я его сам построил. Рядом много других домов, зачем вы пришли сюда? Вик, морщась от неприятного запаха, осторожно погладил его по плечу.

— Потерпи немного, — сказал он мягко. — Мы уйдем, все уходят, и мы уйдем.

— Все уходят, — повторил человек. — Все ушли, а меня оставили. Я был совсем один, а тут вы пришли в мой дом.

— И мы уйдем, — улыбнулся Майк, но тут же скривился от боли. — Ещё бы мне хотелось, чтобы ты нашел мне какую-нибудь тряпку перевязать грудь, у меня ребра сломаны.

— Забирайте все, — вздохнул человек, он сел, отвернувшись от них к стенке ямы. — Грабители, убийцы, сволочи…

— Мы заберем, ты только скажи, где у тебя тряпки? — сказал Майк. Человек встал, поднял картон в углу, там оказалась яма, набитая одеждой, на ней ещё висели ярлыки с ценой.

— Вот бери, — сказал он, протягивая Майку шелковое женское платье.

— А нож дашь, чтобы разрезать на полоски? — спросил Майк.

— Как я устал от вас, — захныкал человек. — Ну, почему вы не можете просто уйти. Почему вам все надо? Это мой дом…

— Я знаю, ты его сам построил, — сказал хмуро Майк. — Но для того, чтобы я мог перевязать себе грудь, нужно это платье разрезать на полосы.

— Бери нож, — сказал мужчина, вытаскивая из-под старой куртки, в которую он был одет, огромный кухонный тесак. — Бери все, бандит, убийца, сволочь. Майк разрезал тесаком платье на полосы, снял с себя куртку, свитер и рубашку и подошел к Вику.

— Перевяжи, — попросил он. Вик осмотрел его тело. На боку, на плечах и на груди были, уже расплывающиеся кровоподтеки. Он недовольно покачал головой, потом осторожно ощупал ребра Майка.

— Сломанных не чувствую, — сказал он. — Наверно, просто треснули. Это уже не так страшно.

— Да, — согласился Майк. — Это лучше, но ненамного. Все равно болит, да и дышать трудно.

— Сейчас я перевяжу, и станет немного легче, — сказал Вик и аккуратно и туго забинтовал грудь Майка. Тот, скривившись от боли, натянул рубашку и свитер и сел, тяжело дыша на картон.

— Теперь бы поесть,

и я был почти в полном порядке — сказал он. — Только голова болит, должно быть, получил ещё легкое сотрясение мозга. Вик подошел к человеку.

— Ты же готовишь здесь, я знаю, — сказал он мягко. — Покажи мне это место, это твой дом, я не хочу его портить.

Человек недовольно встал и отодвинул картон в другом углу ямы. Там было выкопано в стене ямы что-то вроде очага, и даже лежало немного дров.

— Прости нас за то, что мы пришли в твой дом, — сказал Вик. — Но пойми, у нас не было другого выхода, за нами гнались бандиты. Если бы не спрятались в твоем доме, нас бы убили. Мы постараемся ничего не испортить и уйдем сразу же, как только сможем.

Человек ничего не ответил, с недоуменным выражением лица отошел в сторону и сел, отвернувшись к стене. Вик развел огонь и поставил найденную им у очага кастрюлю, которую человек использовал для приготовления пищи. Майк дремал, прислонившись к глиняной стене ямы.

— Как тебя зовут? — спросил Вик у человека.

— Раньше меня звали Дмитрием, — вздохнул человек. — Но это было раньше, ещё до войны, а теперь меня зовут — эй, ты. Эй ты, подойди сюда. Эй, ты не видел здесь чужих? Эй ты, принеси нам выпить.

— Эй ты, заткнись, — сказал Майк. — Я хочу немного поспать.

— Вот видишь, — грустно улыбнулся человек. — Это мое имя, твой друг его знает.

— Вижу, — кивнул головой Вик. — Меня в том городе, где я до этого жил, звали чокнутым, и мне это тоже не очень нравилось.

— А ты, что, на самом деле, чокнутый? — спросил Дмитрий.

— Все говорят, что это так, — улыбнулся Вик. — А я думаю, что наоборот, все вокруг чокнулись, а я единственный нормальный человек, но так и думают все сумасшедшие. Дмитрий испуганно отодвинулся от Вика.

— Наверно, ты на самом деле, сумасшедший, — сказал он. — Я психов не люблю.

— Значит, мы с тобой не похожи, — вздохнул Вик. — Я к психам отношусь вполне нормально.

— Не похожи, — сказал Дмитрий, ещё немного отодвигаясь от Вика. — Отстань от меня, псих, а то я закричу.

— Если закричишь, я проломлю тебе башку, — сказал спокойно Майк, не открывая глаз. — Этот псих — мой друг.

— Я не буду кричать, — поспешно согласился Дмитрий. — Зачем вы пришли сюда в этот город?

— Мы идем к нему домой, — сказал Вик, кивнув на Майка. — Он живет в далеком сибирском городе, там не было ядерных взрывов, там нет повышенной радиации, там есть власть, и нет бандитов.

— Тогда там хорошо, — сказал Дмитрий. — Но я с вами не пойду. А радиации нет, её придумали ученые, чтобы нас убить.

— Так её нет, или её все-таки придумали? — спросил с улыбкой Вик.

— Здесь её нет, — сказал Дмитрий. — Я думаю, что, если бы она была, то я бы её обязательно почувствовал.