Спец экстра-класса
Шрифт:
– Э-э, – отмахнулся Дядя Федор. – Будет день – будет пища. Нам главное туда добраться, а дальше посмотрим.
«Девятка» высветила своими фарами гряду небольших пологих холмов, буйно заросших степным ковылем. Ревя двигателем, машина юркнула за ближайшую возвышенность.
– Вон, гляди, слева вход в катакомбы, – крикнул Николай.
Виктор увидел промелькнувший черный провал в одном из холмов, примерно с человеческий рост. Сразу же подумал: «Хорошо бы иметь фонарь или факел».
Машина, заехав за холм, похожий на гигантскую макушку великана, остановилась. Дядя Федор взял свой «стечкин», установил в рукоятку проволочный
приклад, а под ствольной коробкой небольшую контурную рукоять, превратив автоматический
– Бегом за мной, – скомандовал Дядя Федор, выбираясь из салона «девятки». —Для начала раззадорим наших чернокожих друзей.
Виктор успел рассовать по карманам три гранаты «РГ-5» в дополнение к пяти снаряженным магазинам и, прижимая «тисс» к груди, побежал следом за своим командиром. Они едва успели добежать до соседнего холма и залечь на вершине. Виктор, раскинув ноги, взял поудобнее автомат на изготовку.
– Ну, Стрелок, встречай гостей. А я ими займусь чуть позже.
На какое-то мгновение две иномарки показались Виктору фашистскими танками, рвущимися к вершине обороняющейся высоты. Он поймал в прорезь прицела угловатую морду шведской «Вольво» и дал короткую очередь.
Тяжелые девятимиллиметровые пули взорвали землю у переднего колеса машины. Следующая очередь точно ударила по фарам, «Вольво» тут же замерла, а из машины во все стороны посыпались боевики. Водитель «Лендкрузера» мгновенно просчитал ситуацию и прикрылся поврежденной «шведкой». Из джипа стали выпрыгивать вооруженные арабы. Стреляя из своих автоматов от живота, они быстро рассыпались полукругом и стали охватывать кольцом холм. Дав несколько прицельных очередей, Виктор откатился в сторону, снова выстрелил, опять откатился… Автомат предательски замолчал, стандартный «валовский» магазин на двадцать патронов был ужасно неудобным. С досадой сплюнув, Савченко вогнал новый магазин.
Начало огневой карусели Дядя Федор упорно игнорировал, давая возможность боевикам приблизиться с его стороны. Двое арабов, заметив брешь в обороне беглеца, крадучись, направились туда. Они уже почти достигли вершины холма, когда по ним в упор ударил «АПС», оба боевика ткнулись головами в сырую землю. Появление новой огневой точки заметили оставшиеся нападающие, и теперь весь огонь сосредоточили по второму стрелку. Николай попытался откатиться в сторону, но землю вокруг рыхлили врезающиеся пули, удачная позиция для засады оказалась западней для него самого.
Сделав несколько шагов в направлении вспышек, Николай рванулся в сторону и тут же почувствовал острую боль в правом плече, пистолет стал вдруг необычайно тяжелым, и он непроизвольно выронил оружие. Матерясь и скрипя зубами, он схватил его левой рукой. Уже ни о какой прицельной стрельбе не могло быть и речи.
Виктор сразу же почувствовал изменение в ходе боя. Откатившись в сторону, он одним большим прыжком приблизился к залегшему в ложбинке Федорову.
– Ты как? – спросил он, расстреляв остаток патронов. Снова заменил магазин, но уже последний.
– Зацепило малехо, – стараясь не морщиться, ответил Николай.
– Отходи к катакомбам, я прикрою.
– Нет уж, дудки. Теперь моя очередь прикрывать. Дай гранату и отходи, – приказал Дядя Федор.
Вытащив из кармана яйцевидной формы гранату, Савченко не спешил ее отдавать.
– Ну, – бывший командир протянул здоровую руку.
– Сейчас ты прикроешь меня, а возле входа я займу позицию и поддержу огнем тебя. Ферштейн? – вкладывая гранату в его ладонь, предложил Виктор.
