Спецагент инквизиции

Шелонин Олег Александрович

Миледит благосклонно кивнула головой.

– Я в тебе не ошиблась граф.

В глазах графине де Монсоро заблестели слезы.

– Нет, мы должны держаться вместе, – порывисто сказала она. По щеке заскользила слезинка, прокладывая дорожку сквозь толстый слой белил и румян.

– Вы благородный человек, граф, – подал руку Ванюше герцог, оставляя в его ладони какую-то склянку, – я сделаю все, чтобы наши дамы дожили до утра, а вы делайте свое дело, – и герцог полез целоваться. – Подсыпь его себе в какое-нибудь питье, – еле

слышно шепнул он ему на ухо, – на ночь хватить должно. Ну-с, дамы, – уже более громко сказал герцог, – пошли устраиваться на ночлег.

Черногора пришлось уводить чуть не силой. Проводив их взглядом, Иван решительно подсел к царю.

– А что, Ваше Бессмертие, не принять ли нам по чаре зелена вина перед хорошей дракой?

– Мне можно, – не стал возражать Кощей, – тебе нет.

– Это еще почему?

– Чтоб интересней было. Ты не смотри, что они пьяные, – кивнул Кощей головой на своих подданных, – они хоть и пьяные, но зато их много. А знаешь, сколько трезвых жаждет сорвать куш пятьдесят тысяч золотых? А сколько поставило, что ты не продержишься и часа? А двух? Да ежели ты будешь пьяный тебя вмиг заволтузят. Не надо обижать моих подданных. Они могут обидеться.

– Ни чего вы я смотрю, не понимаете в хорошей драке Ваше Бессмертие, – вздохнул Ванюша, – вот у нас в деревне… мне принадлежащей, – поспешил поправиться Иван, – ежели пол литра первача перед этим делом не выпьешь, никакой развлекаловки не будет. А вот ежели я заблаговременно полведерка на грудь приму, то ребята держитесь. Лучше сразу бегите в свою галерею славы, камеры понадежнее выбирайте да там и замуровывайтесь.

– Да ну? – обрадовался Кощей, – чару застольную сюда! Гномьей водки! Самой лучшей.

Чарочку Ванюше поднесли от души. Она тянула как минимум на литр. Гигант неспешно, смакуя, выдул ее до дна, крякнул.

– А что, Ваше Бессмертие, по вашим правилам не возбраняется жертве немного порезвиться перед охотой?

– Что вы имеете в виду, граф?

– Да вон те господа на меня слишком косо смотрят, – кивнул Иван в сторону шепчущихся оборотней и вампиров, – можно я до полуночи с ними где-нибудь в укромном месте, о жизни потолкую, – юноша мечтательно постучал кулаком правой руки по раскрытой ладони левой.

– Вообще-то это не по правилам… с их стороны, – задумался Кощей, – но в таком случае, если они вас… э-э-э… немножко убьют, то призовой фонд пойдет в пользу государства, то есть мне родному. Действуйте молодой человек, благословляю. Только чтобы не вводить в искушение остальных, сделайте это где-нибудь в уединенном месте. Тут рядом с моим дворцом есть прекрасный парк…

* * *

В качестве апартаментов для Зилантийской миссии была выбрана анфилада из трех комнат на третьем этаже, имеющая лишь один общий выход в коридор. Как выяснилось, мажордом определил их сюда не случайно. Он встретил поредевшее посольство у порога, поклонился с подобострастной

улыбкой, и сообщил:

– Я все приготовил, уважаемые дамы и господа. Извольте взглянуть.

За порогом их ждал сюрприз. На полу первой комнаты лежала груда кирпичей, стояла бадейка с только что замешанным раствором, и пять мастерков.

– Раствор быстро схватывающийся, – обрадовал их мажордом, – рекомендую поторопиться. До полуночи всего полчаса.

– С чего такая благосклонность? – хмыкнула Миледит.

– Очень хочу надеяться, что вы продержитесь до трех часов. Я на вас поставил почти по максимуму.

Как только мажордом удалился, все кроме Черногора дружно схватились за мастерки.

– А как же Ива…мой муж?

Алькапончик, Миледит и герцог, не обращая внимания на причитания оборотня, начали торопливо замуровываться. Кладка получилась добротная – в три кирпича, и сделана была с такой скоростью, которой позавидовали бы профессиональные каменщики. Мажордом не обманул. Раствор схватывался моментально. Как только работа была закончена, герцог повернулся к оборотню.

– Вы должны гордиться своим мужем мадам. И не расстраивайтесь так сильно. Что для такого богатыря какая-то жалкая кучка монстров?

– Кучка? – взбеленилась графиня де Монсоро, – да на него сейчас чуть не все царство Кощеево охоту вести начнет!

– Нам о собственной безопасности думать надо, – резко оборвала ее Миледит, – охоту не только на графа, но и на нас ведут!

Гул, вопли и грохот за стеной подтвердил ее слова. Наступила полночь. Что-то грохнуло в свежую кладку. Миледит вздрогнула и начала плести сеть заклинаний. От внимания герцога это не укрылось. Алькапончик побелел, и схватился за живот.

– Вы не знаете где здесь туалет? – слабым голосом спросил он, и не дождавшись ответа, уполз в соседнюю комнату.

Оставшиеся напряженно прислушивались к звукам битвы кипевшей за стеной.

– Куда!!? – рычал там кто-то, – они должны до трех часов продержаться!

– До часу!

– Это они графа? – дрожащим голосом спросила графиня де Монсоро.

– Нет, друг друга, – удовлетворенно ответил герцог, – на это я и рассчитывал.

Внезапно из коридора раздался голос Ванюши.

– Ага, твари! Попробуйте удара молодецкого! Куда побежал хвостатый? На! А ты чего крылья растопырил? Да сколько ж вас!!?

Внутрь комнаты с грохотом осыпались кирпичи, и в свежем проломе появилась голова Ивана.

– Слышь, герцог, а для меня здесь местечка не найдется?

– Да! – взвизгнула просто Мария, вцепилась в шевелюру Ванюши, и дернула что есть сил. Тот взвыл нечеловеческим голосом.

– Нет! – завопила Миледит, отпихнула оборотня в сторону, и вытолкнула голову Ивана обратно. Кирпичи сами собой взмыли в воздух, вернулись на старые места и замазались остатками раствора из бадейки.

– Да их же много! – взревел за стеной отчаянный голос Ванюши.