Спящий (Одержимый - 2)
Шрифт:
Крайт посмотрел на молчащего Рона, нахмурился.
– Значит, так. Ты говорил, ты мой джаху. Так вот, джаху Рон, я приказываю тебе не вмешиваться. Что бы ни происходило, не вмешиваться. Ты меня понял?
Рон нехотя кивнул.
– Ты должен выполнить приказ. А теперь возвращайся к легионам и разверни их назад, - Крайт вздохну, шагнул вперед, обнял Рона.
– И прощай. Не знаю, встретимся ли мы снова.
– Гунга Крайт...
– Все! Выполняй, - Крайт развернулся и, не оглядываясь, зашагал к чернеющему входу в катакомбы.
– Провести жрецов и еще Демоны ведают кого к Его Величеству...
– Ты хоть понимаешь, что ты предлагаешь?! Это же измена! Жрецы пытались убить Императора, и теперь я...
– Откуда ты знаешь, что они пытались его убить?
– Софи подняла брови.
– Император сказал, - фон Ритз пожал плечами.
– И все? Ты считаешь, этого достаточно? Император ненавидит жрецов, и он мог их обвинить из-за этого, а не из-за реальных действий. Он вообще мог обвинить их в чем угодно, мог обвинить их в том, что они пытаются погасить солнце, например! И ты бы поверил? А ведь никаких доказательств, кроме слов Императора, нет.
– А какие доказательства у тебя?
– баронет хмыкнул.
– Жрецы сказали, что не собираются убивать Императора. И что? Почему ты решила, что им, в отличие от Императора, можно верить?
– А почему нельзя?
– Софи, улыбаясь, качнула головой.
– Они обещали открыть портал сюда - они его открыли. Обещали оживить Императора - и вот он ходит и раздает приказы. Так почему я не должна им верить сейчас?
– Потому, что они убили фон Гивера и пытались убить Императора!
– Ну Таррант!
– Софи всплеснула руками.
– Это сказал Император. А ты сам, ты же был там. Что там было?
– Жрец бросился на Императора с кинжалом, - фон Ритз усмехнулся, вспоминая.
– А ты уверен, что на Императора? Может, он просто пытался убежать? Ведь у них была возможность сделать с Императором все, что они хотят, до того, как появились вы. Так почему не сделали? И потом, Таррант, жрец с кинжалом... Софи недоверчиво поморщилась.
– Ну...
– баронет на секунду задумался.
– Ну, тогда не знаю.
– Так что? Ты сделаешь?...
– Софи глядела на фон Ритза, опустив ресницы.
– Нет. Я не могу на это пойти.
– Но почему, Таррант, почему?
– Софи, пойми...
– фон Ритз потер лоб, замолчал, прислушиваясь к возобновившимся гулким разрывам сверху.
– Ну как я кого-то из них, - баронет указал рукой на потолок, - поведу к Императору? Как?! Ведь это все равно измена! Я не могу.
– Я то понимаю, а ты?!
– Софи встала.
– Ты понимаешь?! Что будет со мной? С моим сыном?! Ты подумал, что будет с нами, если Вержа объявят незаконнорожденным?!
– Ну...
– Что - ну?! Ты подумал о нашем будущем? Лишение всех титулов и прав, удаление нашей записи из списка аристократов, изгнание!
– Нет, не всех прав...
– Ну конечно, - снова перебила Софи, рассерженно сдвинув брови.
– Право умереть с голоду, нищенствуя, они оставят!
– Ты не умрешь с голоду! Я обещаю!
– фон Ритз попытался улыбнуться.
– Мой дом - твой дом, что бы ни случилось! Даже если все от тебя отвернутся!
– Обещаешь?
– Софи опустилась обратно на кровать, закрыла лицо руками. Ты обещаешь... Ты хочешь использовать мое несчастье, хочешь сделать из меня
– Нет, что ты, - у фон Ритза вытянулось лицо от удивления.
– Конечно нет, я...
– Вы, мужчины, вы все такие!
– девушка всхлипнула.
– Эгоисты, думающие только о себе, только о своей выгоде! Считающие, что все вокруг только для них, не заботящиеся ни о чем, кроме себя!
– Софи, что ты, я имел в виду совсем не это...
– Вы, мужчины, ради собственного развлечения придумали эту дурацкую войну, заставили нас, несчастных женщин страдать, скитаясь по каким-то землянкам, каким-то холодным норам! Вы не способны ни защитить, ни поддержать, только слова, одни красивые слова, а на самом деле!...
– Софи снова всхлипнула.
– А на самом деле ничего, вы не можете сделать даже самую малость, потому что вы поглощены только собой, только своим величием и неотразимостью! Вам некогда думать о других!
– Софи, любимая, послушай...
– Что - послушай?
– девушка отняла от лица ладони, посмотрела на баронета мокрыми от слез глазами.
– Неужели я прошу так много? Я никогда не просила тебя ни о чем, никогда! Впервые я обратилась к тебе, я упрашиваю тебя, умоляю, во имя нашей любви, во имя Верджа, и что? Ты отказываешь мне! Даже в такой мелочи!
– Софи отвернулась, опустив голову.
– Софи, - фон Ритз ласково коснулся рукой плеча девушки
– Уйди.
– Ну Софи, - баронет присел перед рыдающей девушкой, потянул ее прижатые к лицу ладони.
– Софи, пожалуйста...
– Оставь меня!
– девушка резко встала, отталкивая фон Ритза, шагнула прочь.
– Хорошо! Я согласен!
– Ты согласен? Ты сделаешь это для меня?
– Софи обернулась к баронету.
– Да.
– И там не будет солдат? Они хотели встретиться наедине.
– Да, - фон Ритз обречено кивнул. Что он делает, на что соглашается?!
– Спасибо!
– Софи обняла баронета, прижалась долгим нежным поцелуем.
Фон Киц скатал застилавшую стол уже бесполезную карту, отшвырнул в угол. Это конец, и ему не нужен раскрашенный кусок бумаги, чтобы понять это. Землетрясения и наводнения один за другим стирают города, непрекращающиеся дожди со снегом превратили землю в непроходимые болота... Что дальше, что следующее? Сколько еще жрецов бредет во тьме дыма и пепла десятками рождающихся вулканов, готовясь нанести новые удары в выбранных Демонами местах? Обреченно следить за агонией умирающего мира... Нет, такое мазохистское удовольствие не для него!
Барон вытащил оплетенный бутыль, налил в стакан вина.
– Господин барон, Амсрел замолчал, - в комнату заглянул насквозь мокрый адъютант.
– По-прежнему не можем связаться с Камрой, Евиром. Барон фон Рейхоф докладывает...
– Садись, - фон Киц выставил на стол еще один стакан.
– Но господин барон...
– адъютант удивленно нахмурился.
– Садись, я говорю, - фон Киц хмыкнул.
– Давай, выпьем за конец света.
– Господин барон, - адъютант осторожно опустился на стул напротив барона, взял в руку стакан.
– Разве... Все?
– адъютант почуствовал подступающее обессиливающей волной отчаяние. Если даже у фон Кица опустились руки... Дело совсем плохо.