– Яволь, —усмехнулся Николай. —Только отходи быстрее.
Савченко кубарем скатился к подножию холма, потом вскочил и со всех ног бросился к огромной черной норе. Со всех сторон загрохотали выстрелы, им вяло
Виктор уже достиг подвальной прохлады катакомб. Заскочив внутрь, он прижался к влажной стене, Сделав несколько глубоких вдохов, вскинул автомат и попытался прицелиться. Но не успел, какая-то невидимая сила выбила из его рук оружие, и тут же перед ним, как черт из табакерки, появился огромный черный силуэт. Действуя на уровне подсознания, Виктор ударил его, целясь кулаком туда, где у человека находится горло.
Но противник легко заблокировал его удар и сам его ударил, мощный кулак со скоростью курьерского поезда врезался Виктору в грудь, сбил с ног и зашвырнул на несколько метров в глубь туннеля. Черный силуэт в два прыжка настиг Савченко и рывком оторвал его от земли. Чувствуя на своем горле стальные тиски рук, морпех отчаянно сопротивлялся, пытаясь вырваться. Его руки, лихорадочно бьющие в корпус, то и дело натыкались на висящие гранаты, его противник был ходячей бомбой. Наконец Виктор изловчился и, сложив руки «лодочками», обрушил двойной удар на уши араба.
Вопль оглушенного раскатисто пронесся по туннелю, араб тут же отпустил почти поверженного противника, хватаясь за голову.
Виктор увидел, как в туннель ворвался еще один боевик. Бросившись к своему сопернику, он ухватил одну из гранат, висевших на разгрузочном жилете, и, выдернув чеку, толкнул араба на выход, а сам бросился в глубь катакомб.
…Патроны в «стечкине», несмотря на всю экономию, неожиданно закончились, поменять обойму одной рукой было невозможно. Оставался единственный выход. Николай взял гранату и поднес ее ко рту, но выдернуть чеку зубами не успел. На него навалилось сразу несколько тел, вырвали гранату, завернули руки за спину. Из-за потери крови раненый не мог даже сопротивляться.
– Перевяжите его, – приказал Рыжебородый Ахмат, он был сильно не в духе. Слишком много людей потеряла его группа, и кто-то должен за это ответить.
– Где второй гяур? – спросил он. Мощный взрыв, прозвучавший в катакомбах, заваливший вход, был ему ответом.
Последнее время Фариду Шарипову казалось, что он попал в невидимую паутину трагических обстоятельств. Все началось с программы «Криминал» на одном из каналов, когда он узнал, что милиция задержала киллера, на котором среди множества трупов был и его брат. Восточная кровь закипела, как шампанское, голос разума молчал, вопило желание мести. Не считаясь ни с кем и ни с чем, Фарид решил отомстить за брата и связался с «шерстяным» уголовником Ужом… А дальше поехало. Матерый урка обвил его горло удавкой шантажа, пришлось устраивать ему побег, организовывать выезд в ближайшее зарубежье и обеспечивать его финансовую поддержку, пока он не залечит сломанную (в стычке с киллером) ключицу. Он все выполнил, но гонимый уголовник не мог жить спокойной жизнью и в далеком от Москвы Черномор-ске нашел свою пулю. И должно же это было случиться как раз тогда, когда Фарид Шарипов отправил эмиссара к потенциальному покупателю большой партии противотанковых ракет. В той непонятной перестрелке погиб и эмиссар. Правда, свою миссию он выполнил и с покупателем договорился, успев известить Шаха о заключении сделки. Но осталась другая проблема: собственноручная малява в СИЗО, отправленная Ужу, где она теперь? Если, как обещал «шерстяной», после его смерти записка ушла к законникам, то ему, Шаху, сейчас самое время лечь на дно, если он не хочет, чтобы упаковали глубже дна на два метра. Так мало этого, еще и повисли тяжелым грузом фальшивые доллары, которыми он рассчитался с продавцом и за которые собирался покупать настоящий товар (те же ракеты), чтобы превратить в настоящие доллары. И таким образом провести многоходовую комбинацию по переводу фальшивых банкнот в разряд настоящих, да еще и с определенным процентом.