Спускаясь к тебе

Лейтон Мишель

Тряхнув головой, возвращаюсь к вещам более важным. Типа кто провел часть прошлой ночи, щекоча мне яичники.

Размышляя об этом, прихожу к выводу: больше всего меня беспокоит, что этим утром ни один из братьев не проявляет любовных чувств ко мне достаточно явно, чтобы точно определить виновника. Это меня печалит?

О мой бог! Я совсем потеряла сноровку? Я что, вдруг стала плоха в постели?

Кэш откашливается, напоминая, что ждет моего ответа.

– Ох, ух, знаешь, я сделаю все, что смогу, чтобы отплатить

тебе, но это зависит от того, в какой день. Я не могу сильно задерживаться где-то…

– О, ты не будешь задерживаться допоздна. Я бы хотел, чтоб ты посмотрела на один бухгалтерский проект. Только прошу тебя, не делай кичку и не обувай ортопедическую обувь.

Я смеюсь. Ну и картинка!

– Отлично. Думаю, я могу использовать свою числовую магию и без атрибутов профессии.

– Не сомневаюсь, ты сможешь, – рассеянно отвечает Кэш. – А перед этим тебе все-таки нужно доехать до колледжа.

– Ну да. – Об этом я даже не подумала. Эти парни действительно закрутили мне мозги. – Думаю, я смогу.

– Дай мне десять минут, я приеду и заберу тебя.

Мозг наконец включается, и я начинаю рассуждать как здравомыслящий человек. Если Кэш отвезет меня в колледж, я не смогу попасть домой никаким другим способом, кроме как на такси, а это будет дороговато, учитывая, что мне придется вызывать машину и в выходные, чтобы доехать на работу и с работы, пока не будет починена моя старушка.

– Знаешь, я, пожалуй, пропущу сегодня занятия. Тем более что серьезных лекций нет. Так что и грузить тебя своими проблемами мне не придется, и без того уже хватило.

– Ничем ты меня не грузишь. Я не против.

– Я бы все-таки предпочла не беспокоить тебя. Лучше увидимся вечером.

– Одевайся. И будь готова. Жди меня через десять минут.

С этими словами он вешает трубку, не оставляя мне выбора.

Почти ровно через десять минут я слышу глухой рокот мотоцикла Кэша. Чувствую его всем нутром, будто этот звук вдыхает в мое тело возбуждение очень близким к физическому способом. Стараюсь как могу держаться от Кэша на расстоянии и ясно понимаю, что до добра меня эта история не доведет.

А хуже всего то, что я, кажется, не хочу останавливаться.

Я не жду, пока Кэш войдет, а выхожу ему навстречу, аккуратно закрывая за собой дверь.

Кэш восседает на мотоцикле, блестящем черным лаком и хромированными деталями. Джинсы – для разнообразия синие – плотно обтягивают бедра, а чисто-белая футболка уютно облегает грудь. Темно-русые волосы растрепаны, как обычно; у меня прямо руки чешутся закопаться в них всей пятерней. Но дыхание у меня перехватывает именно от лица. Он прекраснее любого парня, которого я встречала в жизни, к тому же сегодня в его глазах и улыбке есть нечто такое, отчего, кажется, воздух между нами воспламеняется.

И хотя мне известен риск, но я хочу броситься в это пламя сломя голову.

22

Кэш

У

нее такое выражение лица, что я чувствую себя вкусным блюдом. И если бы я им был, то, конечно, это было бы призовое блюдо. Хотя я все еще в нетерпении, но в то же время спокоен. Я решил, что рано или поздно она уступит. Знаю, она не сможет слишком долго противиться тому, что происходит между нами. Такое сильное влечение.

И искушение.

– Ты так на меня смотришь, как будто готовишься к большому сюрпризу, когда сядешь на мотоцикл, – говорю я Оливии.

– К большому сюрпризу? – переспрашивает она, и уголки ее рта раздвигаются в озорной улыбке. – Ты имеешь в виду нечто большее, чем «Тик-так»?

Мне нравится ее юмор. Такой скромный, как она сама, и прорывается наружу в самые неожиданные моменты.

Я улыбаюсь и протягиваю к ней руку:

– Тогда иди сюда и позволь мне освежить твое дыхание.

Она смеется. И, как обычно, мне хочется немедленно сделать еще что-нибудь, чтобы она снова захохотала. Она слишком много думает, беспокоится. Я не знаю, о чем, но тем не менее вижу это. Хочется поднять ей настроение и подарить столько беззаботных минут, сколько смогу.

Беззаботных и сладострастных.

Я подавляю стон.

Она вкладывает пальчики в мою руку и опирается на нее, усаживаясь сзади. Не оборачиваясь, передаю ей шлем. Наблюдаю в боковое зеркало, как она надевает шлем на голову. Есть что-то очень сексуальное в Оливии, когда она в шлеме. Может быть, это вызывает в голове картинку: она в облегающем костюме из черной кожи, сидя на моем мотоцикле, наклоняется вперед, а я – сзади и держу руки на ее бедрах…

Скрежещу зубами. Черт бы ее побрал вместе с этим пышным телом!

Запускаю руки назад, обхватываю ее за коленки и пододвигаю вперед. Я скорее ощущаю, чем слышу, как она хватает ртом воздух, когда ее согнутые ноги обхватывают мои бедра, а грудь прилепляется к спине.

Чувствую себя удовлетворенным: теперь она, вероятно, так же настроена на меня, как я на нее, но тут она повышает ставки – обвивает руками мою талию и кладет руки на самый низ живота, прямо над пряжкой ремня. Прямо над тем, что скоро затвердеет, если она не будет осторожной. Я делаю глубокий вдох, завожу мотор и быстро отъезжаю от бордюра.

Я не могу везти ее в колледж слишком быстро.

Когда мы въезжаем в кампус, она показывает на дорожки и предупреждает о поворотах, которые нужно сделать, чтобы попасть туда, куда ей нужно. И вот мы на месте. Я притормаживаю у тротуара и ставлю ногу на землю; мотоцикл не упадет, пока Оливия слезает. Она встает лицом ко мне, чтобы снять шлем. Снимает, встряхивает волосами. Это похоже на рекламный ролик про какой-нибудь шампунь. Я не сомневаюсь: Оливия понятия не имеет, как она сексуальна. Но она сексуальна. Еще как!