Спорщик
Шрифт:
– Проспект Ленина, дом сорок восемь.
– Руся, записывай, – попросил я и повторил адрес. – Подъезд?
– Третий, – ответила девушка.
– Приеду в семь. Норм?
– Ага.
– Смотри, опоздаешь – сама виновата.
Лена хмыкнула и уткнулась в мольберт. Вернувшись к телефону, я вышел на лестницу.
– Во что ты там опять ввязался? – спросил Руслан.
– Борюсь со своей социопатией, – весело ответил я.
– У тебя нет социопатии, – возразил голос из телефона.
– Значит, просто профилактика.
Аверин вздохнул и тихонько чертыхнулся.
– Я машину взял на прокат. Возвращайся, поедем в банк.
Следующие несколько часов мне пришлось
Еле дождавшись вечера, я оставил своего агента в отеле за просмотром футбольного матча и ровно в семь приехал по записанному адресу. Как там говорят? Девушке простительно опоздать на пятнадцать минут? Я заранее договорился сам с собой, что именно столько и подожду, ни секундой дольше, но этого не потребовалось. Едва мой, взятый на прокат, серебристый Порше Кайен подкатил к третьему подъезду слегка пошарпанного панельного дома, как из него вышла стройная симпатичная девушка в чёрном тренче и туфлях на шпильке. Я опустил стекло.
– Привет! Садись.
Лена села на пассажирское и окинула оценивающим взглядом мой дорогой синий костюм.
– Я смотрю, в цирке неплохо платят?
– Я бы даже сказал – хорошо.
Обольстительно улыбнувшись, я нажал на педаль газа.
Ужин прошёл просто чудесно. Лена оказалась начитанным, интересным собеседником с прекрасным чувством юмора. При этом сейчас её внешность произвела на меня куда более сильное впечатление, чем днём при знакомстве. Она даже выглядела старше, хотя, возможно, всё дело было в одежде и макияже. Я так воодушевился, что даже собрался напроситься к ней на ночь, но она, конечно же, меня отшила, позволив лишь поцеловать на прощание. Хм, ну, ладно. И не таких обхаживали. Решив впечатлить её по полной, я пригласил её на пари, за что получил потом тычков от Аверина.
– Ты сбрендил, Димас?
– Другие же ходят с группой поддержки, – пытался защищаться я.
– Другие здесь живут, а ты уедешь через полгода.
Я упрямо насупился.
– Ладно, – со вздохом согласился Руслан. – Но только не свети её рядом с собой, чтобы девчонку не донимали потом всякие отморозки, пытаясь выколотить деньжат.
– Да понял я.
Я уже и сам допёр, что Лена может попасть в какую-нибудь нехорошую историю из-за меня, но моё упрямство не позволяло мне дать заднюю.
– Ты такой кретин иногда, – скрипнул зубами Руслан. – Хочешь развлечься – вызови шлюху. Нет, тебе во что бы то ни стало нужно добиться своего.
На этом и разошлись. Ну, что тут скажешь. Руся, как всегда, прав.
Первое пари в этом городе было совершенно неинтересным и скучным до оскомины на зубах. Я в таких сто раз участвовал. Видимо, страх высоты является одной из самых значительных человеческих фобий. Взглянув на своего соперника, я решил, что он либо акробат, либо гимнаст. Такой юркий, жилистый и самоуверенный паренёк. Да только висеть под куполом на страховке – это одно дело, а стоять над пропастью без каких-либо дополнительных приспособлений – совсем другая история. Я усмехнулся про себя, а затем нашёл глазами свою гостью. Лена с интересом разглядывала верёвочный мост, перекинутый между двумя высокими производственными зданиями заброшенного мукомольного завода. Она гармонично вписалась в толпу зрителей, не слишком акцентируя внимание на моей персоне. Молодец! Если бы я не знал, что она пришла из-за меня, ни за что бы не догадался.
Наконец, пари началось. Мы подошли к краю крыши и по команде пошли вперёд.
– Ты что делаешь, идиот?!
– Шоу, – ответил я, теперь качнув мост в другую сторону.
– Прекрати! – взвизгнул парень.
Его зрачки расширились, а кадык так и ходил туда-сюда. Гимнаст был в ужасе. Я принялся раскачивать мост ещё больше. Парень присел, судорожно вцепившись в верёвки, и в один прекрасный момент его нога соскользнула и провалилась между дощечками.
– Хватит! Хватит! Снимите меня отсюда! Снимите!
Гимнаст верещал не переставая. Его лицо исказилось, а по щекам потекли слёзы. Господи Иисусе! Зачем ты вообще полез в это пари, чучело? Может, он и не акробат вовсе? Я перестал трясти эту хлипкую конструкцию и ощутил что-то похожее на жалость. Пари было закончено. Подойдя к сопернику, я попытался его поднять, чтобы проводить на крышу, но оторвать его от ограждения не смог. Никакие уговоры и увещевания не помогли. В конце концов организаторам пришлось задействовать вертолёт и снимать этого чудика силами спасателей. Я своим ходом покинул мост, тут же попав в ласковые объятья своего агента.
– Два миллиона, не считая ставок, – радостно шепнул мне на ухо Руслан, при этом энергично увлекая меня прочь. – Уходим, наверняка, сюда уже едет полиция.
– А где Лена? – спросил я.
– В машине.
Мы быстро получили у букмекера пухлую чёрную сумку и направились к выходу.
– Эй, парень, а ты хорош! – с ухмылкой окликнул меня толстый мужик в расстёгнутом дольче-габбановском пиджаке и с огромным золотым перстнем на безымянном пальце. – Посмотрю на тебя в следующей игре.
Я шутливо отдал ему честь.
Мы загрузились в машину. Лена выглядела задумчивой и растерянной одновременно.
– Это твоя работа, Дима?
– Можно и так сказать.
– И давно?
– Давно.
– Понятно, – она вздохнула и словно маленькая обиженная девочка поджала губы.
Моя радость немного угасла. Всё-то ей понятно! Тоже мне отличница нашлась! Но Лена больше не затрагивала эту тему и подшучивать надо мной тоже перестала. Мало того, она осталась у меня. Не знаю почему. Наверное, из жалости. Меня постоянно преследовало ощущение, что она считает меня каким-то убогим.
После мы просто лежали, и её голова покоилась у меня на плече.
– Ты совсем-совсем не чувствуешь страх? Ни капельки? – переспросила она, выслушав мой рассказ.
– Ни капельки, – подтвердил я.
– Ни страха потери, ни страха смерти?
– Никакого страха.
Она приподнялась на локте и, посмотрев мне в глаза, твёрдо сказала:
– Ты – мошенник, Дима.
– Почему это? – оторопело спросил я.
– Ты заведомо знаешь, что победишь и при этом ещё и набиваешь ставки. Ты играешь нечестно. Каким бы смелым ни был твой соперник, его проигрыш – это лишь вопрос времени. Ты обманом присваиваешь их деньги.