Спящий (Одержимый - 2)

Мещанкин Николай

А еще через час на дорогу на Юг в мрачном молчании свернула, нахлестывая коней, группа всадников, возглавляемая бледным молодым человеком с лихорадочно блестевшими глазами.

Фирреа налил в стакан вина из полупустой бутылки, залпом выпил, не чувствуя вкуса. Проклятые монахи! Что же они не чешутся, ничего не делают? Или он их недостаточно ясно предупредил?

Фирреа снова плеснул себе вина, покрутил бардовую жидкость в стакане. Да нет, все будет хорошо. Все должно быть хорошо, Боги их раздери! Фирреа с наслаждением запустил

бутылкой в угол, улыбнулся звону осколков. Епископ обещал! Ничего, что доклад аббата пошел в трибунал, и сегодня его уже вызывали на первый допрос, ничего. Епископ обещал закрыть дело, обещал вытащить его из этой неприятности, и, значит, так и будет, не может быть иначе! Ведь они же понимают, что у него имеется на них, что будет, если он расскажет об этом судьям!

Фирреа взял новую бутылку, с хлопком выдернул пробку. Может, все-таки пойти в "Розовую Лилию"? Там уже все собрались, веселье в полном разгаре. И Влавио, наверное, привел тех девиц, для описания которых ему не хватало слов, и он в восхищении только пыхтел и фыркал... Фирреа задумчиво глотнул вина, скривился. Нет! Испортили ему сегодня настроение, испортили! Пропал день! Этот следователь, отстраненно глядящий на него змеиными глазами, словно он не человек, а насекомое какое-то, задающий вопросы, все такие намекающие, неприятные... Где, куда... Какое тебе дело?! Подумаешь, начальник нашелся!

Фирреа раздраженно выдохнул, долил вина в стакан. Надо будет зайти завтра к епископу, напомнить. Если так будет продолжаться...

Хлопнула входная дверь, по комнате потянуло сквозняком, гоня волны по заколыхавшимся шторам. Фирреа отпил половину стакана, обернулся. Ну, кого еще неладная принесла? Слуга, что ли, пришел? Он же велел не беспокоить...

Ветер гулял по комнатам, шурша разбросанными бумагами.

– Эй, кто там?!

Тишина. Фирреа недовольно замычал, отставил стакан. Надо все-таки сходить, закрыть. Район, конечно, спокойный, но мало ли чего... И холодно уже.

Фирреа встал, пошатываясь, прошел по продуваемому колючим ветром коридору. Никого. Так почему открылась дверь? Он ведь закрывал ее на замок... Или нет?

Какая разница! Фирреа поймал раскачивающуюся на ветру дверь, захлопнул. Вот. Теперь точно закрыто. Развернулся, двинулся обратно в неприбранную гостиную.

Впереди вдруг ослепительно вспыхнуло, раздался раздирающий уши вопль. Фирреа почувствовал удар в грудь, не удержавшись на ногах, шлепнулся на пол, размахивая руками. В стену над головой вонзился, уйдя на треть в дерево, нож.

– Быстрее, быстрее отсюда!
– кто-то схватил его за руку, дернул обратно к двери.

В коридор из гостиной вывалился человек, закатался, воя, по полу, пытаясь сбить с одежды огонь.

– Быстрее!
– Фирреа выволокли на улицу, потащили к подкатившейся из-за угла карете.

В покинутом доме застучало, со звоном вылетели стекла из окон. Откуда-то сбоку метнулась темная фигура,

запнулась на бегу, осела, неестественно изгибаясь. Рядом охнули, послышалось отвратительное хлюпанье.

– Гони!

Фирреа бесцеремонно швырнули в уже начавшую двигаться карету. Щелкнула, захлопываясь, дверца.

– Ну, здравствуй, господин де Сарренто.

Фирреа с трудом поднялся в раскачивающейся на полном ходу карете, цепляясь руками за обивку.

– Поздравляю, господин де Сарренто.

– С чем?
– Фирреа, наконец, смог плюхнуться на сиденье.
– Вы подожгли мой дом...

– Но Вы живы, - сидевший напротив него человек хмыкнул из-под закрывавшей лицо маски.
– Вас пытались убить, но Вы все еще живы. Так что поздравляю.

– Вы хотели меня убить!
– Фирреа вскочил, пытаясь дотянуться до шеи попутчика. Карета подпрыгнула на ухабе, грубо швырнув его обратно на место. Вы...
– Фирреа клацнул зубами.
– Кто Вы такой?!

– Не важно, кто я такой, - мужчина смотрел на Фирреа.
– Важно, кто Вы.

– И кто же?
– Фирреа затравленно оглядывался. Бежать, надо бежать... Его везут прочь, чтобы спокойно убить.

– Вы пьяница и растратчик...

– Ы-ы!

– И Вы предатель, - договорил мужчина.

– А Вы - убийца!
– Фирреа, наконец, заметил ручку на дверце, дернулся к ней, кувырком полетел на пол, в проход между сиденьями.

– Иногда, - мужчина наклонился, выдернул барахтающегося Фирреа обратно на сиденье.
– Не могли бы Вы какое-то время посидеть спокойно. Трудно разговаривать в такой обстановке. И оставьте двери в покое, они не открываются изнутри.

Фирреа забился в угол.

– Так вот, иногда я убийца. Но не в Вашем случае, - мужчина покачал головой.
– В Вашем случае я - спаситель.

– Вы - убийца! Вы хотите меня убить! Вы!...

– Прекратите, - нетерпеливо перебил мужчина.
– Говорю Вам, мои люди спасли Вас. А убить Вас пытались Ваши новые друзья, которых Вы тоже собираетесь предать.

– Неправда! Какие друзья? Я никого не предавал и не собираюсь!

– Ну как же, - мужчина погрозил пальцем.
– Вы предали своего покровителя, герцога Кардейского, а сейчас...

– Нет, нет, нет!!!
– Фирреа застучал кулаками в стенку.
– Выпустите меня, выпустите!!!

– А сейчас Вы угрожаете выдать епископа Акравского и всех, кто за ним стоит. И они среагировали, - мужчина развел руками.

– Нет!!!
– Фирреа тяжело дышал.
– Что Вам надо от меня?!

– Чтобы Вы сделали то, что собираетесь сделать. Чтобы Вы предали.

– Я не понимаю! Я не предатель! Куда мы едем?!

– В безопасное место. Туда, где священники до Вас не дотянутся. Вы должны выступить перед Собранием Федерации и честно рассказать обо всех обстоятельствах, приведших к отставке герцога. А для этого Вы должны остаться в живых.