Спрут
Шрифт:
Встал. Взял чемодан и принялся укладывать вещи. Потом передумал. Пошагал взад-вперед по комнате, не зная, какое принять решение. Наконец схватил телефонную трубку и набрал номер Ферретти.
— Я хотел бы отложить нашу встречу в воскресенье, — сказал Каттани.
Ферретти не мог скрыть досады.
— Почему вдруг? — Он испугался, что Каттани передумал и отказывается от сотрудничества.
— Мне нужно уехать, — неопределенно ответил Каттани.
— В таком случае давайте встретимся раньше.
— Нет... — Каттани замялся. — Я думаю,
— Как это понимать? Извините, а когда вы возвратитесь? Ведь в понедельник вы должны приступить к работе у Каннито.
Каттани сделал вид, что не расслышал последних слов.
Ферретти не на шутку встревожился.
— Что-нибудь произошло? — Но собеседник вновь промолчал. — Вы уверены, что вам не нужно мне что-то сообщить?
— Да, — ответил Каттани. — Я должен вам кое-что сказать. — Голос у него дрожал от гнева. — Что вы делаете, зачем вы вступаете в Ассоциацию Лаудео? Вы сошли с ума? Или ведете двойную игру?
Ферретти отвечал еще тише, чем говорил до того. Почти шепотом он произнес:
— Нам нужно на минутку увидеться. Я должен вам объяснить...
— Это ни к чему.
— Нет, напротив, это очень важно. Мы с вами должны поговорить до вашего отъезда.
— Вы что, собираетесь задержать меня? Лучше не пытайтесь.
— Да вы понимаете, что говорите? Не забывайте, что против этих людей вы не найдете никакого другого союзника, кроме меня. Алло!
Но Каттани уже дал отбой.
Ферретти задумался. Складывалась новая ситуация, и в ней надо было разобраться. Он поднял треугольную белую трубку, нажал кнопку и произнес:
— Тоньоли, зайдите ко мне, я хочу дать вам одно важное поручение.
Каттани услыхал, как кто-то трижды легонько постучал к нему в дверь, и пошел открывать. В номер стремительно вошла Ольга. Вид у нее был радостно-возбужденный, глаза сверкали. Она нежно прижалась спрятав голову у него на груди. Потом, не снимая рук с его плеч, спросила:
— Не ждал меня?
— Сказать по правде, нет. — Холодный тон Каттани звучал неприятным контрастом с ее радостным, взволнованным голосом. Ольга удивленно умолкла. Потом увидела раскрытый чемодан.
— Тебе надо уезжать? — спросила она, боясь услышать в ответ «да».
— У меня поезд в полночь, — ответил он, освобождаясь от ее объятий.
— Ох, извини. — Все воодушевление Ольги в момент испарилось. — Я пришла не вовремя.
— Да нет, — ответил он безучастно. — Я рад тебя видеть. — Протянув руку, ласково, но как-то неуверенно погладил ее по щеке. — Но с чего это ты так неожиданно приехала в Рим?
— Соскучилась по тебе. Почему бы не сделать ему маленький сюрприз, подумала я. И вот я здесь!
Она взяла его руку и крепко сжала в своих, словно желая передать потаенное, исполненное любви послание. Но он по-прежнему оставался холоден, мысли его витали где-то далеко. Он казался настолько чужим, что она не смогла сдержать огорченного вздоха.
— Ну что ж, я предполагала
— Нет, погоди... — явно лишь из вежливости попытался он задержать ее.
Она покачала головой.
— Нет, я пойду. Кончен бал, погасли свечи... — Прошу тебя... — пробормотал он.
— Что — уйти? — с горечью спросила Ольга. — Да-да, ухожу и прошу прощения за беспокойство.
— Постарайся понять...
— Что понять? Что я тебе мешаю? Я это и так вижу.
Каттани приблизился к ней, в искреннем порыве схватил за плечи.
— Ты просто пришла в очень трудную для меня минуту. Вот и все.
— Но я здесь, чтобы делить с тобой не только твои радости, но и огорчения. — Ольга закурила и яростно затянулась. Выпустила дым, вновь глубоко затянулась и запальчиво продолжала: — А ты меня отталкиваешь. Словно я тебе противна, словно я совершенно чужой, незнакомый человек. А что, в сущности, я у тебя прошу? Да ничего! Только быть рядом, когда выпадет случай, когда представится возможность. Мне и этого достаточно. Но если ты отказываешься даже от этих редких встреч, тогда не о чем говорить.
Не ожидая ответа, она открыла дверь и скользнула в лифт. После минутной растерянности Каттани набросил пиджак и побежал вдогонку. Он настиг ее уже на улице, когда Ольга останавливала такси.
— Ну что тебе еще? — ледяным тоном спросила Ольга.
— Не уходи так Я хочу, чтобы ты поняла...
— Понимаю, понимаю. — Теперь она надела на себя маску деловой женщины — крупной предпринимательницы, не привыкшей терять время на пустые сентименты. — Будем надеяться, что в следующий раз получится удачнее.
Она нырнула в такси.
«Отсюда мы держим под своим контролем всю страну»
Мужчина был молод и хорошо одет. Руки в карманах, он рассеянно рассматривал витрину. Время от времени чуть поворачивал голову и бросал взгляд в сторону Каттани, который, застыв на панели, смотрел вслед свернувшему на бульвар такси, увозившему от него Ольгу.
Каттани медленно побрел по тротуару. Какой-то прохожий налетел на него, так сильно толкнув, что Каттани споткнулся и с проклятием поглядел ему вслед.
Хорошо одетый юноша не спеша шел по противоположной стороне и то и дело поглядывал на него. Он увидел, как Каттани остановился перед обшарпанной дверью «пианино-бара». Видимо, он колебался, входить или нет, потом толкнул дверь.
Юноша, стараясь оставаться незамеченным, вошел вслед за ним. В синеватом полумраке вырисовывались небольшие кресла и низкие столики, тускло освещенные свисающими с потолка лампами в конических абажурах. Откуда-то доносились негромкие, томные звуки рояля.
Каттани тяжело опустился в одно из кресел. Заказал джин с тоником. Из глубины бара вышла и с вызывающим видом присела к его столику какая-то девица.