Спиной к стене
Шрифт:
– Пятое. Четыре прошли удачно. Работают очень быстро и, ясное дело, по наводке.
– Согласен. Берут только валюту, рубли их не интересуют. В данном случае мы можем подозревать кого-то из «Крокус-банка» и заболевшего вовремя инкассатора. Круг достаточно узок.
– Извините, Илья Алексеич, но у меня другое мнение, – подал голос подполковник Мякишев.
– Я весь внимание, Сергей Юрьевич. Следователь раздражал подполковника своей подчеркнутой вежливостью, словно издевался над ним, как над учеником.
– Если рассматривать все последние ограбления
– Несколько? – нахмурился генерал.
– Почему бы не продублировать удачно провернутое дело? Хорошие идеи и удачи всегда вызывают зависть конкурентов. И это удобно. Сработать под кого-то и уйти в тень.
– Конечно, – усмехнулся Вербицкий, – ведь первооткрыватели не регистрировали свою идею в конторе по охране авторских прав. Беда в том, что ничего нового никто еще не придумал. Оттого и уголовный кодекс у нас такой тощий. Извините, увлекся. Продолжайте, товарищ Мякишев.
Подполковник слышал – если Вербицкому слова собеседника не нравились, он начинал называть его по фамилии, но тем не менее продолжил:
– Деньги из разных банков везли в одну точку, а именно в Центральное хранилище Главного управления коммерческих банков нашей области. Надежное, неприступное место. Сами банки держат у себя только ту наличность, которая находится в обороте на данный момент.
– Хорошая мысль, – согласился Вербицкий. Значит «крота» надо искать там?
– Это только гипотеза, товарищ старший следователь по особо важным делам. В хранилище знают о доставке денег, но не знают конкретной суммы, маршрута инкассаторов и точного времени доставки. Примером может служить сегодняшняя ситуация. Кто из служащих хранилища мог знать, что бронированные фургоны сокращают путь через проходные дворы, игнорируют утвержденный маршрут и работают как им удобно?
– Ты меня совсем запутал, Мякишев, – сердито проговорил генерал.
– Я просто рассуждаю, Михал Степаныч. Мы приехали сюда вместе около часа назад, я не могу знать больше, чем вы.
Учитывая, что генерал вообще не высказал никакого предположения, подполковник хорошо подколол своего начальника. Вербицкий это оценил и поспешил на помощь, увидев легкое покраснение на лице генерала.
– Мне нравится ход мыслей подполковника, Михал Степаныч. Я возьмусь за это дело сам, пора остановить налеты. Хотел бы просить вас выделить его группу для поиска бандитов.
Генерал надул щеки.
– Нет проблем. Если прокуратура считает нужным, берите кого хотите. Мне важен результат. Но вы должны понимать одно. Если все налеты совершила одна банда, то на сегодняшний день в их кармане собралась сумма, составляющая больше трех с половиной миллионов в твердой валюте.
Генерал козырнул и направился к своей машине.
– Что еще скажешь, Сережа? – Вербицкий с легкостью перешел на «ты», глядя вслед уходящему генералу.
Мякишев не возражал против «Сережи», все лучше, чем «подполковник Мякишев». Тем более что он был ровесником Вербицкого.
– Дело
– Патронов не было?
– Патроны для них не проблема. Одного вида «калаша» хватило. Сейчас они в упор расстреляли инкассаторов. Если автоматы принадлежат посту гаишников, то орудует одна и та же банда.
– Наводчик и есть глава банды, Сережа. Это очень умный, солидный и всеми уважаемый человек. Вряд ли исполнители знают его в лицо или по имени. Выдвигаю предположение, что в каждом налете используют новых отщепенцев. Одноразовый товар. Им дают схему, оружие и вперед. Дело сделал, получай долю, сдай оружие и гуляй.
– Гуляют. Где-нибудь на городской свалке. Вербицкий глянул на Сергея:
– Ты читаешь мои мысли.
– Они слишком прозрачны, вы же со мной в поддавки играете, Илья Алексеич.
– Хорошо, не буду.
– С чего начнем?
– С трупов, которые, как ни странно, умеют разговаривать. Первое ограбление совершено в сентябре. Сегодня на дворе март. Меня интересует, сколько бандитских разборок произошло за это время, кого убили, кто уцелел, кого задержали.
– Искать трупы на свалках не будем? – спросил подполковник.
– Нет, конечно. Они всегда вызывают вопросы, а бандитская разборка не вызывает, там все ясно. Как теперь модно говорить: «Не поделили сфер влияния» – тема закрыта. Вот почему боссу выгодно нанимать отморозков. Они делают свое дело, а потом подыхают на стрелках. Одно мне в этой схеме не нравится: им приходится отдавать долю. Проще не отдавать, но тогда их надо убирать сразу.
– Скажите, Илья Алексеич, почему так называемый босс должен быть чистым и пушистым? Почему не старым опытным волчарой, вором в законе?
– Тут все просто, Сережа. Три миллиона евро – серьезные деньги. Они не предназначены на карманные расходы и гулянки на малине. Их надо отмыть и пустить в дело, а не разбрасывать по кабакам. И в общак валюту не откладывают. На кутеже они давно попались бы. Но за последние полгода в автосалонах не продали ни одного достойного автомобиля, не купили ни одного загородного особняка за серьезные деньги. Мутная водичка отстаивается, и никто ее не тревожит.
– Но здесь не пуп земли. Их можно переслать в Москву, Питер. Там найдут им применение.
– Кто перешлет? Вор в законе? Да они матери собственной не доверяют. Среди воровской братии нет солидарности. О «понятиях» все давно забыли, беспредел правит бал. Увидимся вечером в конторе. Попроси ребят, пусть сгоняют в больницу – меня беспокоит судьба майора Гордеева. У него же жена на сносях. Как она выдержит такую новость.
– Я сам к нему поеду. Антон – лучший опер в моем отделе. Мужик он сильный, выкарабкается.