Спираль

Судзуки Кодзи

ATG GAA GAA GAA TAT CGT ТАТ АТТ ССТ ССТ ССТ САА САА САА

Через пять строчек от этой была еще одна выделенная маркером группа букв. Андо, переводя взгляд со строчки на строчку, сравнивал выделенные отрезки.

Они были идентичны. На крошечном отрезке, где не было даже и тысячи нуклеотидов, обнаружились две абсолютно одинаковые последовательности.

Андо поднял глаза от распечатки взглянул на Нэмото.

–

Где бы мы ее не резали – везде вылезает эта цепочка.

– А сколько их там?

– Кого, нуклеотидов?

– Ну да.

– Сорок два.

– Сорок два... Это значит четырнадцать троек. Не так уж и много.

Ниже приводится список используемых аббревиатур (всего 20 наименований):

Phe фенилаланин

His гистидин

Leu лейцин

Gin глутамин

Не изолейцин

Asn аспарагин

Met метионин

Lys лизин

Val валин

Ser Серин

Asp аспарагиновая кислота

Glu глутаминовая кислота

Pro пролин

Cys цистеин

Thr треонин

Thp триптофан

Ala аланин

Arg аргинин

Tyr тирозик

Gly глицин

* * *

Мияшта перебил его:

– Понимаешь, эта в целом ничего нам не говорящая комбинация была найдена только в крови у Такаямы. У двух других жертв ничего похожего мы не обнаружили. – Мияшта беспомощно взмахнул руками.

Что же получается? Это как если бы...

Андо задумался, подыскивая хороший пример. – Это как если бы у трех человек, один из которых Рюдзи Такаяма, нашли «Короля Лира» Шекспира – у каждого по книжке. Но при этом оказалось бы, что только в той книжке, которая находилась у Рюдзи, между строчек добавочно многократно вписан какой-то бессмысленный набор букв.

Сорок два нуклеотида, объединенных в аминокислотные тройки. Значит, если взять каждую аминокислоту за букву, получится всего лишь четырнадцать букв. И эта строчка из четырнадцати букв появляется то там, то здесь, через разные интервалы, но обязательно на каждой странице. И если знать, что эта книжка действительно «Король Лир», то можно без труда найти добавленные отрывки и отметить их ярким маркером.

– Так что ты по этому поводу думаешь? – было видно, что Мияште не терпится услышать ответ Андо. Как и полагается настоящему ученому, сталкиваясь с трудноразрешимой задачей, он каждый раз приходил в возбуждение.

– Что я думаю? С такими начальными условиями особо ничего не придумаешь.

Воцарилось неловкое молчание. Андо продолжал держать копию в руках, испытывая при этом легкий когнитивный диссонанс. Какая-то неясная мысль вертелась у него в голове, но он никак не мог ее сформулировать. Для того чтобы со всем этим разобраться, нужно было сесть и спокойно просмотреть распечатку еще раз. Ему хотелось как следует вникнуть в бессмысленную на первый взгляд последовательность. У него было предчувствие, почти уверенность, что эта закономерность таит в себе какой-то скрытый смысл. Вопрос только какой?

Предположим, эти четырнадцать троек в какой-то момент присоединились к ДНК. Но когда и как? Может

быть, это какой-то особенный вирус? Или может быть, вирус самый обычный, но в Рюдзи он мутировал, и как результат этой мутации то тут, то там стала появляться эта цепочка из сорока двух основ? Возможно ли что-нибудь подобное на самом деле? И если да, то что это может значить?

Молчание затянулось и стало невыносимым. Но сколько голову ни ломай, с налета вряд ли удастся найти решение. Мияшта заговорил первым:

– Кстати, ты ведь, кажется, по делу?

Андо настолько глубоко погрузился в загадку «странных аминокислот», обнаруженных в крови у Такаямы, что совсем забыл, зачем он сюда пришел.

– Ах да, чуть не забыл! – он открыл портфель, достал блокнот и показал Мияште и Нэмото записанное на последней странице название. – Я просто подумал, что, может быть, у кого-то из вас есть компьютер этой модели?

Его собеседники уставились на листок с названием. Это была довольно распространенная модель.

– А что, тебе обязательно нужен точно такой же?

– Ну хотя бы того же производителя, и чтобы он мог считывать файлы в старом ДОСовском формате...

– Твой что, не считывает?

– Ага. У меня новые винды стоят, – и Андо достал из портфеля дискету. – Я просто хочу распечатать материалы с этой дискеты.

– То есть эта штука в ДОСовском формате?

– Похоже, что в ДОСовском.

Нэмото вдруг хлопнул в ладоши, как будто ему в голову пришла удачная мысль.

– Слушай! У меня в лаборатории один врач работает... как его там... Уэда. Он совершенно точно такой машиной пользуется.

– Как ты думаешь, он сможет мне ее ненадолго уступить? – немного стесняясь, спросил Андо. Он никогда не видел Уэду, и ему было неудобно сгонять с места незнакомого человека.

– Думаю, сможет. Он недавно к нам пришел, сразу после университета, – сказал Нэмото, давая понять, что молодой работник сделает для него, умудренного опытом старшего товарища, все что угодно.

– Спасибо.

– Да ладно, пустяки. Давай сходим в лабораторию прямо сейчас. Я думаю, он там.

Андо даже и представить себе не мог, что все так удачно сложится. Ему не терпелось распечатать то, что было записано на дискете.

– Ну что ж, пойдем, – с этими словами Андо положил дискету в карман пиджака, и на прощанье легонько пожав Мияште руку, поспешил вслед за Нэмото.

8

Они шли по сумрачным коридорам медицинского факультета. При каждом шаге Андо белые полы его незастегнутого халата разлетались в разные стороны. Правой рукой он придерживал в кармане пиджака драгоценную дискету. Ни Мияшта, ни Нэмото не спросили его о том, что именно на ней записано. С одной стороны, Андо вовсе не собирался делать из этого секрет. Если бы они хоть сколько-нибудь заинтересовались, он сказал бы правду. Но им даже не пришло в голову спросить его насчет дискеты. А жаль. Знай они, что, возможно, это ключ к разгадке тайны неизвестного вируса, – наверняка оба квазиблизнеца ходили бы сейчас за ним по пятам.