Сплетенье судеб
Шрифт:
От открывающихся перспектив захватывало дух и подгибались лапы. Черныш порывался немедленно мчаться приводить стихийный план в исполнение, и в то же время жутко боялся сделать первый шаг. Он слишком долго скрывался от людей, раскрывшись перед Сантэл во многом благодаря удачному стечению обстоятельств. Было страшно. Не в силах больше сдерживаться, кот выбрался в окно и помчался, не разбирая дороги, по крышам и заборам, перемахивая преграды и пропуская мимо ушей людские крики. Только выскочив на окраину городка и вдоволь повалявшись по одуряюще пахнувшей траве, он слегка успокоился. По дороге ехали телеги везущих на рынок продукты крестьян,
«Если Сантэл не принесет в клювике серьезных новостей, сегодня же поговорю с Накаром. Я достаточно ждал, готовился, сейчас пришло время действовать. В крайнем случае – сбегу, задержать меня они не успеют. Сантэл искренне считает меня мелким боженькой, так что ей ничего серьезного не грозит. Ну, помурыжат немного на допросах, не более. Кстати, кем представиться Накару? Маска посланца Хозяина Низа в разговоре с магом может не прокатить…»
Появление крупных денег не только вызвало строительство новых складов для товара, зданий, конюшен, роста закупок овощей и другой еды у окрестных крестьян. В городе возник, впервые за долгое время, дефицит рабочих рук. И если с нехваткой чернорабочих как-то справлялись, нанимая тех же крестьян или уговорив офицеров расквартированной сотни подкинуть солдатиков, то людей грамотных ощутимо не хватало. Как результат, хорошие приказчики ценились на вес золота.
Сманивать помощников у Бирона сейчас другие купцы не решались, но тот на всякий случай приказал повысить работникам оплату. Да еще и обещал ближайшим подчиненным премии разного рода, типа помощи в обустройстве личного постоялого двора или просто крупную сумму «поощрения». Незаметно для себя ставший кем-то вроде консультанта по вопросам общения с высшим светом Накарриаль тоже удостоился милости торговца, которую принял со скрытой ухмылкой. Нет, он, безусловно, нуждался в деньгах… но связывать свое будущее с этим захолустьем не собирался. Он не Юрган, всегда тяготившийся столичной жизнью. Срок наказания скоро закончится, печать снимут, частичное членство в Гильдии будет восстановлено, и он перестанет быть приказчиком Накаром, а займет привычное с рождения место практикующего мага.
Если, конечно же, печать действительно снимут.
Хорошее настроение не портила даже усталость от прошедшего дня, все-таки обязанностей стало намного больше. Впрочем, от доброй работы и усталость добрая. Кроме того, сегодня красавица Нетея как бы между прочим пожаловалась на уехавшего по делам благоверного, оставившего ее без мужской помощи по дому, и пригласила заходить, что трудно истолковать двояко. Единственным темным пятном, омрачавшим приятный во всех отношениях день, были воспоминания о вчерашней ночи.
Ну не мог он иначе, не мог! Юрган прав – тот обряд связал их намертво. И раз другие Читающие казнены, то их пути, его и Версании, неизбежно пересекутся. В том, что они встретились в самой глубокой дыре королевства, есть определенная закономерность, даже можно сказать, предначертанность. За все надо платить, и в магии, и просто по жизни, тем более – за совершенные некогда ошибки. Причем, то решение Накарриаль принял сам, никто его на веревке не тащил. Сам выбрал.
Зато не казнили.
Короче говоря, Нифлосу он отказать не посмел. Мало ли, как отреагируют хранители клятвы, почуяв нарушение добровольно возложенного на себя долга? Это ж не боги, они
От сидевшего на столе кота настолько явно тянуло неприятностями, что бывший маг, а ныне перспективный купеческий помощник, на мгновение испытал позыв сбежать. Даже на дверь, еще не до конца закрытую, покосился. Однако невыразительная морда облаченного в черный мех существа сразу приняла глумливое выражение, от вида которого Накар взбодрился и решительно уселся на кровать. Больше некуда – не дворянский дом, мебели минимум.
Действительно, не пора ли объясниться?
— И долго ты будешь молчать? – спустя несколько долгих, наполненных взаимным разглядыванием минут не выдержал Накар.
— Что происходит с Версанией и какой обряд вы вчера проводили?
Мужчина ожидал чего-то подобного, но все равно вздрогнул. Одно дело – когда ты разговариваешь с котом, и совсем другое, если кот говорит с тобой. Тут, знаете ли, разные объяснения есть, и большинство из них тебе не понравятся. Однако воспитание и профессиональные навыки позволили ему быстро прийти в себя.
— С какой стати я должен тебе рассказывать!? И вообще – ты кто такой?
— С такой, – мягко заметил кот, выпустив когти и нехорошо поглядывая Накару на горло – что ваша пьющая силу подружка вчера чуть не переродилась. Мне потребовалось несколько часов, чтобы вернуть ее душу в тело.
Опальный маг резко выдохнул.
— То есть как?
— Да вот так! – с чисто кошачьим презрением фыркнуло существо. – Если бы я ее не вытащил, уже сегодня она превратилось бы в нечто страшное. Дилетанты. Нууу?
Это «нууу», выданное с чрезвычайно многообещающими интонациями, добило самоконтроль чародея, и тот принялся рассказывать. Не все, разумеется. Некоторые вещи он родной матушке, вот уже пятьдесят два года как покойнице, не поведал бы – чего уж говорить о какой-то непонятной зверушке? Тем не менее, узнал Черныш больше, чем мог рассчитывать при других обстоятельствах.
Все началось с Дапа Проклинаемого и Ордена Верных Слуг Трехкрылого. Гениальный чародей, ненавидящий свой дар, и фанатичные последователи молодого культа объединили свои усилия в борьбе с «демонической язвой на душе мира», создав величайшее по силе заклинание, ныне называемое магической чумой. Сплав человеческой магии и божественного вмешательства, поддержанный гекатомбой из трех тысяч добровольных жертв, принес свои плоды – отныне почти все маленькие маги умирали в течение нескольких часов после рождения.
Естественно, изменения многим пришлись не по вкусу. В первую очередь – самим чародеям. Однако предпринятые Гильдиями меры не дали результата, равно как и обращения за помощью к жрецам различных божеств, и аркан продолжал действовать. Постепенно старые маги умирали, новых было мало, численный состав служащих светским правителям Гильдий сокращался. Нет, безусловно, короли и князья радовались существенному снижению влияния таких весьма специфических подданных, но только до определенного предела. Без обеспечиваемого колдунами уровня комфорта и предоставляемых ими услуг жить и править становилось как-то неуютно. Как следствие, ресурсы для различного рода экспериментов и опытов, направленных на изучение и ликвидацию Проклятия, превратились в важнейшую статью расходов многих государств.